Тайна пропавшей экспедиции - Евгений Всеволодович Рудашевский

другой. Очир не понимал, кто и зачем поставил тут изгородь, но знал одно: здесь есть люди. И это точно не Переваловы, не Тюрин и не монгол. Едва ли они, оказавшись в поганом лесу, вдруг задумали срочно сплести забор.

Прошло с десять тихих минут. Очир позволил себе сделать осторожный шаг. Под ногами предательски хрустнула ветка. Очир выждал ещё минуту, потом приблизился к плетню. Старый, высохший. Простоял тут не меньше года.

Тишина утомляла. Очиру было сложнее прислушиваться к лесу. К тому же начали слезиться глаза. Шея взмокла. Следопыт расчёсывал её, проклиная комаров – от их укусов зудела кожа. Обошёл изгородь. Ещё раз внимательно осмотрел её и двинулся дальше.

Вновь замер, увидев поблизости второй плетень. Этот был замкнут в кольцо. Напоминал беседку, только без крыши и без скамеек.

– Ямар муухай юумэн бэ, – выругался Очир.

Изгородей становилось больше. И все они стояли как-то невпопад, без видимой причины. Встретилась и настоящая хижина – со стенами, укрытыми берёстой, обложенными лапником, но опять без крыши. Очир зашёл внутрь. Увидел глиняные, будто наспех слепленные тарелки и чашки. Склонился над ними. Провёл по дну пальцем. Посуда чистая. Нет даже осадка от дождей. Значит, за ней присматривают. Но что за глупость – мыть чашки, а потом расставлять их в беспорядке на земле?

Впрочем, Очира больше беспокоил другой вопрос. Он увидел свежие изгороди, украшенные черепами сусликов и сурков. Увидел большую яму со стенками из обожжённой глины – котёл или засыпную печь. Увидел даже аккуратную, привязанную к стволу поленницу. Кто бы всё это ни сделал, он должен был тут появляться и хорошенько наследить. Земля здесь, открытая, без травы, часто оголялась глиняными пятнами. Но Очир за последний час не заметил ни одного человечьего следа. Ни одного! Его следы тут были единственными, а из звериных – лишь отпечатки медвежьих лап.

Дальше он встретил путаную сеть неглубоких, клинообразно выбитых в земле каналов. Они складывались в малопонятные символы, приводили к глиняным печам, которые теперь встречались особенно часто. Но и там следов не нашлось.

Очир вышел к прогалине. Покрытая жухлой травой, она вся была исчерчена каналами. Теперь из них не складывалось никаких узоров, они просто вели к центру прогалины – туда, где на небольшом возвышении лежала округлая базальтовая плита. Следопыт, не опуская ружья, приблизился к плите. Провёл рукой по её шершавой поверхности. Плиту окаймляло кольцо из обожжённой глины, а в глину были вделаны большие светло-зелёные минералы. Нефрит! Очир жадно ощупал его отшлифованную выпуклость.

– Не золото, конечно, но…

Очир достал нож, надеясь выковырять себе парочку самых крупных экземпляров, но услышал впереди шорох и понял, что занял не лучшую – открытую со всех сторон – позицию. Если поблизости окажутся беглецы, они без затруднений его убьют. У водопада осталось лишь одно ружьё. Второе вполне могло быть у Переваловых.

Следопыт быстрыми перебежками ушёл с прогалины. Боялся, что в него выстрелят, поэтому нагибался, распрямлялся, менял направление. Оказавшись под деревом, остановился. Внимательно оглядел прогалину. Никого. Ещё долго не решался пойти дальше. Не отводил взгляда от базальтовой плиты. От её украшенного нефритом кольца. Решил запомнить это место и никому о нём не рассказывать. Если Нагибины не найдут сокровище Дёмина, он вернётся сюда без лишних свидетелей. Очир поёжился, представив, как опять будет блуждать тут в полном одиночестве.

– Ничего. Оно того стоит.

Очира отвлёк глухой звук. Будто кто-то наступил на ветку. Подняв ружьё, следопыт направился дальше.

——

– Смотри, какой шустрый.

По колену Славы полз продолговатый жук с чёрными пятнышками, высоко поднятыми усиками и кривыми заострёнными лапками. Яркий, гладкий, будто кусок пластмассы.

– Это клоп, – уныло отозвался Юра.

– Очень смешно.

– Я серьёзно.

Слава, выругавшись, взвился на месте. Отыскал упавшего в траву клопа и принялся топтать его ногой.

– Ненавижу! Ещё странный такой.

– Ничего странного. Всё село в этих клопах.

– А я не видел.

– Видел. Все видели.

– Может, и видел, но не знал, что клоп.

– Тихо. Отец идёт.

Фёдор Кузьмич возвратился из краткой разведки.

– Ну что? – спросил Юра.

– Уходим.

– Что-то случилось?

Братья Нагибины встали с земли.

– Пока что нет. Но скоро случится.

Фёдор Кузьмич не стал пояснять свои слова. Быстро зашагал вдоль границы между первым кольцом и дном кальдеры. Братья, переглянувшись, схватили рюкзаки и последовали за отцом.

Лес быстро редел, и плетни пропали. Очир шёл по медвежьему следу. Его подгоняла неожиданная догадка. Он хотел как можно скорее развеять последние сомнения.

Лиственницы теперь стояли не ближе чем на пять-десять метров друг от друга. Они росли тонкие, со слабыми, не ко времени пожелтевшими ветками. Подлесок давно закончился. Травы почти не осталось – только влажная глиняная земля и вкрапления базальтовой россыпи. Запах горьких эфирных масел стал ещё более выраженным. Очир уже не задумывался об источниках зловония. Понимал, что лес тут оскудел и осы´пался не просто так. У следопыта першило в горле, слезились глаза. Пощипывало вспотевшую кожу. Зуд начинался по всему телу. Но Очир не мог повернуть назад. Не сейчас. Нужно было непременно нагнать странного зверя и потом возвращаться. Следопыт не имел права упустить его; если догадка оправдается, эта добыча приведёт к золоту.

С каждым шагом становилось жарче. Очиру доводилось бегать по десять километров через таёжный ветролом, а потом верно стрелять по движущемуся соболю, а тут, не пробежав по ровной земле и двух километров, он уже запыхался. Вдыхал всей грудью, но не мог надышаться. Пришлось сбавить темп. Смочил платок водой из бурдюка и комком сунул себе в рот, старался дышать через него.

Лес оборвался. Мелькнули вялые заросли последних кустов, и началась гладкая, будто выжженная площадка из глины и базальтовых плит. Очир бережно промыл глаза. Не помогло. Они по-прежнему горели. Прищурившись, огляделся.

Зловонный туман здесь сгустился, и небо, не загороженное кронами деревьев, едва синело над головой. Впереди из липкой серой дымки встал чёрный гигант останца. Следопыт почти дошёл до центра впадины и увидел, что на дне кальдеры было ещё одно, внутреннее кольцо диаметром не больше полукилометра – настоящее озеро из тумана. Значит, источник зловония был там, в основании скалы, напоминавшей башню. Оттуда, будто водоросли, поднимались странные тёмно-зелёные растения. Приглядевшись, Очир подумал, что это пихта или карликовая ель. Оставалось загадкой, как она выжила в подобных условиях. Но следопыта это волновало меньше всего. Он увидел медведя.

Тот стоял на кромке внутреннего кольца. Надеялся, что преследователь оставит его в покое, не погонит дальше, в глубину.

– Так и знал, – оскалился Очир.

Последние сомнения ушли. Его догадка оправдалась сполна. Осталось