Двенадцать дверей - Анастасия Александровна Логинова

– Остальные – муляжи!

И действительно: другие книги, которые мы пытались достать, стояли, как приклеенные. На полках нашлись ещё четыре настоящие, не считая той, что сразу достала Марта.

Мы разложили свою добычу в ряд на столе: «Вокруг света за восемьдесят дней», «Три мушкетёра», «Али-Баба и сорок разбойников», «Сто лет одиночества» и «Папа, мама, восемь детей и грузовик». Странноватый набор.

Нил окинул книги взглядом и уверенно заявил:

– Начать стоит с этой, – и он указал на роман Дюма.

– Это ещё почему? – возмутилась я из чистого противоречия.

– Это же очевидно, – ответил Нил. – В названиях всех книг есть числа. Из них нужно составить числовой ряд и упорядочить его. Логичнее всего располагать числа в порядке возрастания: три, восемь, сорок, восемьдесят, сто.

В книге нашлась узкая полоска бумаги. На ней крупно было написано:

С минуту мы все молчали.

– Какие яблоки? – вдруг спросил нас Брин.

– Ты о чём?

– Прочитайте задом наперёд.

Я попробовала мысленно перевернуть надпись:

Загадка оказалась несложной, но отгадка была непонятной. Не тратя времени на раздумья, я пролистала книгу про «восемь детей» и достала записку. В ней были только числа:

– Скорее всего, буквы просто заменили на их порядковый номер в алфавите, – сказал Тим. Он взял лист бумаги и ручку, написал алфавит и пронумеровал каждую букву:

А потом прямо на записке он подписал под числами буквы. Вот что у него получилось:

– «В каждом два семечка», – прочитала я вслух. – В каждом яблоке? Всего два семечка? Как-то маловато.

Дана уже просматривала «сорок разбойников». В записке, найденной в этой книге, были только буквы.

Мальчишки все втроём склонились над посланием, оттеснив нас назад. Дана скользнула взглядом по записке и произнесла отчётливо:

– Сдвиг на букву!

Нил недоверчиво посмотрел на Дану. Брин кивнул и взял карандаш. Сверяясь с алфавитом, который написал Тим, Брин начал подписывать под каждой буквой зашифрованной фразы предыдущую букву алфавита:

– Нет, это не имеет смысла. Может, сдвиг в другую сторону? Попробуй подставить букву, которая идёт следом.

Получилось не лучше:

Дана фыркнула и забрала у Брина записку.

– Видишь, сколько тут «ж»? Если ты делаешь сдвиг на букву, то вместо «ж» получится либо «ё», либо «з». Маловероятно, чтобы в одной фразе было четыре «ё» или «з». Явно нужен сдвиг на две буквы, чтобы вместо «ж» подставить «и» или «е». Попробуем сдвиг влево на две буквы.

Она взяла табличку с алфавитом и аккуратно подписала:

Оставалась надежда, что после того, как мы расшифруем два последних послания, станет понятнее. Я взяла «Вокруг света за 80 дней». На этот раз в книге был квадратный кусок бумаги, поперёк которого было написано: «Энтомофобия».

– И что это?

– То же, что и инсектофобия, – ответил Тим. – Боязнь насекомых.

С обратной стороны листа была таблица, заполненная буквами:

– Это одна из тех таблиц, в которых надо увидеть первые три слова, которые предскажут будущее? – насмешливо сказал Нил.

– Нет, это не гадание на будущее, – ответил Тим и яростно вычеркнул из второй строки четыре последние буквы, составившие слово «муха». – Это задание для инсектофоба: уничтожить всех встречающихся здесь насекомых!!!

Мы вычеркнули все названия насекомых. Теперь табличка выглядела вот так:

Мы выписали оставшиеся буквы:

– Видимо, из них надо составить фразу…

– Семечки, – вдруг сказала Марта. – Здесь есть семечки!

И вправду, букв вполне хватало на «семечки»!

– «Посадите»! – воскликнул Брин. – «Посадите семечки»!

– Что ещё за сельскохозяйственные задания? – сморщила нос Дана.

Я взяла в руки «Сто лет одиночества». В последней записке было всего два коротких слова:

– Что это? – спросила я в недоумении. Я никогда не была сильна в ребусах и загадках.

– Анаграмма, – ответил Брин. – Слово, внутри которого перепутаны буквы. «Ховды» – это «выход». «Тотрык» – «открыт».

Тим разложил на столе все расшифрованные записки:

– Смотрите, что у нас получилось: ищите яблоки / в каждом два семечка / соберите семечки миров / посадите семечки / выход открыт. Это описание последовательности действий. Когда будут выполнены все условия, откроется выход отсюда.

– Что за условия?

– Нам надо что-то найти – в записке это названо «яблоками», – начал рассуждать Тим. – И там будут ещё какие-то штуки – «семечки».

– Семечки миров?

– Видимо, это как-то связано с мирами архетипов. Но что за семечки и как их найти?

Ответа пока ни у кого из нас не было.

Тим переписал добытые подсказки на чистый лист и взял его с собой. Нам не терпелось продолжить наши поиски.

Мы прикладывали свои браслеты к разным дверям. Большинство гостеприимно распахивалось перед нами. В какие только залы мы не попадали! За дверью со скромной надписью «Джейн Эйр» скрывалась комната, битком набитая изданиями этого знаменитого романа. В зале, на двери которого было написано «Север», были, наверное, все в мире книги про холод, север, снег и полярные экспедиции. Но долго оставаться в нём было невозможно: там было очень холодно, с потолка свисали сосульки, в углах лежал лёд, припорошенный снегом. Зал, посвящённый Средневековью, содержал не только книги, но и старинное оружие, одежду и украшения, инструменты.

В дверь с надписью «Магические искусства» мы войти не смогли. Дверь отказывалась открываться. Проходящий мимо человек сказал нам, что без особого пропуска в этот зал не попасть. «Неопытных читателей отсюда часто выбрасывало в мир Мага, – добавил он. – Это не нравилось ни им, ни Непостижимому Заку. Пришлось ограничить доступ».

Дольше всех мы задержались в зале, который назывался «Последние новости». Внутри была пара рядов пустых столов. На каждом из них была надпись: «Чтобы прочитать последние новости о мирах архетипов, приложите свой билет здесь». Мы с Тимом одновременно прикоснулись браслетами к надписи. В столе открылся ящик, в котором лежал перевязанный ленточкой и упакованный в обёрточную бумагу свёрток, больше всего напоминавший новогодний подарок. На «подарке» было написано: «НОВОСТИ ДЛЯ РИРИ И ТИМА». Внутри находилась увесистая