Сценарий - Арно Штробель

— Добрый день. Надеюсь, вы не слишком долго меня ждали?

Бросив короткий взгляд на диван, с которого в этот момент поднималась его экономка, он подошёл к Маттиссен и протянул ей руку, затем поздоровался с Эрдманном и сел на место, которое только что занимала Хельга Йегер. Экономка покинула комнату, тихо прикрыв за собой дверь.

Ян проводил её взглядом, пока дверь не закрылась, и только тогда повернулся к Эрдманну.

— Вы, как я погляжу, уже успели немного побеседовать с Хельгой. — Голос его звучал безучастно. — Надеюсь, вам было приятно общаться, она поистине преданная душа. Но пришли вы, надо полагать, не ради неё. Итак, чем могу быть полезен?

— Да, всё верно, — сказала Маттиссен. — Господин Ян, скажите: рецензии на ваши книги — вы их читаете?

— Да, конечно. В основном в первые недели после выхода новой книги. Автору, знаете ли, хочется понять, как её приняли, что думают читатели.

— А потом?

— Издательство… — Его прервала экономка, вернувшаяся с чашкой кофе для него. Он поблагодарил её, и она снова вышла. — Так вот, издательство время от времени присылает мне копии рецензий из газет и журналов. Некоторые из них я тоже читаю.

— В декабре в «Гамбургской всеобщей ежедневной газете» вышла рецензия на «Скрипт», — перехватил инициативу Эрдманн. — Вы её тоже читали?

— Разумеется. Она ведь была опубликована в гамбургской газете.

— Рецензия была далеко не лестной для вашей книги. Вы знакомы с автором?

— Нет, не знаком. Помню лишь, что это было не известное имя в гамбургских литературных кругах. Какая-то малоизвестная писательница, возможно, внештатный сотрудник «ГВЕ». Признаться, я даже имени её не помню.

— Её зовут Нина Хартманн, — сказала Маттиссен. — Это имя вам о чём-нибудь говорит?

Ян напряжённо задумался, но затем покачал головой.

— Нет, к сожалению. У меня есть ощущение, что я где-то уже встречал это имя — читал или слышал, — но вспомнить определённо не могу. Понимаете, мои книги рецензировали столько самых разных изданий, что запомнить все имена просто невозможно.

— Ваше ощущение вас не обманывает. Вы уже слышали это имя как минимум один раз — вчера, от нас. Нина Хартманн — та самая студентка, которая получила первую посылку.

— Да, конечно, теперь я вспоминаю. Но подождите… Вы хотите сказать, что эта студентка написала разгромную рецензию на мою книгу, а теперь получает посылки, описанные в книге, которую она же и разгромила?

— Одну посылку, если быть точным, — поправил его Эрдманн. — Сегодня утром ещё одно отправление с аналогичным содержимым поступило в редакцию газеты. В точности как в вашей книге. Но попробуйте угадать — в какую именно газету?

— «Гамбургская всеобщая ежедневная»? — ответ прозвучал без малейшего промедления.

— Именно.

— Вот видите, лишнее подтверждение: хороший автор криминальных романов всегда стал бы и хорошим полицейским. Всё как в моём романе. Там посылки приходят в издательства, отвергнувшие произведение преступника, здесь — в газету, опубликовавшую разгромную рецензию. Что ж, это логично.

— Вот чего мы пока не понимаем, — снова вступила Маттиссен, — так это почему преступник отклоняется от сюжета романа именно в случае с первой посылкой, если в остальном он следует ему так скрупулёзно?

Ян обречённо пожал плечами.

— Не знаю, но я подумаю над этим. Какая-то причина должна быть.

— А что вы вообще думаете об этой рецензии? — Эрдманн подвинулся вперёд в кресле. Сиденье было настолько продавлено, что ему в нём было неудобно сидеть. — Вас не злит, когда кто-то так ругает вашу книгу? Я бы на вашем месте был в ярости.

— Ах, знаете ли, с такой критикой приходится мириться, если выносишь свои произведения на суд публики. Вкусы у всех разные, уровень читателей тоже.

Слишком уклончивый ответ, — подумал Эрдманн.

— А вы можете понять то, что эта женщина написала о вашей книге?

Писатель покачал головой из стороны в сторону.

— Ну, понять… Если мне не изменяет память, она нашла персонажей слишком плоскими, а сюжет — слишком тонким. Это дело вкуса, но если она действительно так восприняла книгу при чтении, я как добросовестный автор, конечно, задумываюсь над тем, что можно было бы сделать лучше.

Он помолчал мгновение.

— Кажется, она писала ещё о неком фундаментальном дисбалансе в моих романах. Что я чересчур увлекаюсь деталями при описании мест действия, тогда как действительно важная для сюжета информация подаётся скупо. Или что-то в этом роде.

Он запнулся, и у Эрдманна возникло чёткое ощущение, что писатель подбирает слова и тщательно обдумывает каждую фразу.

— Я не хотел бы перекладывать на чужие плечи ответственность за то, что касается моих книг, но… в данном конкретном случае вина отчасти лежит на другом человеке.

Эрдманн взглянул на Маттиссен. Она приподняла бровь.

— Вот как? И кто же это, по-вашему?

Ян снова выдержал короткую паузу, разглядывая свои руки.

— Мой редактор в издательстве.

Он поднял глаза.

— Я могу понять рецензентку хотя бы в этом пункте и прекрасно знаю, что она имеет в виду. Но для этого мне придётся немного отступить назад.

Он посмотрел сначала на Эрдманна, потом на Маттиссен, словно ожидая разрешения, и Маттиссен жестом руки предложила ему продолжать.

— Это правда, что у меня выраженная страсть к описаниям. Я всегда стремлюсь описывать вещи настолько точно, чтобы читатель видел их воочию. При этом мне важно, чтобы перед глазами всех читателей возникала одна и та же картина. Понимаете?

Если вы попросите десять человек, прочитавших мою книгу, описать определённое помещение из неё — и все десять описаний совпадут вплоть до мельчайших деталей, — значит, я справился.

И тут мне помогает один приём: я описываю только те места, которые существуют в реальности. Я сажусь, к примеру, в холл гостиницы и внимательно осматриваю всё вокруг, делаю заметки и множество фотографий.

Потом, за письменным столом, я беру всё это в руки и начинаю описывать этот холл. Искусство состоит в том, чтобы воспроизвести до мельчайшей детали всё именно так, как я вижу на фотографиях, не забыв ни единого, пусть самого незначительного предмета.

Ведь именно эти мельчайшие штрихи не просто делают пространство объёмным — они вдыхают в него жизнь. Если я сделаю всё правильно, вы мгновенно узнаете этот гостиничный