Заставь меня Не любить. Исповедь - Маргарита Аркадьевна Климова

— Шевелись. Достаточно отдохнула. Пора отрабатывать — подтолкнул, заставляя начать наряжаться.

Подцепила пальцами одеяние, разбираясь в какую дырку чего пихать. Наряд напоминал портупею, только с подобием трусов из тесёмочек. На обряжение ушло несколько минут, и всё это время Немцов недовольно перекатывался на ступнях и вдыхал, закатывая глаза. Знаю, что он считал меня медлительной дурой, бесился, но не соизволил помочь.

Кое как справилась, застегнув последнюю пряжку под грудью. Глянула на себя в зеркало, и ощутила удушающий стыд. Сказать, что я одета, значило жестоко поиздеваться на до мной. Ремешки приподнимали оголённую грудь, стягиваясь под ней, а тесёмки, заменяющие «трусы», выделяли эпилированный треугольник между ног и перекрещивались на ягодицах, врезаясь в белоснежную кожу. Развратнее и пошлее я не выглядела даже голой.

— На колени, сучка моя, — указал на место у ног хозяин, обхватывая ошейник и ожидая, пока я подставлю шею.

Снова путь по коридору, спуск по лестнице, марш-бросок через половину дома в комнату отдыха. Успела забыть, как правильно ползти, и с непривычки несколько раз подвисала на цепи, задыхаясь от передавливания горла ошейником. Он болезненно впивался в кожу, не давая сделать вдох и сглотнуть. Жуткое ощущение, сравнимое с удушьем.

Ожидаемо, в бильярдной находился Влад, не спеша потягивая виски и дымя вонючей сигарой. Затормозила на входе, багровея на глаза. Видела только свои кисти, но и по ним от ужаса пошли красные пятна. Как бы не сломалась я у столба, сколько бы не пролежала в безразличном состояние, присутствие Казанцева оказалось невыносимо.

— Чего застыла, Ирусь? — сально протянул, озабоченно пялясь на грудь, Влад. — Вползай и выгибай спинку. Будем тебе показывать, как мужики трахать умеют.

Глава 13

Вползла, стараясь не смотреть на Казанцева, развалившегося на угловом диване. Кожу жгло от его голодного взгляда. Хотелось закрыться, спрятаться, но я послушно двигалась в сторону зоны отдыха. Представляла, что они вдвоём могут сделать со мной, и старалась морально подготовиться ко всему, что здесь произойдёт. Лучше так, чем обездвиженной у столба перед несколькими десятками народа.

Немцов протащил меня по дуге, старательно обходя бильярдный стол, барную стойку и демонстрируя гостю ручного питомца. Дышала через раз, ощущая нехватку горького кислорода. Ремешки нещадно сдавливали под грудью, вызывая зуд и затруднение дыхания.

С приближением к Владу я всё больше замедлялась, а Игнат всё сильнее натягивал цепь, зло пыхтя и раздувая ноздри. Видела, в каком он состояние, понимала, что его лучше не бесить, но страх сковывал тело. С трудом подтягивала ноги, пытаясь не упасть и не вызвать в хозяине взрыв гнева.

Немцов сел на вторую половину кожаной громадины и подтянул меня вплотную к ногам, как обычно широко расставленным, когда владелец находился в расслабленном состояние. Мужчины начали одним им понятный разговор о перекрытиях, плотности металла для конструкций, перешли на стоимость акций конкурирующей компании. И всё это время Игнат гладил меня по голове, будто я его любимая собака, а Влад жадно пялился на грудь, гулко глотая виски.

— Твоя псинка, наверное, тоже хочет выпить, — указал стаканом на меня Влад, крутя головой и выискивая посуду. — Это как раз подойдёт.

Губы растянулись в пьяной улыбке, когда он узрел подставку под цветком. Потянулся, выломал поддон от горшка, вытряхнул мелкие комья земли и торопливо протёр рукавом. Тут же плеснул на дно приличную порцию вискаря и, подавшись вперёд, поставил его к моим ногам.

— Пей, — дёрнул за волосы Игнат. — И без рук.

Сгорая от стыда, закипая от ненависти, наклонилась и лизнула противную жидкость, надеясь, что спирт обезвредил грязь в поддоне. Собиралась выпрямиться, но тяжёлая рука схватила за шею и нагнула ещё ниже, впечатывая лицом в миску.

От неожиданности втянула ноздрями виски, подавилась, закашляла, чувствуя, как спирт продирается через носоглотку в кишечник. Сразу стало горячо, обжигающая лава потекла по пищеводу.

— Ещё, — ткнул мыском ботинка Игнат, довольно скалясь над моей неудачей. — Не поднимешь свою морду, пока всё не вылакаешь.

Скотина! С каждым разом он всё искуснее издевался, озвучивая более извращённые приказы. Вытянула губы в трубочку, потихоньку всасывая пойло. Пить, так пить. Почему-то подумала, что нажраться сейчас было бы лучшим вариантом. С пьяной бабой многого не сотворишь.

От усердия закружилась голова. Или от градусов, отравляющих кровь. Доза для меня оказалась не маленькой, особенно, если учесть, что ужин я пропустила. Оторвавшись от миски, бесполезно переводила помутневший взгляд по предметам мебели. Во рту стояла вязкая горечь, мозг приятно затягивался в туман, по позвоночнику заструилась умиротворённая слабость.

— Чего расползлась? — напомнил о себе Игнат, ухмыляясь и расстёгивая ремень. — Отрабатывай давай.

Странно, вместе с алкогольной эйфорией внутри поселилось безразличие и опустошение. Было наплевать, есть ли здесь свидетели моего позора или нет. Протянула руку, расстёгивая ширинку, оттянула трусы, ловя ладонью выпрыгнувший член.

Закрыла глаза, чтобы уйти от действительности, придвинулась, размещаясь между ног. Накрыла губами головку, почувствовав и там запах дешёвых духов. На мгновение стало противно до тошноты, но я проглотила образовавшийся от неприятия ком и насадилась на ствол чуть глубже.

— Языком, сучка, работай, — прикрикнул Игнат, вцепляясь в волосы и насаживая на себя. — Мне нужен качественный отсос, а не вялое сосание леденца.

Поперхнулась от резкого внедрения в горло, оттолкнулась от коленей, чтобы вдохнуть порцию кислорода. Поспешила скорее снова взять в рот, пока Немцов не решил научить искусству глубокого, горлового минета. Отрешённо вбирала, посасывала, крутила языком, стараясь быстрее довести до разрядки.

Чувствовала, как плоть мелко подёргивается в приближение оргазма, приготовилась к очередному сбросу спермы, когда на бёдра легли чужие лапы, приподнимая и подхватывая под животом. Ощутила попытку проникновения постороннего предмета, напряглась, сжимая ягодицы и отстранилась, выпуская блестящий от слюны член.

— Ты охренел, Казан? — отмахнулся от меня Игнат, от чего я неловко завалилась на бок, радуясь спасению от потуг Влада. — Если я разрешил смотреть, это не значит, что позволил тебе пихать свой хер в мою подстилку. Мне потом не в кайф собирать после тебя грязь. Ты сегодня шлюху натягивал без гандона, а теперь им же лезешь в принадлежащую мне дырку.

— Твоя сучка заскучала совсем. Она не будет против, если мы её отдерём вдвоём. Соглашайся. Будет весело.

Мразь! Повеселиться решил. Я против! Да я даже под вискарём не согласна на его веселье. Из-под ресниц смотрела на Немцова, с содроганием ожидая его ответа.

— Веселиться будешь на расстояние, Влад, — заключил Игнат, сверля Казанцева недобрым взглядом. — Можешь подрочить, пока я вдую своей рабыне.

— Да ты не