Где мы, там ад - Фрэнсис Кель

– Где твой телефон? – напряжённо спросил я.

– Оставил в комоде на третьем этаже. А твой?

– Бросил под кроватью.

– Под кроватью? – присвистнул Мефис, задорно барабаня по рулю. – Ты добрался до спальни с девчонкой или вломился в первую попавшуюся комнату?

– Первый вариант.

– Молодец. Переспал?

– Нет, она напилась и вырубилась.

– Какая жалость. Хоть симпатичная была?

Замявшись, я вспомнил Бриджит и ответил:

– Да. Наверное.

Мефис включил радио, из колонок тут же заорал какой-то новомодный хит. Я поморщился и убавил звук.

– Ты вытащил телефон из кармана Инграма? – спросил он.

– Да. – Я показал на чужой телефон в руке. Он был заблокирован и требовал шестизначный код. Мефис удовлетворённо хмыкнул.

– Выключи его сейчас, протри, чтобы стереть отпечатки, а затем хорошенько размахнись и выброси в окно. Не хватало, чтобы нас ещё по нему нашли.

Без раздумий я сделал так, как он велел.

– Как ты? – спросил Мефис пару минут спустя, когда мы гнали по ночному шоссе.

– Сложно сказать, – расплывчато ответил я.

– Скажи как есть.

– Не знаю. – Я пожал плечами. – Я убивал только в одиночку.

– Хотел сам убить Инграма?

– Нет.

– Уверен? – Насмешливо спросил он.

– Я вообще не задумывался об этом, пока ты не появился.

Мефис просиял:

– Я польщён.

– Это не комплимент, – сердито проворчал я, – а констатация факта.

– Хочешь сказать, что я тебя вынудил?

Я неопределённо пожал плечами.

– Нет, Марло, я бы никогда не смог тебя заставить кого-нибудь убить, не захоти ты этого сам. Это не в моих правилах.

– Разве у нас есть правила? – возмутился я.

– Конечно. Они у нас общие. Мы сами придумали игру и сами решили в неё сыграть. Вот от кого точно ничего не зависело, так это от Инграма.

Мы доехали до заповедника Вулф-Трап, расположенного на севере Детфорда и граничащего с Канадой. Он был крупным, наравне с Грин-Маунтин и Куичи. Мефис с самого начала планировал избавиться от тела именно здесь. Не знаю, задумывался ли он о названии заповедника, когда выбирал тот, что буквально назывался волчьей ловушкой.

– Я, кстати, уже всё приготовил, – довольно произнёс Мефис.

– Что это значит? – напрягся я.

От его слов меня пробрала неприятная дрожь.

– Я приезжал сюда недавно и успел выкопать яму. Не хотел, чтобы в такой важный день ты тратил на это время.

– Как это мило с твоей стороны, – угрюмо выдал я, уткнувшись лбом в пыльное окно.

Через полчаса молчаливой дороги, где мы по радио слушали «Унылое воскресенье» Билли Холидей[27], «То, чего у меня никогда не будет» группы «Найн инч нейлз»[28], а после этого радиоведущий врубил весь альбом «Пинк Флойд»[29], машина заехала в густую лесную чащу и остановилась. Если ночью на шоссе мы были как на ладони – я всё боялся, что в пути нам встретится дорожный патруль, – то, заехав в Вулф-Трап, машина растворилась среди раскидистых елей, пушистых пихт и высоченных сосен.

Мы молча вылезли из салона и открыли багажник. Инграм всё ещё был в отключке и лежал в неестественной скрюченной позе.

– Он не помер? – спросил я.

Мефис приложил два пальца к его шее и проверил пульс.

– Живее всех живых.

Мы потянули Инграма за ноги. Он рухнул на землю и тихо застонал от боли.

– Я же говорил, – самодовольно заявил Мефис. – Ладно, держи его.

Я схватил Инграма за штанины, а Мефис обхватил его со спины, и я испытал странное чувство дежавю. Темень стояла хоть глаз выколи. Мефис умудрился где-то раздобыть маленький фонарик и время от времени останавливался, чтобы осветить нам дорогу. Инграм был тяжёлым засранцем. Несколько раз он выскальзывал из моих рук, которые начали неметь от непривычной нагрузки.

– Здесь недалеко, – заверил меня Мефис.

– Какая живность здесь обитает?

– Боишься столкнуться с диким кабаном?

– Не хочу быть укушенным какой-нибудь редкой гадюкой, – признался я.

Мефис тихо рассмеялся.

– Было бы забавно всё это провернуть, а в итоге умереть от укуса змеи.

Не знаю, сколько мы шли и в какие заросли забрались, прежде чем Мефис остановился. Я тут же разжал пальцы, и Инграм упал на землю.

Зажав фонарик в зубах, Мефис устало разминал плечи. Пока мы тащили Инграма, я мало обращал внимания на то, что нас окружало, но теперь, когда я остановился, на меня будто разом нахлынула какофония: шелест осенней листвы, свист вдалеке, треск сучка за кустом, уханье совы где-то над головой и вой ночного ветра. От Вулф-Трапа исходила мощная, сшибающая с ног сила. Я практически чувствовал его враждебность. Заповедник был нам совсем не рад.

Мефис убрал гору веток под стволом большого клёна и выхватил лучом света свежевскопанную яму. Она была куда меньше Инграма.

– Как он влезет? – настороженно спросил я.

– Сложим его пополам.

– Может, всё же стоило взять тот топор, – задумчиво проговорил я.

– Вот как мы теперь заговорили, – улыбнулся Мефис. – Ты не замечал, что тебя тянет на всё острое? Может, это в тебе говорит дух покойного Кристофера Марло, которого закололи ножом?

– Что ты, мать твою, несёшь? – выругался я, вытирая пот со лба.

На улице было холодно, но я весь взмок, пока тащил Инграма.

– Разряжаю обстановку. Ты выглядишь очень напряжённым.

– Это потому, что мы человека убиваем!

Мефис недовольно прищурился и отчеканил:

– Не драматизируй, Марло.

Я зажмурился и устало потёр виски, в то время как он подошёл к Инграму и похлопал его по лицу. Тот никак не среагировал. Мефис замахнулся и дал ему звонкую пощёчину. Инграм слабо дёрнулся в ответ.

– Кажется, я слишком сильно приложил его бутылкой, – задумчиво проговорил он. – Давай поднимем его. У меня рука не поднимется на лежачего.

Мне хотелось истерично рассмеяться от услышанного. Мефис со своими неожиданными противоречивыми принципами превращал всё в дешёвый фарс, и