Ещё не совсем мертва - Холли Джексон

не разрешали отращивать длинные волосы. Мама заставляла меня стричься коротко, хоть я это и ненавидела. Наверное, я просто привыкла. — Джет теребила кончики волос, едва касавшиеся плеч.

— Я помню. — Сказал Билли. — В ваш бассейн нельзя было заходить, если рядом не было двоих взрослых, которые постоянно следили бы за водой. И нырять было запрещено, особенно рядом со сливным отверстием.

Джет шмыгнула носом.

Посмотрела в полные слез глаза Билли.

Она могла бы просто рассказать ему.

Она никогда и никому об этом не говорила — ни Люку Мейсону, ни Софии, ни Джей-Джею Лиму — и если не скажет сейчас, эта тайна, скорее всего, умрет вместе с ней.

— Знаешь, я... — Она осеклась, фальстарт.

Заставила себя попробовать снова.

— Мама... она винит меня в смерти Эмили. Говорит, что это была моя вина.

Билли моргнул.

— О чем ты говоришь? Тебя там даже не было.

— Вот именно. — Ответила Джет. — Это была моя вина, что в тот день родители ушли из дома, чтобы смотреть мое выступление на конкурсе.

— Если бы я не прошла в финал, мама и папа остались бы дома, и Эмили бы не погибла.

Джет опустила голову, пряча подбородок за воротником Билли.

— Я подслушала, как мама говорила об этом отцу, сразу после похорон. Что это по моей вине Эмили умерла.

Билли заерзал, прижимая свои ботинки к её ногам.

— Это безумие.

— Твоего отца она тоже винит. — Джет шмыгнула носом. — Всегда же нужно найти крайнего.

— Моего отца? — Билли переспросил, явно озадаченный.

— Ага. — Джет сделала небольшой глоток. — Видимо, они проезжали мимо него по дороге на конкурс, и мама попросила твоего папу заглянуть к Люку и Эмили через пару часов. Эмили было шестнадцать, Люку — тринадцать, и, боже, как же они постоянно цапались. Наверное, она боялась, что они поубивают друг друга, пока родителей не будет дома. И, похоже, твой отец так и не зашел проверить.

Билли покачал головой.

— Смерть Эмили была нелепой случайностью. Никто не виноват, что её волосы запутались в…

— Я знаю. — Джет резко перебила его. — Но мама этого не понимает. Думаю, она наказывает меня за это с тех самых пор.

Джет постучала ногой, легонько подтолкнув носок ботинка Билли. Наступил момент для признания, которого она никогда и никому не доверяла.

— Знаешь, ведь это всё были планы Эмили. — Джет отвела взгляд. — Это она хотела поступить в Дартмут[43], а потом в Пенсильванский университет на юрфак. Я пыталась, но…

Действительно ли она пыталась? Выжила в Дартмуте — так и не почувствовав себя там как дома, не заведя настоящих друзей, которые могли бы заполнить дыру, оставленную Софией. Она просто стиснула зубы, не сводя глаз с «сияющего будущего». И вот оно наступило, Джет получила всё, о чем мечтала, и бросила юридический колледж при первом же удобном предлоге. Словно просто ждала повода сбежать. Почему так вышло?

— Ты ведь помнишь, какой была Эмили? — Джет посмотрела на Билли. — Такая крутая, уверенная, умная… ей даже стараться не приходилось. Всё давалось само собой. Я хотела быть в точности как она. Знаешь, она ведь тоже выиграла тот конкурс по правописанию, когда ей было десять. Быть Эмили для неё было естественным. А для меня — нет. Видимо, я так и не смогла до неё дотянуться, да?

Билли прижал свои пальцы ног к её ступне. На его лице появилась вымученная полуулыбка.

— У тебя просто ножки маленькие.

Джет фыркнула и шутливо отпихнула его ногу.

— Я знаю, что твоя мама строга к тебе. — Билли заговорил серьезнее, и улыбка исчезла. — Но она ведет себя так, потому что ей не плевать.

— Серьезно? — Джет скептически приподняла бровь.

— Ну, она по крайней мере не собрала вещи и не свалила в закат, когда тебе исполнилось восемнадцать. — Билли запустил пальцы в волосы, разрушая свои кудри. — Моя прислала две открытки на день рождения, а про остальные забыла. Ни одного звонка, никаких объяснений, я даже не знаю, где она сейчас. Вот это, Джет, — мать, которой плевать.

Джет поймала его взгляд. Внутри зашевелилось теплое чувство вины.

— Мне жаль, что так вышло с твоей мамой, Билли.

— А мне жаль, что у тебя такая. — Он вздохнул. — Матери, а?

— Да уж, матери.

Они чокнулись бутылками пива.

— Так, ладно, хватит о депрессивном. — Сказала Джет. — А то ведем себя так, будто тут кто-то умер.

— А вот сейчас ты это специально сказала. — Билли укоризненно посмотрел на неё.

— Давай лучше вернемся к разговору о том, как ты станешь знаменитым певцом.

— Давай лучше не будем.

— Это что, трекер Tile[44] на твоем гитарном чехле? — Джет указала пальцем на небольшое устройство.

— Ага. — Билли нежно провел по нему пальцами. — Это моя крошка.

— Ой, да ладно тебе. — Она снова фыркнула.

— И нечего тут «ладнокать», ты со своим грузовиком носишься точно так же.

— Этот грузовик — мой ребенок. — Отрезала Джет. — Тебе никогда не будет позволено сесть за его руль.

— А тебе не будет позволено играть на моей гитаре. — Парировал Билли.

— Ладно.

— Тем более.

— Та-а-ак… — Джет перегнулась через стол и ткнула Билли в плечо.