Тайны Парижской оперы. Дело № 2 - Кристина Паллюи

– Сядем на террасе, понаблюдаем и всё обдумаем, – предложил Арчибальд.

Трое юных гостей выставки неспешно потягивали сок. Неожиданно Арчи заметил брошенную на стуле форму официанта. Юноша снял с головы канотье и завернулся в просторный чёрный фартук. Агата весело рассмеялась:

– Ты прямо как настоящий официант. Давай, братик, вперёд!

Арчибальд зашёл в ресторан вместе с другим официантом. Несколько минут спустя он вышел через кухонную дверь, сердито сверкая глазами. Он швырнул фартук на соседний стул и плюхнулся на своё место.

– Напрасный труд, – прорычал он. – В ящике электрические лампочки и разные приспособления для декораций из Оперы. Ну разве мы не дураки? Как мы могли подумать, что Маргарита заперта в нём?

– Ты прав, мы, похоже, немного увлеклись, но это нестрашно, – спокойно признала его сестра. – В папиной книге сказано, что, когда ведёшь расследование, проколы случаются, и довольно часто.

Уставившись на почти опустевшие стаканы, три сыщика надолго замолчали. Вдруг Агата решительно поднялась с места.

– Мне всё-таки непонятно, что здесь делает главный художник-декоратор Оперы. Дверь ведь ещё открыта, так?

Не дожидаясь ответа, Агата проскользнула в кухню ресторана, а следом за ней туда влетела Голди.

Им повезло: в помещении было пусто.

7

Блестящие доказательства

Внезапно Агата услышала голоса – они быстро приближались. Девочка нырнула под стол, придвинутый к стене.

– Только не пой, моя обожаемая птичка! – шепнула она, осторожно придерживая Голди рукой.

В кухню, не прерывая разговора, вошли два человека.

– Месье Тома, какой смысл украшать мой ресторан? Ваша л’этуаль исчезла, так что торжественный ужин в честь Оперы лучше отменить.

– Это было бы ошибкой, – возразил декоратор. – Для вас это тоже будет важный вечер: завтра сюда придут Гюстав Эйфель и другие меценаты.

Стараясь убедить ресторатора, он продолжал:

– Маргарита Берже любит, когда о ней пишут в газетах: вот увидите, она появится на ужине, словно по волшебству! А если её действительно похитили, то, пока полиция будет вести поиски, её заменит Розабелла Модести.

– Вы правы, это имеет смысл. Сейчас все газеты пишут только о Розабелле, – согласился ресторатор. – А вы как думаете, что произошло с…

Агата навострила уши. Голоса зазвучали тише. Ей удалось только разобрать, что декоратор подозревал Розабеллу, которая хотела любой ценой занять место Маргариты.

– Только никому не говорите, друг мой, – продолжал Тома, – но два дня назад, когда я осматривал одну из декораций, я слышал, как балерины-соперницы ссорились между собой и Розабелла угрожала ей, что…

Именно в этот момент Голди вздумалось выпорхнуть из-под стола, и она полетела прямиком к собеседникам. Агата тихонько ойкнула. Её местоположение обнаружили.

– Что вы тут делаете, маленькая барышня? – гневно вскричал ресторатор. – Уходите с моей кухни немедленно! И птицу заберите, пока я её не поджарил!

Разгневанная и оскорблённая, Агата вышла, гордо подняв голову и сжав кулаки. Проходя мимо столика, где её ждали мальчики, она проворчала:

– Всё сидите? А нам, если я не ошибаюсь, ещё нужно гримёрную осмотреть и за одной балериной проследить.

Когда они ехали в фиакре, девочка поведала о своём злоключении и в знак примирения погладила Голди. Птичка в благодарность несколько раз повторила только что услышанные слова:

– В Оперу, месье кучер!

Жюли ждала ребят у служебного входа, держа в руке связку ключей. Она открыла своим друзьям гримёрную Маргариты.

– Полиция уже всё обыскала, никаких улик, – предупредила девушка.

Агата и мальчики внимательно осмотрели комнату. В помещении находился только диван и маленький столик с букетом цветов. Над туалетным трюмо с принадлежностями для грима висело большое зеркало. На другой стороне комнаты на этажерках лежали несколько пар новых балетных туфелек, а на стойке висела уличная одежда, мирно дожидавшаяся хозяйку.

– Сюда приходил кто-нибудь, кроме полицейских? – спросил Арчибальд.

– Никто! Мне не разрешили делать здесь уборку, и вообще от этой гримёрки есть только два ключа, – ответила Жюли. – Вот этот, который висит на связке, никогда не покидает служебной комнаты моего отца.

Макс привлёк внимание Агаты, указав кивком на Голди: та усердно копалась клювом в складках обивки дивана. Вдруг птичка радостно подняла головку. У неё в клюве что-то блеснуло.

– Голди нашла блёстки! – воскликнул Макс. – Ничего удивительного, она любит всё блестящее! Браво, Голди!

Агата повернулась к Жюли.

– А вот и след! Вчера вечером ты видела даму в голубой накидке, расшитой блёстками, она спускалась по лестнице. Так?

– Да, и она крепко держалась за кучера с ушами, как у слона! – ответила Жюли, рассматривая находку. – Блёстки такого же голубого цвета.

Арчибальд расхаживал из стороны в сторону и размышлял: что, если знатная дама и балерина – один и тот же человек?

– Ты думаешь, Маргарита могла переодеться и сбежать? В театральной костюмерной есть накидки? – спросил он у Жюли.

– У оперных певцов есть костюмы на любой вкус, – сообщила Жюли. – Ключ от костюмерной тоже на этой связке. Пойдёмте!

Девушка проводила гостей в большое помещение со сценическими костюмами, висевшими на плечиках.

– Хотите угадать, была ли украдена голубая накидка? Удачи! – с улыбкой произнесла она. – Костюмы развешены под табличками с названиями спектаклей.

Макс самым внимательным образом изучил все вещи в костюмерной. Затем принялся исследовать пол.

– Взгляните, вот тут, под пустыми плечиками, рассыпаны голубые блёстки.

– Браво, Макс! – воскликнула Агата, обрадовавшись. – А теперь, когда мы убедились, что накидка исчезла, начнём искать вора или воровку!

Арчибальд спросил Жюли, кто имеет доступ в это помещение. Она прикинула про себя, загибая пальцы, и вслух ответила:

– Получается, не так уж мало народу! В первую очередь мадам Руссель и три портнихи, затем артисты, которые приходят на примерку, а ещё люди, которые тут убираются… плюс Розабелла: она здесь часто бывает…

Запирая помещение, Жюли вспомнила, что встретила днём костюмершу.

– Сегодня спектакля нет, но после этой истории у мадам Руссель стало ещё больше работы, – прошептала она. – Бежим, мне кажется, я слышу её голос в конце коридора. Сюда запрещено приводить чужаков. Вдруг она нас тут застанет?

Ребята поспешили на выход. Агата, недолго думая, тайком отстала от друзей, удалявшихся по коридору, и приникла ухом к одной из дверей. Она узнала уверенный голос костюмерши.

– Розабелла, эта пачка идёт тебе куда больше, чем этой зазнайке Маргарите!

– Спасибо, тётя, – рассмеялась танцовщица. – А поскольку мы закончили, могу я пригласить тебя на ужин?

– В другой раз, детка, мне ещё кое-что нужно сделать, – вздохнула костюмерша. – Поживее! Нам пора!

Агата поспешила за остальными, крадучись, как кошка.