Другое Я - Франк Тилье

Упакованные предметы. Захоронение сундука у подножия дуба вместе с мадам Дебьен и одноклассниками. Психиатр откинулась на спинку кресла, сбитая с толку. Она до сих пор не выключила диктофон.

— А как вы объясните наличие плюшевой игрушки и этой флешки?

— Я этого и не объясняю, собственно…

— У вас же есть какая-то теория, не так ли?

Сибилла сжала губы.

— Это наверняка кто-то, кто выкопал сундук и положил их туда. А вот что касается плюшевой игрушки, это не может быть игрушка моего сына. Даже если бы её вытащили из пруда, она была бы в ужасном состоянии. Это… я не знаю… копия.

После тягостного молчания психиатр наконец встала и проводила Сибиллу до двери.

— Я постараюсь организовать вам компьютерную томографию в ближайшие дни. А пока не забудьте начать лечение уже сегодня вечером.

Она улыбнулась и протянула ей руку.

— Доверьтесь мне, мы разберемся в том, что произошло.

23

Благодаря лечению Сибилла спала крепким сном. Целая ночь без единого пробуждения и без единого кошмара. Было уже 9:10, автоматические жалюзи поднялись, Эрвана уже не было. Она ничего не слышала.

Она заглянула в ящик тумбочки и достала упаковки капсул, которые ей выдали. - Ноктавам»: никогда об этом не слышала. В любом случае, чертовски эффективно. Накануне Эрван остался рядом с ней, он сам приготовил лекарства, потому что хотел убедиться, что она принимает правильные дозы — как он уже делал в Нормандии с антидепрессантами. Это снотворное в сочетании с празозином действительно свалило её с ног.

Ошеломлённая, она долго приходила в себя и приводела мысли в порядок. На кухонном столе её ждала записка. - Я решил не будить тебя. Так приятно видеть тебя умиротворённой! Сегодня в полдень важное совещание, увидимся вечером. Хорошего дня, моя дорогая. - Ещё один день без него — априори придётся с этим смириться. Она заварила себе крепкий кофе. Это был необходимый заряд энергии, чтобы взбодрить последние затуманенные нейроны.

Надев джинсы и тонкий шерстяной свитер, она вышла купить фрукты в мини-маркете, а потом решила зайти в библиотеку. Она прикоснулась бейджем к считывающему устройству, чтобы пройти через турникет, приветствовала военного в форме, лет тридцати, который расставлял стопки книг на полках. Симпатичный парень объяснил ей, как работает система выдачи книг, а затем позволил ей бродить по библиотеке, как ей заблагорассудится.

Пока она бродила между рядами, ей на ум приходили некоторые названия, такие как «Жерминаль» или «Дорога, - но она не могла вспомнить их содержание. Кроме того, у неё не было никаких воспоминаний о том, что она читала другие классические произведения, например, - Обещание рассвета. - Она взяла эту книгу и подумала, что у амнезии есть, по крайней мере, одно преимущество — она позволяет ей заново открывать для себя шедевры

Вернувшись в шале, она провела остаток утра, обустраивая свою мастерскую в комнате рядом с их спальней, той, что выходила на пруд. Ее акриловые краски, табурет, инструменты… Она снова поставила на мольберт незаконченную картину — единственную, которую взяла с собой, уезжая из Нормандии. На ней была изображена женщина со светлым лицом, с розовыми и тонкими губами, без глаз, стоящей среди чёрных стволов. Рядом с ней сидели на задних лапах целые стаи диких животных, у которых тоже были выколоты глаза: кролик, олень, мышь, кабан… Она также начала зарисовывать, словно вынырнувшую из мрачных глубин леса, большую неясную фигуру, которая, как можно было догадаться, олицетворяла угрозу. Страж.

Сибилла смешала краски на палитре, а затем взяла кисть. Этот холст был непостижимо чёрным. Он вызывал настоящий дискомфорт. Как она дошла до того, что стала рисовать подобные вещи? Внезапно её осенило озарение. Она подарит глаза всем им. Попробовать превратить тень в свет. Изгнать эту тьму из своей головы и из своих творений, возможно, поможет улучшить её состояние. Во всяком случае, хуже от этого не станет.

Сосредоточившись, она приступила сначала к одной из глазниц кролика, и, когда её взгляд встретился с зарождающимся взглядом животного, она почувствовала жгучий прилив в глубине живота. Причина, побудившая её лишить их глаз, всплыла в её сознании, словно очевидность, которую она так и не смогла разгадать. Все эти существа, устремившие на неё взгляд, были свидетелями. Они увидели то, чего не должны были видеть. Лишая их глазных яблок, Сибилла делала их бесполезными, заставляла замолчать. И сама не позволяла себе видеть.

Она окунула кисть в смесь перламутрово-белого и бутылочно-зелёного. - В кошмаре, он заставляет свою жертву столкнуться с той правдой, которую она отказалась видеть в потустороннем мире. Которую её глупый, слишком рациональный ум скрыл из-за очевидности, — сказала женщина в изоляторе в своём кошмаре. Очевидность — это была авария. А что, если он был не единственной причиной её амнезии? А что, если существовало другое объяснение её картинам и странным осознанным кошмарам? Так она вновь возвращалась к тому, что произошло до амнезии. К своей прежней жизни…

Погружённая в свой воображаемый лес, она не заметила, как пролетело время. Когда она посмотрела на часы, было 15:10. Чёрт! Она опаздывала на ту встречу, о которой ей рассказал Мартин. Она быстро сняла халат, промыла кисти, накрыла алюминиевую палитру, а затем поспешила освежиться в ванной. Её черты лица по-прежнему были измождёнными. У неё было ощущение, будто на её лице отражался ад её ночей.

24

Их было двое, они сидели за столиком за часовней. Мартин и парень впечатляющего телосложения, с хорошо выделяющимися грудными мышцами под свитером. Его короткие чёрные волосы и безупречная бородка усиливали то впечатление силы, которое он излучал. Это был тот тип мужчины, рядом с которым, без сомнения, казалось, что с тобой ничего плохого не может случиться. По сравнению с ним Мартин казался гораздо более хрупким, словно из фарфора.

— Простите за опоздание, — сказала она, слегка запыхавшись.

— Какое опоздание? — ответил Мартин, вставая. — Сибилла, позволь представить тебе Тибо.

— Приятно познакомиться, Сибилла, — ответил тот.

— Мне тоже. Ты уже давно здесь?

— Скоро будет пять месяцев, — пояснил он. — Раньше я работал в фитнес-клубе, так что пользуюсь возможностью, чтобы проводить здесь занятия. Это довольно занимает время. Кстати, если вы заглянете в зал, я с удовольствием составлю для вас небольшую программу. Вы же занимаетесь спортом, не так ли?

— Не совсем, — с улыбкой ответила она.

— А ведь у