Моряк - Ларс Кеплер

— Я тоже об этом думала. Я задержалась… но теперь мне кажется, что она боялась чего-то другого. Чего-то извне… чего-то, что казалось страшнее смерти.

• • •

До конца недели Дагмар и Ребекка на больничном. Сейчас они сидят за кухонным столом, каждая с чашкой кофе, и смотрят на телефон Соланж. Один угол разбит и крошится мелкими осколками стекла.

Больше года фоном у Соланж стояла забавная фотография с вечеринки, где они с Тууликки танцуют. Теперь фон заменён летним снимком «её мам».

— У нас три попытки разблокировать телефон, — говорит Ребекка.

— Как думаешь, код простой или сложный?

— Зависит от того, насколько личное у неё там хранится.

— Учитывая, что последние пять лет она не давала никому держать телефон, я бы сказала — сложный, — отвечает Дагмар.

— Согласна.

— Цифры или буквы? — спрашивает Ребекка.

— Буквы.

— Я тоже так думаю… какое-нибудь существующее слово.

Они перебирают варианты, выбирают и делают две попытки, но обе неверны.

— Если ещё раз ошибёмся, понадобится PUK-код, — говорит Ребекка.

Она достаёт свой телефон, звонит знакомому в морг в Шене и просит немедленно устроить им посещение.

Обе чистят зубы, затем выходят, срезают все розы в маленькой теплице, садятся в машину Ребекки и молча едут в морг. Паркуются, берут цветы и заходят в комнату прощания.

Свет приглушён, горит свеча, воздух насыщен запахом белой лилии в вазе.

Соланж лежит на ложе под бледно-розовым покрывалом, видно только лицо.

Её странно накрасили, волосы расчёсаны и уложены на одно плечо.

Дагмар останавливается у двери и часто дышит.

Ребекка издаёт незнакомый самой себе стон, когда тело пронзает тревога и боль. Она роняет розы, спотыкаясь, идёт по ним, силы полностью покидают её, она опускается на колени и прижимается лбом к холодному каменному полу.

— Соланж, — умоляет Дагмар. — Пожалуйста, Соланж…

Невыносимый диктат смерти — чудовищное надругательство над собственной волей, узами любви, будущим, всеми усилиями и всеми молитвами Богу.

Через некоторое время Дагмар, плача, помогает Ребекке подняться, и они садятся на стулья рядом с телом, которое лишь отдалённо напоминает их прекрасную дочь.

Ребекке хочется снова лечь на пол.

Тело Дагмар то и дело содрогается. Она сидит, сцепив руки, и смотрит на лишённое выражения лицо Соланж.

Почти через два часа входит мужчина и тихо объясняет, что скоро в комнату прощания придут другие скорбящие и ему надо подготовить всё для их прощания.

Ребекка кивает, собирается с силами, достаёт телефон Соланж и встаёт, но ноги дрожат так сильно, что приходится снова сесть. Она пытается дышать медленно, губы онемели. С трудом сглатывает, поднимается и словно против сильного течения идёт к мёртвой девушке, поднимая телефон перед её лицом.

• • •

Обе женщины снова на кухне Дагмар. Сидят рядом, методично просматривают телефон и переносят на аппарат Ребекки все фотографии и контакты. Читают электронную почту Соланж, SMS, Snapchat, WhatsApp и Instagram. Дагмар записывает имена, места и время, но почти всё выглядит совершенно несущественным.

Вся переписка с Тууликки удалена.

Совсем недавно, когда Соланж гостила у Тууликки в Стокгольме, в WhatsApp появился новый контакт. Всего два сообщения. Первое написала Соланж:

Привет, Синди. Меня и мою подругу пригласили в Ars Erotica. Можешь дать несколько советов, как победить?

С уважением, Соланж и Тууликки

Синди: Приезжайте в Thai Spa в Халлонбергене и спросите меня, прежде чем подпишете контракт!!!

• • •

Ребекка и Дагмар проехали больше четырёхсот километров на северо-восток через Швецию и сейчас находятся на автомобильном мосту между двумя плотно застроенными островами Стокгольма.

Ребекка ведёт машину, а Дагмар заряжает телефон Соланж и не даёт экрану заблокироваться.

В две матерчатые сумки они бросили только самое необходимое.

Перед отъездом Ребекка открыла оружейный шкаф, взяла Glock 45, три коробки патронов и плечевую кобуру.

В Йёнчёпинге они заправились и заставили себя немного поесть в McDonald’s.

Дагмар смотрит, как пейзаж проносится за окном, и думает, что всего лишь делает небольшой крюк по пути к смерти. Это терпимое ощущение — ведь жизнь, в конце концов, и есть короткий крюк по дороге к угасанию.

По пути они искали всё, что связано с названием Ars Erotica, но находили лишь общие материалы об искусстве любви. Расспрашивали всех знакомых — никто ничего не знает.

Ars erotica часто обсуждают со ссылкой на философа Мишеля Фуко как поиск истины в эротическом наслаждении.

Но ничто из найденного не связано с конкретным местом или обстоятельствами.

Дагмар смотрит на красивую столицу и думает, что они с Ребеккой немного похожи на героинь фильма «Тельма и Луиза» — только гораздо лучше понимают, какая пропасть ждёт впереди.

• • •

Они медленно едут по Смедвеген в Калльхелле к дому Тууликки, сверяют номера над подъездами жёлтого изогнутого здания, прижимаются к краю дороги, останавливаются и выходят.

Дагмар всё время держит телефон Соланж и следит, чтобы он не заблокировался.

После долгой дороги тела затекли.

Дагмар бросает взгляд на Ребекку. Та выглядит бесконечно печальной: бледная кожа, розовый кончик носа, кожаная куртка и расклёшенные джинсы.

Они проходят по асфальтированному проходу во двор с набухающими почками на деревьях и жёлтой прошлогодней травой, замечают у самой земли грязное окно с решёткой и идут к деревянной двери в полуподвале.

Ребекка громко стучит, ждёт несколько секунд, затем достаёт из маленького рюкзака отмычки.

Замок простой, под асимметричный ключ. Она слегка нагружает натяжитель, проворачивает верхний штифт и слышит щелчок механизма.

Ребекка открывает. Лестница идёт вниз к тёмному дверному проёму. До неё доносится запах канализации.

— Эй! — кричит она. — Тууликки?

Ребекка протягивает руку и щёлкает выключателем, но свет не зажигается. Достаёт маленький фонарик и начинает спускаться.

— Тууликки?

Дагмар касается экрана телефона, идёт за подругой и видит узкий луч, дрожащий по бетонному полу.

Ребекка вспоминает, что пистолет остался в бардачке машины.

Она спускается к проёму и направляет фонарь в пустую комнату. Немного дневного света проникает через маленькое окно под потолком.

На полу стоит отключённая электрическая плитка рядом с несколькими расплющенными картонными коробками, которые, вероятно, служили матрасом.

— Уютно, — бормочет Дагмар.

Ребекка проводит светом по голым стенам и заходит в тесную ванную с грязным унитазом и краном.

Пластиковая решётка слива почти полностью забита светлыми волосами. На краю раковины стоит потрёпанная косметичка с Минни Маус.

Ребекка заглядывает внутрь.

Среди стружки от заточенного карандаша для глаз лежат пластмассовая