Малум - Юлия Макс

– Ты и есть ведьма, Эва. Отрицая это, ты ей быть не перестанешь! – рявкнул Баал, поднимаясь. – Ты умная, начитанная и неплохо соображаешь в критических ситуациях, но только дело доходит до тебя самой – включаешь ребенка, не желающего принять и познать силу, которой владеешь. А у тебя она есть! Я вижу.

Ей не понравилось заявление демона, и Эва накинулась на него в ответ:

– Ты точно на нашей стороне, Баал? Если ты насылаешь сны, то как не смог отследить мороуса, у которого схожие способности?

– Мы непохожи! Я уже сказал, что их тяжело выявить, Эва, – он жутковато ухмыльнулся. – И я на стороне Фауста.

Он направился к выходу из кабинета.

– Да пошел ты, – огрызнулась она ему в спину, а Баал исчез в дверном проеме, никак не отреагировав на ее выпад.

Эва злилась, только не на Баала, а на то, что он был прав. Она часто поступала подобным образом и знала это. Кое-как справившись с эмоциями, Эва вернулась к делу. Хлопнула дверь, она подняла глаза от ноутбука на Якуба. На его лице отражалось волнение:

– Укусы на сосках и плечах. Полиция выставила патрули на всех мостах города.

Эва набрала подрагивающими пальцами номер Черновой.

– Элишка, слушай меня внимательно. Это мороус. Не знаю как, но он стал настолько силен, что способен внушать жертвам мысли о самоубийстве. На всех ведьмах обнаружили укусы. У меня на плече тоже один появился.

В трубке послышалось сдавленное восклицание, а потом Чернова быстро заговорила:

– Я читала о нем, но думала, что их уже не существует. Что делать? В Праге осталась всего пара знакомых ведьм да мы с тобой, остальные в отъезде.

– Не спать, Элишка. Нам, – она выделила это слово интонацией, – нужно не спать. Мы сейчас поедем дежурить у мостов. До связи.

Наскоро перекусив, они быстро добрались до первого из двух мостов – Штефанкова – и заметили, как полицейская машина с мигалками уезжает с дежурства.

– Почему их отозвали? – недоуменно спросила Эва. – Час дня, может, они на обед уехали?

Якуб завел мотор и понесся за полицейскими.

– Нет. Они едут на вызов в сторону Чехова моста. Ведьмы все же прыгают не с каждого, а через один.

– Но ведь еще не три пополудни.

– Похоже, мороус перестал играть в точное время. – Якуб остановился у железных распорок, потому что дальше дорогу преграждали люди в форме. Спасатели как раз спустились под мост. Эва вытянула шею и увидела внизу на бетонном склоне женское тело. Глаза жертвы были открыты, но она лежала неподвижно.

– Мертва, – едва слышно сказал Якуб. – Сегодня мы не уедем и будем дежурить всю ночь у Карлова моста!

– Там сложнее. Большой поток туристов. Можем не уследить.

Пришло сообщение от Элишки:

«Я пригласила всех к себе. За нами присмотрит мой муж, а завтра с утра мы отправимся в священное для ведьм место – замок Эльц. Там стоит защита, и я умоляю тебя ехать с нами».

«Я не поеду, пока не найду того, кто это делает, – ответила Эва. – Пока у тебя есть время, пришли мне все, что знаешь о Фаусте и Баале, пожалуйста. Желательно очень подробно. Хочу понять, кто они такие».

«Хорошо».

Якуб доехал до центра и свернул к парковке возле Карлова моста, а Эва жадно зачитывала вслух то, что писала ей Чернова. Выходило, что Фауст буквально заварил всю кашу с энсиа, Адом и демонами, получив в наследство особняк[28]. Затем он захотел вернуть к жизни демоницу, которая его спасла. И сейчас Дэниэль что-то замышляет, потому что принял сан, и похоже, что не просто так. А Баал так вообще первый из демонов гоэтии, которых дьявол сотворил из джиннов. Баал был предводителем этого нового вида, да еще и заключил сделку с чернокнижником на защиту особняка в Средние века. Впоследствии демоны создавались из людей.

Читая, Эва вставляла между словами непечатные ругательства, осознавая весь масштаб проблем другого мира, которые Фауст свалил им с Якубом на головы.

В этой компании был еще демон сделок, Аластер Роули, который перевернул Ад и усадил на престол Лилит, а дьявола заключил в лаву на Горе грехов. Затем она дошла до Карла Люксембургского и Анеты Кинских, а также венца святого Вацлава, на котором завязали когда-то границы Богемии, чтобы защититься от упырей[29].

– Остановись, – попросил Якуб. – Это уже слишком нереально. Может, она тебя разыгрывает?

Что-то в тоне Ягра, заставило ее поднять голову. Он был напряжен и бледен. Сжимал руль так, что, казалось, сейчас его оторвет.

– Что с тобой?

Он заметил ее внимание и попытался придать лицу другое выражение, но у него не вышло.

– Наверное, голодный, – наконец сказал он, и Эва не стала настаивать на правдивом ответе, потому что сама скрывала от него многое. – Давай закажем что-то или сходим поесть?

День близился к вечеру, и октябрьские сумерки неумолимо опустились на Карлов мост. Эва и Якуб сытно поели в ближайшем бистро и шатались по главной достопримечательности столицы то в одну, то в другую сторону, пока Эва не замерзла настолько, что поход в туалет стал даже не вынужденной мерой, а возможностью немного погреться в помещении. Якуб не отпустил ее одну и терпеливо ждал возле кабинок, вызывая негодование у женского пола.

На протяжении дня и до позднего вечера Эва обменивалась сообщениями с Черновой, которая неизменно отвечала, что все в порядке. Уже знакомый ворон сидел на мостовой башне.

И снова они ходили по мосту туда-сюда, и Эва снова захотела в уборную, только к часу ночи все ближайшие заведения закрылись, и пришлось идти в другое кафе на квартал дальше.

– Я бы сама справилась, – ворчала она на Якуба, который не спускал с нее глаз.

* * *

По возвращении на Карлов мост что-то неуловимо изменилось. Начиная с того, что ворон, до этого сидевший в проеме смотровой на Пороховой башне, громко закричал, привлекая внимание. Эва ускорила шаг и устремила взгляд вперед, пытаясь увидеть в надвигающемся тумане случайных прохожих. Только мостовая пустовала, за исключением одной-единственной невысокой женской фигуры, которая взбиралась на парапет.

Воздух словно сгустился, когда Эва и Якуб побежали, крича:

– Стой! Посмотри на нас! Подожди!

На бегу Эва судорожно думала, что предпринять. До ведьмы оставалось около двадцати метров.

– На помощь! Человек хочет прыгнуть! – кричал Ягр.

Призрачная надежда, что они успеют, крепла с каждой секундой. Якуб вырвался вперед, уже готовый схватить девушку.

Она повернулась. Ее длинные волосы, напитанные туманом, словно водоросли свисали на лицо, а глаза подернула белая пленка.