Коллекция темных историй. Поддайся искушению - Мэри Влад

Жду минуту, две. Ничего не происходит. Отпиваю из бокала еще раз, осушаю до дна. Мир по-прежнему не перевернулся, я в джакузи, и пора бы насладиться этим моментом по полной.

– Ты понравилась моему брату, Идрису. – Знакомый голос с хрипотцой, еле ощутимое колебание воздуха, и вот в джакузи я уже не одна.

Поторопилась с выводами, ага. Но обещаю себе больше ничему не удивляться, даже внезапному появлению профессора Зарисберга.

– И? Что это значит? – Откидываюсь на бортик и прикрываю блаженно глаза.

– Это значит, что ты понравилась моему брату. Только и всего. – Слышу усмешку в голосе.

Теперь вполне объяснимо, почему в том незнакомце угадывались черты профессора.

– Что со мной происходит, профессор?

– Зарис. Меня зовут Зарис, называй именно так, девочка.

Я же обещала себе больше ничему не удивляться.

– Так что со мной? Я больна… Зарис? – Сажусь прямее и смотрю в глаза человеку, о котором, как выяснилось, ничего не знаю, даже имени.

Но он не торопится давать ответ, его вальяжная поза, раскинутые по обеим сторонам джакузи руки, ясно говорят о том, кто здесь хозяин. Мужчина рассматривает мою голую грудь, по которой сползает остаток пены. Темный взгляд Зариса скользит выше, к губам, и останавливается на них. Мои соски под этим взглядом твердеют, а губы зудят, желая… чего-то большего.

– Вот ты и ответила на свой вопрос, Анита. Ты не больна, просто твое тело, твоя душа отчаянно хотят принадлежать кому-то вроде меня. – На лице профессора появляется хитрый прищур, он будто сканирует меня, трогая взглядом каждый дюйм моего тела.

– Я этого не говорила, – шепчут губы, а тело наоборот, откликается, соглашается с его словами.

– Ты просто забыла, каково это… всецело и безраздельно принадлежать только мне. – Профессор манит меня пальцем.

Я устала врать себе, желание, которое подавляла из раза в раз, рвалось наружу, и это сильнее меня. Если это не болезнь, не помешательство, то что? А метаморфозы с моей внешностью, телом – это тоже за гранью моего понимания.

Вода подо мной колышется, когда я подаюсь навстречу Зарису, ведь он именно так просил называть себя. Протягиваю руку, и под ней оказывается твердое, мускулистое, такое желанное тело. Тело, которое я хотела до дрожи, до жжения в подушечках пальцев, мечтая о нем последние сутки. Тут же вспомнилась миниатюрная брюнетка, которая с упоением отдавалась мужчине на тахте.

Хочу так же и могу наконец-то открыто самой себе признаться в этом.

Размеры джакузи позволяют мне повторить ту самую позу: я сажусь верхом и чувствую, как наши бедра соприкасаются, часть воды от моих движений выплескивается наружу. Зарис безотрывно следит за мной, предоставляя инициативу. Его мощный вздыбленный ствол виден сквозь толщу воды.

Тороплюсь. Желание ощутить его в себе заглушает остатки разума. Зарис ухмыляется, видя это, подается бедрами навстречу, и мощный поток воды обрушивается на пол.

Нащупываю член рукой, направляю в себя и опускаюсь на него.

– Мой бог! – судорожно всхлипываю.

– Могу быть им для тебя. – Смешок, и его член еще глубже входит в меня.

Мужчина подается навстречу, болезненно стискивает мое тело и набрасывается на мой рот. Наши языки сливаются, и я покоряюсь мощной и безудержной силе.

– Скажи мне, – шепчет в губы раз за разом проникая в меня. – Скажи: «Отдаю тебе, Зарис, свои тело и душу. Навсегда. Навечно».

Ничего не соображаю, только мычу. Что я должна сказать?

– Повтори! Повтори за мной, Антея! – Властный голос проникает в разум, требуя беспрекословного подчинения.

Не обращаю внимание на то, что меня называют другим именем. Да и пусть, лишь бы то, что я испытываю сейчас, не заканчивалось как можно дольше. Мужчина прикусывает сосок, и я ощущаю приближающуюся волну сокрушительного оргазма.

– Повтори, – требует он.

И я произношу, ведь от меня не убудет? Подумаешь, фраза.

– Отдаю тебе, Зарис, свои тело и душу. Навсегда. Навечно.

С последним произнесенным словом на меня обрушивается цунами. Такого ни с чем несравнимого удовольствия я не чувствовала никогда и ни с кем. Свет плывет перед глазами, все вращается, и я лечу в пустоту…

Открываю глаза, нет никакого джакузи. Меня окружают знакомые каменные стены и массивная кровать, на которой я лежу, закованная в наручники. Вспышками-всплохами в моей памяти проносятся воспоминания. О прошлой жизни и жизни нынешней. Меня зовут Антея или Анита? Память накладывается друг на друга, вытесняя личность последней.

Через несколько минут воспоминания об Аните Хансен полностью растворяются в канве мироздания.

По моей груди скользит длинный коготь. Коготь демона Мрака. Сам он нависает надо мной, испепеляя взглядом. Кривоватая ухмылка расползается по лицу.

Мои руки скованы, поэтому не могу нащупать рабский ошейник, но я точно знаю, что он есть на мне. Шею под ним печет.

Начинаю извиваться, чем еще больше веселю ненавистного демона.

– Добро пожаловать домой, дорогая. – Он склоняется надо мной, и его язык проходится по ложбинке между грудей. – Я так долго ждал тебя и, как видишь, не напрасно.

Дергаюсь под ним, брыкаюсь, а он продолжает.

– Навсегда. Навечно. Ты и я.

– Ненавижу! – выплевываю ему в лицо, а демон смеется.

– Ничего, мне хватит вечности, Антея, чтобы исправить это недоразумение.

Акт 3

Опасное искушение

Марго Харт

Приручая безумие

Это должна была быть обычная деловая поездка. Но в итоге все превратилось в расплату за одну-единственную непредсказуемую ошибку.

Я приехала в аэропорт заранее. До вылета было еще пару часов. Перепроверив посадочный талон, где в строке прилета был отмечен Буэнос-Айрес, я оставила чемодан в камере хранения и пошла в уборную, чтобы освежить лицо прохладной водой.

Ничто не предвещало беды. На горизонте не маячило призраков прошлого или внезапной панической атаки перед перелетом, страха оказаться в абсолютно незнакомой стране одной или боязни опозориться на Международном дизайнерском форуме, куда меня и вписал шеф компании, в которой я работала. Все было просто хорошо, и это «хорошо» ничем не омрачалось.

Что являлось самым настоящим самообманом, с которым последние несколько лет жилось значительно легче.

Я умылась, промокнула лицо бумажным полотенцем, и стоило мне только вознамериться поднять голову к собственному отражению в зеркале, как нос грубо зажали тканевым платком. Ноздри сразу же защипал резкий сладкий запах. Я широко распахнула глаза и замычала, попыталась закричать и брыкалась в крепком хвате человека, чье лицо было полностью скрыто козырьком кепки и черной повязкой. Но я сильно переоценила стойкость своего организма.

С каждой секундой сил становилось меньше. Тело обмякало вместе с тем, как против