Люди без галочек - Виталий Штольман

укрытая пледом. Заходит Путислав, лет двадцати от роду, он одет в хипстерский прикид, следом – Кирос и Виталя, ребята усаживаются на софу.

ПУТИСЛАВ. Эмма Давыдовна, к вам гости!

Путислав уходит.

ЭММА ДАВЫДОВНА (восхищенно). Кирос, мальчик мой, здравствуй!

КИРОС. Здравствуйте, Эмма Давыдовна!

ВИТАЛЯ. Здрасти!

ЭММА ДАВЫДОВНА (недовольно). Забор покрасьте!

Короткая пауза.

Сразу видно, какой ты литератор!

КИРОС. Эмма Давыдовна, ну чего ж вы, голубушка, сразу-то так…

Короткая пауза.

С порога.

ЭММА ДАВЫДОВНА (недовольно). Это мой дом! Как хочу, так и вещаю. Старая мудрость гласит о том, что, если человека хорошенечко прижать к стенке, он скажет все необходимое, чтоб не получить ложкой по лбу. Может, конечно, и не сказать, но мало тех, кто идеализирует чес против шерсти.

Короткая пауза.

Как там поживает старый дурак?

КИРОС. Все хорошо!

ЭММА ДАВЫДОВНА (недовольно). Поди недобрым словом меня вспоминает.

КИРОС. Не без этого.

ЭММА ДАВЫДОВНА (недовольно). Я так и знала, я так и знала.

Эмма Давыдовна тяжело вздыхает.

Кирос, мальчик мой, подбрось дровишек, ноги мерзнут!

Кирос берет полено и кидает его в камин.

КИРОС. Эмма Давыдовна, как ваши ноги?

ЭММА ДАВЫДОВНА. Старость, она такая. Тут болит, там болит! Уж и не жизнь, а каторга какая-то.

КИРОС. Ой, да прекратите, Эмма Давыдовна, какие ваши годы! Еще жить, да жить!

ЭММА ДАВЫДОВНА. Мне чувствовать себя женщиной-Карлсоном? В полном расцвете сил?

Короткая пауза.

Малыш, тащи варенье.

Кирос встает.

Да, сиди ты.

Короткая пауза.

Шучу я.

Кирос садится обратно.

Чего пришли?

КИРОС (указывает на Виталю). Вот у человека творческий кризис, ищет вдохновения.

Эмма Давыдовна долго смотрит на Виталю.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Исписался?

ВИТАЛЯ. Что-то вроде того.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Все рано или поздно исписываются.

ВИТАЛЯ. А вы прочитали, что мы скинули?

Длинная пауза.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Говно.

Короткая пауза.

(смеется) Да шучу я. Расслабься. На реакцию хотела посмотреть.

Кирос и Виталя наигранно улыбаются.

КИРОС. Умеете вы, Эмма Давыдовна, саспенса создать.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Не без этого. Как гостя звать?

ВИТАЛЯ. Виталя. Виталий Александрович Штольман.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Давай без официоза, Виталий Александрович.

ВИТАЛЯ. Жду вердикт.

Длинная пауза. Эмма Давыдовна смотрит на огонь в камине.

ЭММА ДАВЫДОВНА (не отрываясь от камина). Интересные мысли, но грубые. Материшься еще. Тебя никогда не напечатают.

ВИТАЛЯ. Однажды печатали.

ЭММА ДАВЫДОВНА (смотрит внутрь души Витали). Успешно?

ВИТАЛЯ. Не особо. Сказали, что это была ошибка.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Вся современная литература – ошибка. Большая ошибка. Да и не литература она, а литературка. Так…

Короткая пауза.

Безумные мольбы для пероксидных дев, мечтающих о принцах.

Короткая пауза.

Писать бросил?

ВИТАЛЯ. Не пишется. А если пишется, то плохо. Удаляю потом все.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Вы посмотрите-ка на него. Легко повесить на себя клише сбитого летчика, когда и не трогал рукой облака.

Короткая пауза.

Гоголь и второй том «Мертвых душ». Чуть, что не так, то сразу рукопись огню?

ВИТАЛЯ. А зачем показывать миру то, что плохо.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Писать под толпу нет желания?

ВИТАЛЯ. Нет.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Все понятно. Никогда тебя не напечатают.

Короткая пауза.

По знаку зодиака кто?

ВИТАЛЯ. Что?

Короткая пауза.

А-а-а-а, дева.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Все стало яснее дня. С этого-то и стоило начинать.

ВИТАЛЯ. С гороскопа?

ЭММА ДАВЫДОВНА. Не перебивай женщину, познавшую жизнь. За годы в этом бренном мире я обрела право говорить во всеуслышание и чтоб меня не перебивали. Ясно вам, молодой человек?

ВИТАЛЯ. Ясно.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Так вот…

Длинная пауза. Эмма Давыдовна смотрит на огонь в камине.

О чем это я?

КИРОС. О гороскопе, Эмма Давыдовна.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Спасибо Кирос, мальчик мой.

Короткая пауза.

Девы, девы, девы! Считают всех дураками! А тот, кто считает всех дураками, скорее всего сам большой дурачина, оттого и некомфортно жить. Сначала они терпят, а затем взрываются и в финале бегут от огня. А кто во всем этом виноват?

ВИТАЛЯ. Я не знаю. Судьба, что несправедлива ко мне.

ЭММА ДАВЫДОВНА (улыбается). Типичные девы. Упадок настроения, когда не восхищаются ими массы.

Короткая пауза.

Ты сам и виноват во всем. И пока ты этого не поймешь, так и будешь выплескивать свое нытье на бумаге. А кому это нужно?

ВИТАЛЯ. Достоевский же выплевывал свое нытье на бумагу и стал классиком.

ЭММА ДАВЫДОВНА (надменно). А ты Достоевский? На каторге бывал? Бога в себе обрел?

Виталя отрицательно вертит головой.

Так и помрешь в безвестии. Может, по воле случая потом, когда-нибудь, твои писульки случайно попадутся на глаза, кому надо, изложат в правильном свете и добро пожаловать в мир литературки.

Короткая пауза.

Хотя нет, читала я твой текст, это слабый закос под Довлатова, разбавленный Чеховым и нотками битников. Ну хоть читал и то радует.

ВИТАЛЯ. Спасибо, подбодрили.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Как ты чувствуешь этот мир, так и идешь по нему. А ты не чувствуешь, я права?

ВИТАЛЯ. Давно уж нет, все опостылело.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Загляни в свое сердце и пробудись. Загляни!

ВИТАЛЯ. Было бы так все просто.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Кирос, ударь его!

ВИТАЛЯ. Чего?

ЭММА ДАВЫДОВНА (кричит). Путислав. Гостосмысл. Идите сюда!

В комнату заходят два близнеца-хипстера в одинаковом одеянии, джинсовые шорты с подтяжками и футболки с изображением Пушкина.

ЭММА ДАВЫДОВНА. Ему нужно почувствовать жизнь, избейте его.

Кирос и близнецы безмолвно начали приближаться к Витале, глаза их пусты, мыслей на лице нет.

ВИТАЛЯ. Это что еще за зомби?

ЭММА ДАВЫДОВНА (дьявольски голосом). Бейте его!

Виталя вырывается из лап неприятелей и выбегает из дому, держа ботинки в руках. Во дворе неистово лает овчарка. Из темноты выходит человек в мантии, что следил за Виталей в маршрутке.

ИЛЛЮМИНАТ (металлическим голосом). Ingenium mala saepe movent.5

ВИТАЛЯ. Что за чертовщина?

Виталя надевает ботинки и прыгает через забор, падает, больно ударяется о землю. Звон в голове.

6.

Квартира Витали. Вокруг срач. Валяются бутылки на полу. Виталя просыпается в своей кровати.

ВИТАЛЯ. Это что сон? Охренеть. Приснится же такое.

Короткая