Клинки и зелья - Михаил Валентинович Логинов

Отчётливо доносились разговоры за ближними и дальними столами. Антон пытался понять язык, но не мог. Что-то от латыни – может, французский. Не итальянский и не испанский точно. Он вспомнил, как точно так же не разобрал язык своих предков.

Люди с неизвестной речью ужинали или просто сидели, прихлёбывая вино. Почти все они были в распахнутых плащах. Заведение по всем параметрам соответствовало придорожной таверне. Значит, и одежда у всех дорожная. Впрочем, некоторые скинули плащи, и остались в рубахах без воротника.

С особым интересом Антон пригляделся к двум путешественникам за соседним столиком. Прежде всего потому, что на лавке рядом с высоким мужчиной средних лет лежал меч. Его спутник – подросток чуть старше Антона – выглядел ещё воинственнее: на нём была кольчуга. «Два странствующих воина, – подумал Антошка, – а может быть, странствующий рыцарь и его оруженосец». На столе недоеденный ужин; рыцарь рассказывал что-то очень интересное, оруженосец внимательно слушал. Под столом лежала какая-то белая громада. «Может, медвежья шкура?» – подумал Антошка и усмехнулся: такую диковинку, как шкура белого медведя, вряд ли бросили бы на грязный пол.

Он перевёл глаза на прочих посетителей. Возле столика, что вёл на второй этаж, заметил ещё одного подростка, на вид лет пятнадцати. Он таращился на Антошку в оба глаза; правда, при этом хлебал из миски и не проносил ложку мимо рта. Лишь иногда отводил взгляд от незнакомца, посматривал на большую суму, стоявшую рядом.

Подросток-оруженосец тоже поглядывал на Антона, но деликатней.

Чуть подальше – хорошо, что подальше, – сидела большая и шумная компания. Там спорили, ссорились и тут же мирились с громким хохотом. К столу подошёл слуга, поставил поднос с жареным поросёнком. Компания разом выхватила ножи, гикнула, вонзила лезвия в жаркое и чуть не разделила его вместе с блюдом и столом. Слуга, будто боясь, что заодно разрежут и его, поспешил на кухню.

«Разбойники, – решил Антошка, – хорошо, если на сегодня они уже награбились и отдыхают».

Наискосок сидели двое путешественников, юноша и старик. Старец что-то говорил юноше, тот слушал и водил пальцами по какому-то странному плоскому предмету. Сначала Антон подумал, что это небольшой музыкальный инструмент, однако звуков, кроме шороха и лёгкого постукивания, не было слышно. Он пригляделся и понял: это какие-то счёты. Но не привычные, русские, которые он видел в Музее техники, а с другим принципом действия: короткие спицы в разных секторах коробки и скользящие по ним кости. Наверное, купцы подсчитывают прибыль. И как не боятся, что их ограбят разбойники?

Других примечательных типов Антон не обнаружил. Ещё несколько путников, компаниями или в одиночку, доедали ужин или дремали за столом.

Между тем слуга трактирщика подошёл к столику Антона и что-то сказал. Антошка приветствовал его на английском, французском и немецком; само собой и на русском. Собеседник не понял и повторил вопрос уже грубее.

Инстинкт вежливости требовал встать. Ещё можно было заискивающе улыбнуться: мол, у вас же не все столы заняты, не обеднеете, если человек в такую собачью погоду у вас просто посидит. Но некоторые базовые представления о прошлом советовали Антошке так не делать. Он не должен показывать, что трактирная прислуга может от него чего-то требовать. И тем более не взывать к жалости. Добрый человек найдётся везде, но им не обязательно окажется первый встречный.

Слуга придвинулся – Антошка отчётливо разглядел на его грязном фартуке пятна от стряпни. Что-то резко сказал. Антон постарался сдержать дыхание и даже не дернуться. Он всё же не выглядит как оборванец, он загадка для этих людей.

Парень повернулся и поспешил к двери, ведущей на кухню, верно, к хозяину, спрашивать совета.

Благодаря двум предыдущим странствиям, Антон убедился в силе пословицы «по одёжке встречают». При первых встречах и римский учитель риторики, и викинги-варяги признали его наряд достаточно дорогим и не сочли молчаливого незнакомца рабом или бродяжкой. Только вот выглядит ли свитер, как статусная одежда? Может, снять его? Тем более надо бы его просушить, иначе замёрзнешь даже в комнате. И остаться в голубой рубашке, она выглядит приличнее. Нет, не надо показывать хронокомпас.

«Ушёл, скрылся, спасся, бежал!»

Что это? Антон впервые разобрал слова в этом мире. Говорили явно разбойники – скрываться и сбегать им полагается постоянно. Но почему он не разбирает другие слова?

К компании присоединился ещё один злодей, отлучавшийся от стола по какой-то причине. От жаркого ему остались одни кости. Он начал ругать друзей, те отвечали ему: «Избыток пищи мешает тонкости ума». Антошка опять разобрал фразу. Разбойник вздохнул и проворчав: «Хлеб да вода – собачья жизнь!» – начал ломтём хлеба подбирать соус от жаркого.

«Что это значит? Может быть, они говорят на языке, уже известном хронокомпасу? Но тогда что это за язык? Вряд ли это древние русичи, но и на викингов не похожи. Но ведь не римляне и не греки, и не могут же разбойники знать латынь!»

Внезапно в трактире появились новые гости. Они были в овальных шлемах и кожаных куртках с металлическими полосами, на поясах висели мечи. К этим посетителям трактирный слуга отнёсся с особым уважением: буквально подбежал к ним, уже держа в руках кувшин вина и глиняные кубки. Гости сели за стол и стали о чём-то расспрашиваться слугу, пока тот наливал вино.

Разбойники при виде воинов начали веселиться ещё больше. Один из них показал на них пальцем, правда не то, чтобы ткнул, скорее исподтишка, и сказал:

– По ушам узнают осла.

Антошка понял, что парни смеются над стражей, а она не понимает их речь.

«Откуда они?»

«Рейнские школяры возвращаются в университет с каникул».

«Этот мальчишка тоже школяр?»

«Нет. Вошёл после них. Не говорит, кто такой, не заказывает ужин и комнату на ночлег».

Хронокомпас начал переводить. Это Антошку обрадовало. Обрадовало также и то, что «разбойники» оказались студентами.

Но вот визитёры обрадовали не очень. Стражники или полицейские всех континентов и эпох любят задавать вопросы и не любят, когда на вопросы не отвечают.

Так и случилось. Рослый стражник подошёл к Антону, схватил за плечо и поднял.

– Эй, малый, ты кто такой? Не делай вид, будто потерял язык: тебя спрашивает капитан королевской стражи!

«Не разбойники, и на том спасибо», – подумал Антошка и сообщил, что его зовут Антон Весёлкин и прибыл он из России, из Москвы. Сначала сказал по-русски, потом по-английски. Неуверенно добавил пару слов по-французски.

– Язык на месте, – удовлетворённо заметил стражник, – а вот речь мне незнакома. Он не валлон, он не из Бретани.

– И не из Прованса, – добавил его товарищ. – Но кто же он тогда?

– Прошлым летом в Париже на ярмарках появилось такое