Где мы, там ад - Фрэнсис Кель

– Ты не представился, – напомнил Вагнер. – Как тебя зовут?

– Марло, – бросил я, вылезая.

– Как Кристофера Марло?

Я обернулся и нерешительно кивнул.

– А я Вагнер, как слуга Фауста, – произнёс он, когда я уже отходил. – Так что всегда к твоим услугам.

– Спасибо за то, что подвёз. И за сидр, – неуклюже бросил я.

Вагнер улыбнулся. Но что-то в нём по-прежнему настораживало. Я надеялся лишь на то, что больше никогда его не встречу.

И всё же на территории университета мне стало заметно легче на душе. Не думал, что буду когда-нибудь так рад вернуться в альма-матер. Всё, что произошло в Вулф-Трап, казалось далёким, почти нереальным, и я на время смог успокоиться.

Так прошло три дня. Мефис почему-то больше не выходил со мной на связь, не вспомнил даже о походе на «Четыре крыла». Я звонил и писал ему, думал даже заглянуть в Бауэр-колледж, но пока воздерживался от этой идеи. Я не видел никакой разумной причины, почему Мефис меня игнорировал. В голову лезли всякие плохие мысли – например, вдруг он, не предупредив меня, решил сдаться властям? Но тогда странно, что в новостях молчали, а копы и ФБР не вломились ко мне в комнату посреди ночи.

Утром, проспав первую лекцию, я почти бежал по кампусу. На ходу я заметил, как некоторые студенты провожают меня странными взглядами и переговариваются, а кто-то, не скрываясь, указывает пальцем.

Неужели нас тогда заметили? Были свидетели?

Задумавшись, я чуть не столкнулся с Линор – в последний момент успел остановиться, чтобы не сбить её с ног. Она стояла в сером длинном пальто и чёрном берете на огненно-рыжих волосах. В руках она сжимала помятый, влажный от слёз платок.

– Марло! – Линор бросилась ко мне и уткнулась в грудь.

Я инстинктивно обнял её в ответ. Остальные студенты беззастенчиво на нас пялились. Нужно было срочно убираться с главных улиц.

– Я была в полицейском участке, – тихо произнесла Линор, всё ещё прижимаясь ко мне.

И тогда я понял, что пропущу очередной семинар профессора Гумбира.

– Не хочешь где-нибудь посидеть и поговорить? – предложил я, а у самого в горле пересохло от нервов.

Прикусив пухлую нижнюю губу, она кивнула.

Мы сели за самый дальний столик в студенческой кофейне. Людей здесь с утра было мало, в основном все стояли в очереди за горячими напитками навынос. Несколько человек поглядывали на нас и что-то строчили в телефонах. Я догадывался, что все обсуждают исчезновение Инграма, но почему многих заинтересовал я?

Линор шмыгнула носом:

– Инграм пропал. Несколько его друзей сказали, что последний конфликт у него был с тобой. Детектив сообщил, что ты в воскресенье ударил Инграма электрошокером.

Вот и ответ.

Противная дрожь прошлась по натянутым нервам. Чёртов Мефис. Это его рук дело.

– Ты веришь в это? – спросил я, сделав глоток американо.

Она тихо размешивала сахар в своём латте.

– Нет, не верю, – наконец твёрдо произнесла Линор.

– Не веришь или не хочешь верить?

– А есть разница? – Она подняла на меня заплаканные глаза.

– Есть.

Линор молчала.

– Полицейские расспрашивали про тебя и про то утро в кабинете профессора Кэмпбелла. Я им так и ответила, что ты и мухи не обидишь. Ты совсем ни при чём. – Голос её дрогнул, и она спросила: – Марло, это ведь не ты?

Мне хотелось уточнить, о чём именно она спрашивает: «Не ты ли ударил электрошокером моего двоюродного брата?» или «Не ты ли убил Инграма в Хеллоуин?»

– Это не я, – спокойно ответил я.

Она с облегчением выдохнула:

– Я так и знала.

Я слабо улыбнулся ей. Как мало иногда надо человеку, чтобы обмануть самого себя, поверить в свои же слова.

– Они объявили его мёртвым, чтобы задействовать больше сил для поиска. Мне страшно подумать, где он и что с ним произошло.

– Всё будет хорошо.

Эта фраза резанула мне слух. Перед глазами замелькали картинки той ночи: нож в шее Инграма, его горячая кровь на моих руках, мутный взгляд закатывающихся от удушья глаз. От воспоминаний меня замутило.

– Спасибо. – Она нерешительно спросила: – Ты видел Инграма на вечеринке?

– Нет.

Почти не соврал. Большую часть вечеринки я действительно его не видел.

– А Бриджит… ты её видел?

Та девушка в образе Одри Хепбёрн из фильма «Забавная мордашка». Я на мгновение замер. До этой минуты я и не вспоминал о ней.

– Видел.

– Она мне ничего не говорит о том, что произошло на вечеринке, но, если вы были вместе, её тоже вызовут в участок.

Я не знал, что ответить.

Бриджит была моим алиби. Я надеялся, что её вызовут и она подтвердит, что я всю ночь был с ней, но Линор об этом знать было необязательно.

– Вы подруги? – спросил я.

– Были раньше.

Я не хотел знать причину конфликта.

– Марло, это не моё дело, но скажи, пожалуйста, ты с ней спал?

Я даже растерялся. Я, быть может, неплох в убийствах, но ужасен в отношениях.

– Нет.

Линор явно не поверила мне. А ведь когда у тебя в голове импровизированный склеп, полный болтающих мертвецов, секс – меньшее, что будет тебя волновать. Но как ей это объяснишь?

– Как сейчас твоя семья? – спросил я, чтобы сменить тему.

– Всем очень плохо. Мой папа с родителями Инграма целыми днями ищут его в лесах. Они обошли всё – от «Адского треугольника» до пруда Уоллес. Они не будут сидеть на месте, пока Инграм не вернётся. Мы все очень переживаем. Все, кроме моей мамы… – Линор затихла. – Она никогда ни о ком не переживает, кроме себя.

Нам принесли панкейки с кленовым сиропом. Никто не притронулся к еде.

– Знаешь, я никогда не ладила с мамой. – Линор взяла вилку и сжала её. – На самом деле она та ещё стерва. Конечно, я её дочь и мне нельзя такое говорить, но…

И тут Линор всхлипнула. Я вытянул сухие дешёвые салфетки из салфетницы,