Разлом - Франк Тилье

можно было бы подумать, что из него ушла вся жизнь. Франк выпрямился, скривившись от боли, порылся в траве и поднял нож. Другой воспользовался моментом, чтобы перевернуться на бок, поднялся, опираясь на мост, согнув спину, как старик. Голый под своей потрепанной монашеской одеждой, он выглядел как персонаж, сошедший с картины Иеронима Босха.

Он пристально посмотрел на полицейского и, поняв, что может уйти, ушел, шатаясь, в заросли. Дойдя до первого ряда деревьев, еще освещенных фонарями, он обернулся, прислонившись к стволу. Он задыхался.

— Я не чудом остался жив. Я был мертв.

Франк позволил ему уползти в темноту и скрыться. У него был другой выбор? Вызвать полицию означало бы привлечь к себе внимание. Полицейские задержали бы его и спросили, что он здесь делает. Дело наверняка дошло бы до 36-го участка. Зато он сразу позвонил отцу Франсуа и сказал, что они могут забрать своего сумасшедшего в лесу, недалеко от домика. Учитывая его изнеможение, он не уйдет далеко и никому не причинит вреда.

Сам он, хромая, вернулся в свой домик, запер дверь и с рычанием снял джинсы. Икроножная мышца была лишь слегка задета, но на голени остался небольшой кровоточащий порез. Франк сделал импровизированный перевязочный материал из бумажных платочков, которые он как мог прижал к ране. Затем он рухнул на кровать.

Через час он получил короткое SMS от отца Франсуа. Они подобрали Небраса на обочине дороги, лежащего в траве. Монах не задал ему никаких вопросов о том, в каком состоянии он его нашел, тем самым заключив своего рода договор о молчании. Через несколько секунд пришло еще одно SMS с адресом Дотти в Ванве. Возможно, это был способ поблагодарить его за то, что он «вернул» их подопечного без лишних сложностей.

Полицейский не шевелился, лежа с распростертыми руками и пульсирующей голенью. Он закрыл глаза, изнемогая от усталости. Небраса был не только полусумасшедшим, он провел эксперимент и увидел нечто. Нечто, что напугало его до такой степени, что превратило мрачного атеиста в убежденного христианина, запертого на месяцы в глубине аббатства.

Шарко не верил в дьявола.

Но это не означало, что дьявола не существовало.

22

Лаконичное сообщение от Жеко встретило Шарко, когда он проснулся. Две несчастные строчки, в которых говорилось, что он возвращается на службу на следующее утро. Расследование, проведенное IGPN, было закрыто. Никаких упоминаний о смерти Фермона или нападении на Одру в его послужном списке не будет.

Франк почувствовал лишь частичное облегчение. Возможно, в глубине души он должен был заплатить за то, что случилось с его коллегой. Он был ее начальником, а начальник должен заботиться о безопасности своей команды. Отсутствие упоминания в деле означало, что в их глазах Одра не стоила ничего. На самом деле, единственным положительным моментом было то, что он наконец-то сможет действовать по правилам, вернуть часть своей группы и получить доступ к ресурсам... Тем не менее, он все еще надеялся немного оптимизировать время, проведенное вдали от офиса.

Он припарковался в Ванве сразу после полудня. Надел запасные джинсы и выбросил старые в мусорный бак, предварительно сменив повязки. Рана начала заживать и уже напоминала неглубокую ссадину, которую можно было получить, сильно ударившись о раму кровати. Во всяком случае, так он объяснит Люси. Конечно, он не сомкнул глаз, или почти не сомкнул. Лицо мумии и последние слова Небраса преследовали его всю ночь. - Я не чудом не умер. Я был мертв. - Шарко не знал, что он имел в виду, но он почувствовал, как редко в жизни, какую-то тревогу в животе, не чувствуя себя в безопасности в темноте своей комнаты.

Адрес, предоставленный аббатом, привел его к желтому кирпичному зданию на тихой улочке в стороне от центра города. Дверь в подъезд не была заперта. Полицейский мог бы отложить визит, чтобы соблюсти строгий порядок, но он был полон решимости. Он нашел почтовый ящик с надписью «31B» и открыл его без труда — защелку можно было сдвинуть с помощью кредитной карты. Внутри лежали три конверта. Первые два не были запечатаны и содержали напоминания об оплате аренды с указанием номера мобильного телефона владелицы.

На третьем был код ROC 23044 и дата 9 октября. Он осторожно открыл клапан и вынул лист. Почерк был неровным, наклонным, бумага белая и слегка смятая. - Вы больше не приходите ко мне. Полагаю, вы нашли Разлом и не вышли оттуда невредимой.

Возможно, демоны оказались слишком сильны и не позволили вам вернуться к нам. Я предупреждал вас об их силе. Тем не менее, если вы все еще на этой стороне и читаете эти слова, не сражайтесь с ними в одиночку. Присоединяйтесь ко мне. Вместе мы будем сильнее их. Да поможет вам Бог...

Разлом... Шарко мгновенно вспомнил диораму, где Эмма висела над чертями в пещере. Было ли это место? Иллюзия, рожденная ума сумасшедшего? Один из тех мистических опытов, которые можно получить, употребляя запрещенные вещества, типа ЛСД? Сомневаясь, Франк сфотографировал письмо и положил все на место в почтовый ящик, чтобы никто не заметил.

Чтобы попасть на верхние этажи, он нажал на кнопки домофона наугад, пока не услышал долгожданный щелчок. На третьем этаже он повернул ручку двери квартиры, априори арендованной Эммой. Заперто, конечно. Судя по посредственному качеству дверной коробки, замок не выглядел трехточечным, но Франк не хотел выбивать дверь. Он решил позвонить хозяйке.

Через час она появилась, в основном потому, что беспокоилась о своих финансах: арендаторка не заплатила за последние месяцы.

Шарко дал ей понять, что он ее ищет, и воспользовался случаем, чтобы задать несколько вопросов, которые в итоге не принесли ему ничего, кроме банальностей. Это была скромная молодая женщина, которая жила в этой двухкомнатной квартире с мая. Когда он попросил войти в одиночку, она без возражений дала ему дубликат ключа, который он должен был бросить в почтовый ящик, когда закончит. А поскольку она настаивала на оплате задолженности, он сказал, что свяжется с ней в ближайшие дни, чтобы она зашла в Bastion.

Как только он оказался один, он надел перчатки и вошел в квартиру. Гостиная-кухня была чистой, функциональной, нигде не валялось ничего лишнего.

Дотти, судя по всему, не заселилась в эту квартиру, которая, кстати, была уже меблирована. Никаких личных вещей, никаких украшений. Он открыл шкафы, быстро осмотрел их, затем направился в ванную, где нашел туалетную сумку, в которой было все необходимое для нескольких ночей.

В конце коридора