С задержкой - Франк Тилье

Наконец Франк заметил изменение. Один раз, только один, 7 января, в 21:32, Дэвид Мартин звонил на неизвестный номер на 06 в течение двух с половиной минут. Командир сразу же бросился к почте, чтобы написать сообщение Паскалю с просьбой на следующее утро повторить запрос у различных операторов по этому номеру. Нельзя было упустить ни одной детали, которая могла иметь значение.

Когда он закончил, Люси стояла рядом с ним.

— Машефер набирал несколько номеров, начинающихся с 01, — объяснила она. По результатам быстрого поиска в Интернете, это медицинские кабинеты или больницы. Нужно проверить, но это наверняка связано со всеми результатами анализов, которые мы нашли у него дома. Есть еще несколько номеров на «06, - которые нужно отследить. Однако большая часть звонков поступила из...

— Parasit’Off, — дополнил Шарко. У меня такие же. Эти два парня долго разговаривали.

— Ты видел последнюю строку?

Франк почувствовал, как его пульс участился. Он положил телефонные выписки рядом. Последние строки были одинаковыми. Поддельный менеджер звонил Натанаэлю Машеферу всего двадцать секунд, и звонок был сделан в воскресенье 15-го в 19:15. Полицейский поднял глаза на свою жену, которая кивала головой.

— Да, именно в вечер убийства Натанаэль Машефер получил последний, очень короткий звонок от Дэвида Мартина.

Полицейский откинулся на спинку кресла, ошеломленный их открытием.

— Мне кажется, что именно это и стало началом преступной карьеры нашего человека...

43

- Крабе. - Это слово несколько раз проскальзывало из уст Машефера в первые дни его пребывания в изоляторе. Оно затерялось среди других, трудно разборчивых слов, пока, вероятно, капитан не приказал ему больше его не произносить. Выражение, которое она тогда не смогла расшифровать. Теперь она знала, что на самом деле это было «Крэб-Бэй.

Вернувшись домой, Элеонор бросилась к компьютеру и набрала эти два слова в Интернете. Появилось множество ссылок. Некоторые из них ведут к местам на другом конце света, в Вануату или Австралии. Другие ведут к далеким ресторанам в Сингапуре или США. Она просматривала страницы результатов, не особо надеясь найти ответ на свой вопрос. Это могло быть что угодно, где угодно. Возможно, Машефер увидел это в книге или в телерепортаже.

Возможно, это выражение существовало только в его разбитом сознании. Возможно...

Ее курсор остановился на заголовке на четвертой странице: - 15 мест для авантюрной экскурсии в Иль-де-Франс. - Она щелкнула по нему, и на экране появились блоки один под другим. - Подземелья Грипсу»,

- Дом Красного Дьявола, - Цементный завод Корнеев»... И ниже «Крабовая бухта. - На фотографии были два старых бетонных здания, соединенных между собой чем-то вроде крытого перехода, покрытого огромной граффити, каждая буква которой, должно быть, была метра в высоту. - Крабовая бухта.

Элеонора щелкнула, чтобы увидеть больше деталей. Несмотря на то, что экзотическое название «залив крабов» могло натолкнуть на мысль о каком-то сказочном месте, это было далеко от мечты. - Крабовая бухта» априори означала заброшенный более тридцати лет назад завод. В эпоху индустриализации здесь изготавливали цилиндрические лепешки из семенных остатков, которые использовались в качестве корма для скота. Эти продукты называли «торты.

Она открыла другое окно и поискала местоположение этого объекта. Затерянный в сельской местности между двумя деревнями, Тевиль и Эпи-Рю, он находился менее чем в тридцати километрах от ее дома, в Вексине. Элеонора сразу же убедилась, что ее бывший пациент отправился туда.

Что воспоминание о граффити всплыло в его памяти, когда он попал в психиатрическую больницу, и что это место, очевидно, играло важную роль в его психозе. - Крабовая бухта. Убейте всех. - Это сообщение, похожее на зловещий военный код, крутилось в ее голове.

Она должна была выяснить все до конца. Сегодня же. Она надела куртку, взяла фонарик в подвале и через пять минут выехала. К счастью, несколько снежинок, выпавших за последние часы, не остались на асфальте. Зато сильный ветер колыхал верхушки деревьев.

Ведомая GPS-навигатором, молодая женщина углубилась в темную сельскую местность, где простирались обширные просторы, на которых иногда мерцали огни далеких ферм. Ее охватила тоска. Что она делала здесь, одна, мчась в неизвестном направлении? Внезапно она задалась вопросом, какой смысл в такой одинокой жизни.

Было столько всего, что можно было сделать, исследовать, а она проводила дни, борясь в мире призраков, а ночи — мастурбируя в виртуальных играх. Заслуживали ли Максим Жиру, Амори Лекено и Жан Жульяр, чтобы она так за них жертвовала?

- Это не вопрос заслуг, — сказала она себе. - Они больны и нуждаются в моей помощи. - Она нажала на кнопку радио, выбрала станцию, где играл рок, чтобы поднять себе настроение. Это был просто спад, как это иногда бывало с ней.

Впрочем, в этом не было ничего удивительного: прошлая ночь была просто кошмаром, а день был особенно насыщенным открытиями — зоопарк, ягуар, хмонг и «Крабовая бухта»...

Через несколько километров после выезда из Валлангужар она съехала с трассы 64 и свернула на асфальтированную дорогу, настолько узкую, что две машины не могли разъехаться. По обе стороны поля сменились лесом, где некоторые оголенные деревья опасно наклонялись к дороге. Колючие заборы по обеим сторонам были разбиты.

Через некоторое время из ветвей деревьев вырисовался крытый мост с разбитыми окнами. В свете фар выделялись зеленые и фиолетовые буквы надписи «Crab Bay, - словно угрожая. - Не входи сюда, или будет плохо, — казалось, говорили они ей.

Тревога, которую Элеонора пыталась подавить, усилилась. Она начала сожалеть о своей импульсивности, но, конечно же, повернуть назад было невозможно. Она припарковалась рядом с квадратной башней, которая обозначала один из концов сооружения, сунула телефон в карман и взяла фонарик.

Ледяной порыв ветра обдало ее, как только она высунула голову из машины.

И что теперь? Она не знала. Место казалось огромным. Чтобы преодолеть свое беспокойство, она ухватилась за мысль, что, как и она, Машефер пришел в это унылое место, и у него была на то веская причина. - Убей их всех. Не обращая внимания на таблички, запрещающие вход на территорию, она подошла к зданию. Входная дверь, хотя и была закрыта решеткой, была взломана. Сжимая фонарик в кулаке, молодая женщина вошла в здание и поднялась по лестнице на самый верх. Справа от нее четыре стены образовывали яму, погруженную в полную темноту. Вероятно, это был