Идеальное преступление - Никита Фред Декс

потратили почти час, но особо не расстроились. Это оказался самый приятный и простой участок пути, где мы позволили себе немного расслабиться, сделать пару десятков групповых фото и пошутить на тему, что чуть не попали на ужин к безумным людоедам, прячущимся в лесу от цивилизации.

В итоге дорога привела нас к площадке, на которой расположились несколько домиков для егерей и четыре уазика без крыши.

– Может, зайдем поздороваться? – беззаботно предложила Мэри.

– Не думаю, что это хорошая идея. Нас тут быть не должно. Мы проникли на охраняемую территорию. Так что надо аккуратно обойти их, – заговорщицким шепотом произнес я.

Мэри охнула, но ничего не сказала.

– Может, вернемся? – жалобно выдал Игорь.

– Поздно, – подытожил Виктор.

Вдруг позади нас снова раздался собачий лай, только в этот раз сопровождаемый мужскими голосами.

– Егеря, похоже, возвращаются с обхода, – выпалил я и поспешил вперед, оглядываясь через плечо, чтобы мои спутники не потерялись.

Как партизаны, мы обошли базу егерей по кругу и двинулись дальше вверх, сквозь непроходимый лес.

Тропки давно закончились, подъем становился все круче, листвы, сучьев и камней под ногами – все больше, мороз крепчал, а собачий лай позади не стихал.

Дальше мы шли почти без остановок. Мэри спотыкалась и жаловалась на разваливающиеся босоножки, проклиная меня, своих друзей, егерей и свой день рождения. Игорь тяжело дышал, выглядел очень бледным и обеспокоенным, но шел, не сбавляя скорости. Виктор злобно, но самодовольно улыбался, как бы говоря: «А я предупреждал, что так будет».

Потом нам пришлось карабкаться по огромным камням, идти по густой, почти непроходимой чаще, где из признаков жизни виднелись только следы маленьких копыт.

Когда мы вышли из леса, погода встретила нас сильным ветром и белой крупой, напоминавшей то ли снег, то ли град.

Откуда-то слева раздался вой. Возможно, это всего лишь гудел ветер, но мы тут же представили стаю волков. Из кустов выскочил молодой кабанчик и промчался мимо нас в лес, а на соседнем плато паслось стадо косуль.

Мы шли молча по извилистой тропинке вдоль редких деревьев и могучих валунов. Руки синели и немели, как зимой. Лицо покраснело от ветра и холода. Мэри кашляла и выглядела так, будто вот-вот упадет и окоченеет. Игорь становился все бледнее. Только Виктор, разогретый портвейном, казалось, чувствовал себя прекрасно.

Вдали показалась Беседка Ветров, и я радостно закричал:

– Мы это сделали!

Я настолько вымотался и проникся чувствами к этой троице, что готов был отказаться от своей затеи. Мэри с Игорем оживились и ускорили шаг, но Виктор, хоть и пьяный, трезво оценил ситуацию:

– Добрались, да. Молодцы. А возвращаться как будем – так же?

Я оглядел своих спутников. В глазах Мэри застыл ужас. Впрочем, мой вид вряд ли был лучше. О том, как спускаться, я не думал совершенно. Да и о подъеме, как выяснилось, не имел никакого представления. Просто выдумал путь напрямик и поперся, не имея ни толкового плана, ни понимания местного ландшафта, ни сведений о лесной живности.

Я сел на землю и трясущимися руками достал телефон. От холода он выключился на пятидесяти процентах заряда. Айфон Мэри разрядился еще во время фотосессии. У Виктора не ловила сеть.

«Смешно будет, если мы все тут замерзнем», – подумал я и грустно улыбнулся.

Рядом сел Игорь. Я только сейчас обратил внимание, что оделся он теплее всех нас: как выяснилось позже, на нем было две футболки, водолазка с воротом, кардиган, толстовка, ветровка и легкая куртка сверху, двое штанов, трое носков и высокие ботинки. На голове капюшон, на шее шарф, но лицо у него было бледно-синим, будто он только что вылез из проруби на Крещение. Игорь что-то прохрипел и завалился на бок.

Мэри принялась его тормошить, хлестать по лицу, колотить по груди и даже пыталась исполнить некое подобие искусственного дыхания, но Игорь больше не шевелился. Сердечный приступ. Спасти его не было никаких шансов.

Виктор сидел молча и допивал портвейн, Мэри плакала, я кричал куда-то в сторону леса – звал на помощь. Но егеря так и не появились. По иронии именно телефон Игоря был заряжен почти на сто процентов и отлично ловил сигнал. Мы вызвали спасателей. Оказывается, по тому пути, который я отринул изначально, можно было проехать на автомобиле.

Нас спустили вниз, после чего я отделился от ребят, потому что не мог больше смотреть им в глаза.

Еще утром я мечтал спихнуть их всех со скалы своими собственными руками и ногами. Но когда Игорь умер по естественной причине, а моя причастность к его смерти была лишь косвенной, я вдруг испытал невыносимое чувство вины, какого не ощущал ни от одного из предыдущих зверских убийств.

Странно это все.

А главная шутка судьбы заключалась в том, что из всей этой троицы именно Игорю я меньше всего желал смерти. Даже подумывал оставить его в живых. Но не вышло.

В Питер я уехал на попутках.

Свидание по расчету

Вот уже десятый день я не мог заставить себя написать хоть строчку. Главу, посвященную Игорю, я с трудом завершил, но вот следующая никак не давалась.

Чтобы закончить «Идеальное преступление», необходимо было совершить еще три убийства. Последние два я давно продумал, а вот найти кандидата на роль одиннадцатой жертвы никак не получалось.

Я даже не знал, с чего начать. Самые продвинутые йоги не в состоянии поддерживать во время медитации такую кристальную чистоту и тишину разума, какую я испытывал, садясь за ноутбук.

«Очисти свой разум. Глубокий вдох, выдох. Отпусти мысли. Вдох, выдох. Не думай ни о чем. Думай о дыхании. Не думай о дыхании. Думай ни о чем».

Хорошо, это у меня получалось на отлично. А как теперь начать думать о чем-то конкретном и нужном?..

Я перепробовал все доступные способы. Ходил по три раза на дню в душ, надеясь на неожиданное вдохновение, несколько раз перемыл всю посуду в доме, отдраил квартиру, машину и даже помыл полы в подъезде (или все же в парадном? или в парадной?9 Столько лет живу в Питере, но так и не разобрался, когда какое слово надо использовать).

Я заливался черным кофе и зеленым чаем, ел горький шоколад, бурый рис и красную рыбу, которые, по заверениям интернет-экспертов, должны были естественным образом усилить работу моего мозга. Даже купил какой-то синий чай, богатый антиоксидантами. Голодал и, наоборот, наедался перед сном, чтобы снились кошмары, надеясь, что хоть во сне явится ответ. Ходил в туалет без телефона…

Я надевал