Сегамегадрайв - Сергей Дедович

Вокруг полчища казахов стучат в окна: вода, сим-карта, деньги поменять, жильё, чем помочь? Многие выглядят сомнительно — вообще не похожи на помощников. Мы ехали, пока могли, а потом снова заночевали в машине.

На следующий день река машин обмелела. Мы прибыли в маленький город. Обменяли рубли на тенге. Все гостиницы оказались забиты. К нам подошёл туманный казах в жёлтой майке, сказал, что есть дом, можно снять комнату, переночевать. Мы взяли его номер телефона. Спустя время, посовещавшись, решили набрать ему. Казах скинул нам адрес, и мы приехали.

Продолговатый дом в два этажа. Внутри мрачный раздрай. Вместо душа корыто. Мы сидим на железных кроватях. Приходит другой казах — владелец дома. Рассказывает, что раньше здесь было убежище людей, которые пострадали от рабства. Те, кто сбегал из рабства, могли тут перекантоваться. А теперь кантовались мы — разбитые и пережёванные дорогой. Я так и не смог там уснуть. Другим тоже не спалось. В четыре утра мы собрались и поехали дальше.

XI. Сейчас всё заработает

Хочет он лишь одного:

Абсолютно, блядь, всего, —

это я даже затрудняюсь сказать, из какой песни, и где я её слышал, если слышал вообще.

Потея лошадиным потом, наш союз пролетариев умственного труда добрался до Астаны. Все квартиры по цене квартир уже разобрали, поэтому мы сняли однушку по цене дворца. Нам пора было доделывать и сдавать проекты.

Вышеупомянутый и Златоуст много зарабатывали, потому что много думали о деньгах. Но вместе с тем быстро их тратили, потому что мало думали о деньгах. Мне ещё предстояло всему этому научиться.

Первый вечер в Астане. Чувство отката назад в 2012 год. Между барами продают надувные шарики с веселящим газом. В барах всюду дешёвый сладкий алкоголь. Но есть и хорошие заведения. Ужинаем шавермой с лобстером в ресторане, чьё название как-то связано с быками, на небольшой сцене хорошо поёт женщина в вечернем платье. После ужина перемещаемся в бар «Синекура». Нашего бармена зовут Супер Султан, и он готов на всё. Я включаю пьяного батю и учу Супер Султана делать коктейли. На четвёртом коктейле Супер Султан говорит, что дальше я буду делать их сам. Мне выдают оборудование, я делаю нам коктейли.

Бар «Синекура» видел, как Астана начала меня уничтожать. Каждый следующий вечер, когда я приходил туда, я был всё хуже. В какой-то момент я вскричал: «А теперь будем делать Б-52!» Я стал делать нам Б-52 — как положено, с огнём. От одного из них у меня загорелась борода. Я чуть не сжёг бар, меня насилу потушили. Под вонь жжёных волос я предложил Супер Султану: «Давай мутить траву!» Он кивнул. В два ночи, закрыв бар, мы поехали на квест. Я, Супер Султан и диджей Мефозорд.

Мы на локации — высотный жилой комплекс. Закладка должна быть на одиннадцатом этаже. Поднимаемся. Я сую руки во все щели. Нахожу целых две закладки — порошок и пакет какой-то зелёной пыли, но нашей травы нет. Слышу, что снизу кто-то поднимается — вероятно, другие кладоискатели. Мы прячем закладки в карманы и проходим мимо гостей — казахская молодая шпана. Покидаем здание, проходим мимо посаженной тачки, где ждут их друзья, и уезжаем, пока они не поняли, что мы унесли их дрянь.

Супер Султан сказал, что травяную пыль надо слюнявить, крутить шарик, а потом его курить. Это меня удивило, я не сталкивался с таким раньше. Супер Султан подумал, что я совсем профан, и позже сказал мне: «Загугли, что такое водник». Я хохотал до мутных слёз.

Сгоревшие бороду и усы я сбрил. Мы продолжали пить и между пьянками сдавать проекты. Мы делали госзаказ, всё ту же собаку-космонавта для начальной школы. Интерактивная псина учит тебя космосу. Полгода я стоял за этим проектом в очереди, а потом ещё столько же ждал, когда мне заплатят.

* * *

Диджей Мефозорд приносил мне неудачу. Он нашёл какой-то клуб, стал играть там сеты, приходить домой поздно и критически упоротым. Ты пытаешься заснуть, но постоянно слышишь, как кто-то нюхает или харкает. Просыпаешься с кирпичом посреди головы.

Казахи часто прямо на улице подходили к нам со словами: «Здорово, чем помочь?» Все они были немного Супер Султаны. Однажды в баре два шебутных казаха подошли к нам с диджеем Мефозордом и сказали: «О ребята, давайте бухать вместе!» Мы выпили с ними бутылку водки, и я сделался пьян в кашу. Те двое сказали: «Поехали теперь в салон».

Мы в салоне, там всё готово. На столе выпивка, бастурма, другие закуски. Пьём водку дальше. Чуваки вызывают проституток. Заваливаются стрёмные бабы легкового поведения. Я убегаю от них по всему салону в каком-то халате. Я не хочу их. Я угораю над ними. Чуваки вызывают других. Над ними я тоже угораю. Я пью водку, ору что-то из The Doors, падаю в бассейн. Мне никогда не были нужны проститутки. А эти были ещё и некрасивые. И какие-то непохотливые. Не знаю, что лучше: страшная похотливая девка или красивая непохотливая шлюха. Я в этом не разбираюсь.

Мне было весело, а в какой-то момент я упал и заснул. Проснулся утром. Те двое с диджеем Мефозордом ещё галдели. Я поднялся, включил батю и сказал: Всё, давайте расходиться. Нам принесли счёт в человеческий рост. Казахи включили заднюю. Говорят, они в баре за водку платили. Я говорю, ну и что, тут счёт не за водку, а за всё. Они поднимают кипеж и технично сваливают. Приходит администратор салона. Как будете платить? Я говорю: Никак, вызывайте ментов. Он говорит: Это и были менты. Я говорю: Вот им и звоните. Сразу понял, что это наебалово. Что вы, с похмелья меня наебать хотите?! Хуй вам, суки — по штуке в одни руки! Говна-пирога! Посмотрим, кто кого наебёт!

В салоне всё было сделано грамотно: просто так не уйдёшь. Замки на электромагнитах, высокие заборы. Я понял, что мы оказались внутри инсталляции, и сказал: Ладно, мы заплатим, но у меня нет столько налички, и карты тоже нет. Администратор сказал: Тогда поехали туда, где есть. Я сказал диджею Мефозорду: Держись меня. Админ ушёл, чтобы одеться. Я развернулся, прыгнул на забор и через него, приземлился и побежал со всех ног. Диджей Мефозорд дёрнул за мной.

На