Где мы, там ад - Фрэнсис Кель

Ухватив Инграма со спины за пояс, Мефис медленно поставил его на ноги. Инграм начал приходить в себя – по крайней мере, уже мог с трудом стоять. Я поддерживал его за плечи, контролируя равновесие.

– Гд… где… – прошептал Инграм.

Мефис со снисходительной улыбкой вынул из кармана верёвку и накинул на его шею.

– Скажешь ему что-нибудь на прощание? – спросил он.

– Иди к чёрту, – ответил я.

Непонятно, к кому я обращался: к Инграму или к Мефису. Наверное, к обоим.

Поймав мой взгляд, Мефис серьёзно проговорил:

– Этой священной ночью, мы, Мефис и Марло, приносим жертву в честь Истинного Зверя!

Я молчал, а он продолжил:

– И просим Зверя даровать нам свою силу.

Инграм вяло завертел головой, будто уворачиваясь от верёвки, пытаясь сбросить её с шеи. Его руки всё ещё были за спиной, закованные в стяжке.

– Что? Где я? – щурясь, растерянно спросил он.

– Ты в аду, – ответил Мефис за его спиной.

И тут Инграм дёрнулся и ударил его затылком в лицо. Мефис вскрикнул, отпрянул и схватился за нос. Инграм бросился в сторону, но Мефис быстро пришёл в себя, схватил концы верёвки и изо всех сил натянул.

Возможно, поведение Инграма до этого было лишь актёрской игрой. Как давно он очнулся, не подслушивал ли нас? Инграм как-то умудрился снять стяжки и теперь отчаянно вырывался. Поняв, что мы его не удержим, я нащупал мамин нож во внутреннем кармане ветровки – богом клянусь, что не помнил, как брал его с собой, – и всадил в шею Инграма, после чего отскочил на шаг.

По серебряному лезвию потекли багровые капли. Инграм замер. Его ладонь машинально легла на тонкую рукоять, и он выдернул нож, смотря прямо на меня. Как в замедленной съёмке, его безумный взгляд переместился на лезвие. Секунду, которая длилась целую вечность, он смотрел на металл, после чего сдавленно, булькающе вскрикнул. Тёмная кровь обильно текла из его раны, заливая хеллоуинский костюм, промёрзлую Детфордскую землю под ногами и, кажется, весь штат Вермонт.

Нож выпал из его рук. Я нагнулся за ним, почти машинально перехватывая окровавленную рукоять. Инграм стонал, и стоны эти больше походили на всхлипы. Мефис насмешливо улыбнулся за его спиной и натянул верёвку. От давления на шею кровь полилась ещё сильнее. Едва осознавая происходящее, я всадил нож Инграму в живот, рывком вытащил лезвие и ударил ещё раз, но уже в бок. Из его рта всё обильнее текла кровь. Теперь он лишь хрипел, захлёбываясь ею.

Наконец ноги Инграма подкосились, и он упал на землю. Утопая в собственной крови, он выглядел жалким. Мы с Мефисом наблюдали за ним, пока всё не закончилось и не повисла тишина.

– Не знал, что ты взял с собой нож, – проговорил Мефис.

– Я тоже, – признался я. – Не помню, чтобы клал его в карман.

– Мне нравится твоя память. Вечные сюрпризы. Беспроигрышная лотерея.

Инграм больше не двигался. Его стеклянные пустые глаза уставились на меня.

– Думаешь, он всё? – спросил я.

Кажется, он не дышал. Мефис тщательно проверил его пульс на руке и на шее.

– Надо быть уверенным на сто процентов, – поучительно пояснил он. – Мы ведь не хотим заживо закопать человека. Мы убийцы, а не монстры.

Он был не прав. Сейчас мне казалось, что мы самые настоящие монстры. Не Овцы, не Волки и не Звери. Мы Монстры, которые возомнили себя бог знает кем.

После того как Мефис сбросил труп в яму, мы молча взялись за лопаты – их Мефис заранее спрятал неподалёку.

– Недавно я перечитывал книгу, где один из главных героев притворился мёртвым, чтобы сбежать из тюрьмы, и в морге убил паренька, – проговорил он, работая лопатой. – Уверен, ты её знаешь.

– Знаю.

– Ты мне его напомнил.

– Это чем же? – уточнил я, вытерев грязной от крови и земли ладонью пот со лба. – Насколько мне не изменяет память, я не успел отправить на тот свет больше двадцати человек.

Шутки про память особенно иронично звучали из моих уст.

– Да кто тебя знает, – хмыкнул Мефис. – Владеешь ножом ты хорошо.

Я в недоумении уставился на него. С каждой минутой происходящее всё больше походило на абсурд, но Мефиса, кажется, всё устраивало.

– А вот в книге герой использовал скальпель, – уточнил он.

– Ну да, – раздражённо протянул я. – Хорошо, что хоть не вспомнил ту сцену в сортире, где он убил туриста.

– Она в принципе тебе тоже подходит.

– Совсем не подходит.

Закопав Инграма, мы прикрыли его могилу ветками и листьями, после чего Мефис торжественно произнёс:

– Истинный Зверь принимает нашу жертву и дарует нам свою силу.

Всё это напоминало мне карикатурную сцену из дешёвого ужастика. Я совсем не ощущал себя Истинным Зверем. Быть может, после горячего душа и девятичасового сна я смогу испытать хоть что-то, кроме смертельной усталости и горького разочарования.

Когда мы ехали обратно, Мефис радостно отстукивал по рулю и напевал что-то весёлое себе под нос. Он выглядел счастливым, будто мальчишка, ехавший из летнего лагеря, где всю смену развлекался с друзьями. Я же был мрачнее тучи.

Внезапно далеко в небе сверкнула молния, на всю округу прогремел оглушительный гром, и хлынул самый мощный ливень, который мне только доводилось видеть. Я мог пошутить, что кто-то там наверху на нашей стороне, помогает скрыть улики, но едва ли. Никакие высшие силы никогда бы нас с Мефисом не выбрали. А Истинный Зверь? И он бы вряд ли нами заинтересовался. Да и существовал ли этот Истинный Зверь на самом деле, я вообще так и не понял.

Глава 16. «Ах ты проклятый изверг, мерзкий пёс, Рождённый в недрах скал, в пещере тёмной!»

Холодный нос касался моей ладони, горячий язык изредка облизывал замёрзшие пальцы. Другой рукой я методично гладил массивную серую морду. Волк ластился, словно самый преданный пёс. Увлёкшись, я продолжал легонько трепать его по голове и загривку, как вдруг волчьи глаза, секундой ранее смотревшие на