Сегамегадрайв - Сергей Дедович

очередном повороте я спотыкаюсь, падаю, качусь, понимаю, что повредил ногу. Мы забегаем в какой-то подвальный хостел. Я переодеваю свою двустороннюю куртку на сторону с другим цветом, вызываю такси. Диджей Мефозорд тащит меня до машины, потом домой.

В травме пришлось оплатить коляску. На коляске я поехал делать рентген. У меня оказались порваны несколько связок. Хочу ли я в гипс? Не хочу. Тогда перемотаем бинтами, и покупай трость. Я купил трость и ходил с ней. Пришёл с тростью и перемотанной ногой в бар «Синекура», который чуть не сжёг своей бородой. Завсегдатаи видели, как я качусь всё дальше вниз.

* * *

Несколько дней после этого у меня было ощущение, что нас выследят и убьют. Хотелось уехать из города, но работа затянулась, пришлось остаться. Прилетел заказ из Лос-Анджелеса, от крупного вебкам-ресурса 'Malyshkin’s': сделать дипфейк-порно-сцену, чтобы пользователь мог дрочить на женщину с любым лицом. Виртуальная реальность, максимальное жизнеподобие.

Я стал писать сценарий иммерсивного порно-квеста. Ты заходишь в квартиру, там в душе моется деваха, ты её не видишь, но разговариваешь с ней. Исходя из твоих ответов формируются её внешность и поведение. Она выходит из душа именно такой, как ты хотел, и вы трахаетесь. А потом это всё превращается в хоррор: тьма, стробоскопы, тентакли, кровища по стенам. Почему-то не взяли. А зря. Но в ходе разработки я, конечно, вспомнил предводителя могучих святых тайн Землемера и его игру.

Я позвонил Землемеру и спросил: Игра будет для индивидуального прохождения или мультиплеер? Он сказал: «Отличный вопрос. Ты играл в однопользовательскую версию, но это бета. Конечно же, для реализации всей глубины замысла нам понадобится мультиплеер». Я сказал: Но если многие игроки будут играть в одной сессии, а сюжет и окружение генерируется для каждого из них индивидуально, то сюжеты очень быстро вступят в конфликт, что делать с этим? Землемер сказал: «Конфликта не будет, если игроков будет достаточно много, чтобы соотносить игру каждого из них с похожими играми и создавать для таких игроков общие сессии[13]. Причём каждый игрок частью сюжета может пересекаться с одними игроками, а частью — с другими. Например, в игре ты детектив, который ездит на гоночной машине. Ты будешь пересекаться с игроками-гонщиками, когда ты за рулём, но при расследовании дела — с игроками-коллегами и игроками-убийцами. И все они, напомню, будут считать, что игра — это реальность. А значит, не будут знать, окружают их игроки, NPC или и те и другие. Это даст игрокам волю для интерпретаций, так что они смогут быть не только детективами, но и философами. В своём роде детективами, направленными интроспективно, внутрь устройства игры. О, и да, мы придумали кое-что, чтобы игра не была слишком лёгкой. Игрокам нужно будет каждые несколько часов поддерживать материю своих аватаров — то есть добывать и поглощать еду. Находить, готовить, красть или покупать — в зависимости от этапа развития социума и личных скиллов. Круто? Круто!» Я наконец решился спросить: Землемер, скажи честно, ты что, просто конструируешь то же самое, что у нас и так есть? Подышав в трубку, Землемер ответил: Если подражать, то лишь совершенному.

* * *

Мы трое переехали в двушку, которая была подешевле. Но у нас всё равно почти закончились деньги. В новой квартире на балконе обнаружились костыли, ребята сказали, что это для меня — обхохочешься. Арендодательница попросила нас принять телевизор, который туда вскоре доставят. На следующий день привезли дуру с такой диагональю, что впору не в квартире повесить, а на площади. Я думал, она его заберёт, но оказалось, что он был для нас. Я играл в 'Disco Elysium', 'God of War: Ragnaryok'. Герои были с меня ростом.

Я нашёл бар, где по средам была скидка пятьдесят процентов на коктейли. С тех пор я работал там каждую среду. Я пил московский мул либо негрони. Каждую среду к полудню я был пьян. Я сидел за стойкой, и мне было грустно. Мне не нравилась Астана. Я терял связь с реальностью. Коктейле на седьмом я поворачивал голову в произвольную сторону и говорил первому встречному: Привет. Кто там сегодня? Две милфы. Вдохновенно болтаем около часа, потом они довозят меня домой на джипе, и настроение моё улучшается.

Я влетаю домой и кричу: «Пацаны! У нас есть ещё сорок минут, возвращаемся в тот бар, там охуенно. Сразу берём восемнадцать коктейлей, чтобы успеть до закрытия пробить чек. И ухуяриваемся. Как вам план?!..»

* * *

На тусовку, где играл диджей Мефозорд, заявился посол Марокко в Казахстане. Он позвал народ на афтепати в посольство Марокко. Диджей Мефозорд позвал всех наших, Златоуст и Вышеупомянутый пошли, а я остался верен Шотландии: в тот вечер я пил односолодовый скотч и пересматривал «Храброе сердце». Когда я вижу Мела Гибсона в «Храбром сердце» и пью скотч, мне становится лучше. Я подумал: держи свою голову крепче, братан. И никуда не поехал. Одолели меня казахские тусовки. Дома посижу.

В три часа ночи мне пишет Вышеупомянутый: Наполни ванну горячей водой, скоро будем. Я подумал, что это интересно. Стал наполнять ванну. Приехал Вышеупомянутый, втащил Златоуста. Златоуст не чувствовал тела. Мы погрузили его в ванну. Вышеупомянутый тоже был упорот в кал, но держался. Разве что время от времени орал: «Там бунт! Там бунт!..»

Мне удалось выяснить следующее. Они приехали в посольство Марокко. Златоуст опустил водный, поймал бледного и сорок минут сидел на улице. Вышеупомянутый нашёл его, запаниковал и повёз домой, чтобы положить в горячую ванну. Это проверенный метод вернуть наглухо обкуренного к жизни.

Мы вытащили Златоуста из ванной, обтёрли полотенцем и отнесли в кровать. Он был всё ещё плох. Вышеупомянутый кричал ему в уши: Это бунт! Я сказал: Да отъебись ты от человека, не видишь, ему плохо, ты что, упоротый? Вышеупомянутый ответил: Нет. А потом сказал: Нагой, поехали в посольство Марокко, там охуенно. Там Мефозорд, там все. Я сказал, что не хочу. К тому моменту я уже досмотрел «Храброе сердце» и начал смотреть великий блокбастер Индии «Бахубали».

Однако Славе я зачем-то был очень нужен, и в конце концов он меня уговорил. Я взял свой рафинад, и мы поехали.

* * *

Пять утра. Богатая улица в свете усталых фонарей. Вышеупомянутый не помнит, где посольство. Звонит в рандомный дом. Из домофона вытекает заспанное