Зимний дом - Кэрол О'Коннелл

Мэллори посмотрела на Райкера.

— Думаю, в этом он прав, — кивнул тот.

Писатель продолжая гудеть.

— Полиция тщательно обыскала район. Несколько дней они опрашивали жителей квартала, пока очередь не дошла до гадалки, — он указал на узкое здание на другой стороне улицы. — Окна ее салона выходили прямо сюда.

Туристы синхронно посмотрели на бакалейную лавку, неоновая вывеска которой обещала покупателям пиво и сигареты. У витрины стоял пьяный и блевал себе на ботинки. Впрочем, эта картина еще больше заворожила экскурсантов.

— Полиция проявила к гадалке особый интерес, — бубнил Пинвитти. — Она единственная, кого вызвали в полицейский участок. Там она умерла. По данным некролога — от кровоизлияния в мозг.

— Неправда, — тихо заметил Райкер, чтобы не перебивать монотонную речь экскурсовода. — Все было гораздо интересней.

— А что произошло на самом деле?

— Мне это известно только со слов других. Я ребенком услышал историю этого убийства, которому уже тогда было двадцать лет. Детективы оставили гадалку всего на пять минут, чтобы освободить комнату для допроса. Когда они вернулись за старухой, та уже умерла. Над ней склонился охранник, который сказал, что минуту назад гадалка была жива, и вдруг — упала замертво. В тот момент рядом с ней никого не было. В начале сороковых годов часто проводили эксгумации, поэтому полиция знала, что удар ножом для колки льда в ухо симулирует инсульт. И как раз в это время разыскивали убийцу с ножом для колки льда. Полицейские посветили в ухо покойной фонариком и обнаружили следы крови, после чего попытались выбить правду из охранника.

— Он был замешан?

— Детективы сочли, что да. Возможно, он действительно получил несколько баксов за то, чтобы отвернуться, или даже сам прикончил гадалку. Но согласно показаниям свидетелей, он просто не обратил внимания, что кто-то остановился поговорить с задержанной. Неизвестный находился рядом с ней совсем недолго, поздоровался, попрощался — и все. Через несколько секунд женщина упала вниз лицом. Охранник потряс ее за плечо и спросил, как она себя чувствует. В этот момент она рухнула на пол, мертвая. Убийца зашел в участок и прикончил гадалку прямо под носом у копов. Настоящий профессионал.

— И дело замяли.

— Еще бы. Это случилось всего двенадцать дней спустя после резни в Зимнем Доме. Газеты распяли бы все отделение. Поэтому убийство ножом для колки льда представили как кровоизлияние в мозг, о чем и сообщили в некрологе. Ах, да. Старуха не была цыганкой с хрустальным шаром, она гадала только на Таро.

— И была напрямую связана с убийцей.

— Он как раз подошел к этой части истории, — Райкер кивнул на Пинвитти.

Писатель показывал на окна второго этажа.

— После того, как забрали гадалку, ночью в этой квартире провели обыск. До этого полиции не удавалось застать жильца дома. На этот раз они даже не постучали. К сожалению, жилец уже съехал и забрал все вещи. Никто не смог назвать его имя или приметы. Более того, никто вообще не помнил этого таинственного соседа, хотя он снимал квартиру несколько лет.

Мэллори толкнула Райкера локтем в бок.

— Таким образом, деньги за убийства отмывались в салоне гадалки, а сама гадалка выполняла роль агента, которому поступали заказы на убийства?

— Да. По одному адресу проживали две разные гадалки, обе они были убиты. Но Пинвитти об этом не знает, — Райкер наблюдал, как расходятся слушатели Мартина Пинвитти. — Но кое-что он понял правильно, — детектив посмотрел на окна второго этажа. — Когда полицейские выломали дверь, они обнаружили чистую квартиру, без единого пятнышка. Я имею в виду, там не было ни одного отпечатка. Смело, да? Копы дышат ему в затылок, а он тратит время на то, чтобы отмыть стены и мебель.

— И теперь у нас есть Недда Зимнер с картами Таро, — подытожила Мэллори. — Ты думаешь, Человек-Трость похитил двенадцатилетнюю девочку, чтобы она заняла место гадалки?

— Вряд ли. Как ты помнишь, девочка исчезла из Зимнего Дома за двенадцать дней до смерти гадалки.

— Если Человек-Трость знал, что полиция приближается к его убежищу, возможно, он планировал обучить девочку гаданию на картах до того, как убьет старуху. Недда была высокой для своего возраста и вполне могла сойти за девушку.

— Не исключено, — Райкер уже думал об этом. Но почему убийца решил, что девочка согласится на это?

Несносная девчонка прочитала его мысли.

— А вдруг случившееся вовсе не потрясло Недду? — произнесла Мэллори. — Может, она знала, что случится с ее семьей, когда на пороге Зимнего Дома появился Человек-Трость.

Райкер встретил это предположение легким кивком.

— Возможно, — слишком много теорий, и все могут оказаться неверными.

Мэллори снова посмотрела на Пинвитти и малочисленных слушателей. Они прошли дальше по улице к месту следующего преступления. Монотонный голос гида, удаляясь, постепенно затихал.

— Ты сказал, он продолжает свое расследование?

Лайонел ждал их у лестницы. Битти отпрянула, решив, что лучше ей вернуться к себе, и ушла.

Вполне разумно.

Учитывая события вчерашнего вечера, Битти совсем не хотелось встречаться с дядей.

Недда взяла из рук брата чашку кофе. Она была так благодарна ему за эту маленькую заботу, ей хотелось верить, что за этим последует нечто большее. Но нет, у него такой настороженный взгляд. И полный ненависти? Мысли Лайонела теперь невозможно прочесть. В детстве он никогда не был с ней холоден. Когда-то их связывали крепкие узы, они были самыми старшими из детей и вместе противостояли сложному, а порой и жестокому миру родителей.

Брат и сестра сели в столовой. Недда перевела взгляд на стеклянные двери, за которыми начинался сад. Он был теперь таким печальным, низведенный до нескольких кустов и единственного дерева. Когда-то на верхней ветке крепились качели. Брат предпочитал забираться повыше, ближе к небу. Он был красивым, проворным мальчиком, с загорелым лицом и вечно ободранными коленями.

— Теперь тебя волнует судьба Малышки Салли, — произнес Лайонел.

Недда покачала головой. Она пыталась припомнить что-то из их общего прошлого, связующее звено. Ей хотелось только немного поговорить, побыть с ним, не более того.

— Мы с Клео были в школе, когда Салли… когда она ушла. Я много думал о том дне. Мы ничего такого не сделали. Мы были…

— Старая история, — отмахнулась Недда. Ей больше всего хотелось потянуться через стол, взять его за руку, сказать, как хорошо вернуться домой. Но она оказалась еще большей трусихой, чем Битти. Недда боялась, что Лайонел съежится от ее прикосновения, отнимет руку и превратится в лед.

И она сложила руки на коленях.

Мартин Пинвитти был вне себя от