Ещё не совсем мертва - Холли Джексон

Джет сделала еще глоток. Она чувствовала, как пузырьки газа покалывают слизистую щеки, а изнутри разливается теплое сияние. Точнее, это чувствовала только одна щека; вторая не ощущала ровным счетом ничего. Обычно люди вообще чувствуют свои щеки? Джет сделала еще глоток, допивая бутылку, и посмотрела на бар, намечая путь через толпу. Там был свободный проход, прямо к одному из барных стульев, на котором сидела женщина. Джет узнала её мгновенно. Её звали не Ноэль, как в песне, которую сейчас пел Билли, но имя было близким. Нелл Янковски. Жена начальника полиции.

Джет поднялась на ноги и пошла зигзагами через зал. Все взгляды были прикованы к Билли.

— Можно мне еще одну? — Джет поставила пустую бутылку на стойку.

Она стояла вплотную к Нелл. Волосы женщины отливали бронзой, а на висках проступала седина. Она пила белое вино; бокал запотел, сохранив на себе призрачные отпечатки пальцев.

— Привет. — Сказала Джет. — Я Джет.

Нелл взглянула на неё. Глаза в цвет волос смягчились, когда они встретились со взглядом девушки.

— Привет, милая. — Женщина выпрямилась. — Я знаю, кто ты. Лу рассказывал мне о… Он хорош, правда?

Нелл указала бокалом в сторону Билли.

— Лучший, — без запинки ответила Джет. — А что Лу рассказывал тебе?

Нелл замешкалась, вдыхая аромат вина.

— Я просто хотела сказать: мне очень жаль, что ты оказалась в такой ситуации. То, что случилось — это действительно ужасно. Ты как, в порядке? Если я могу чем-то помочь до того, как…

— Я чувствую себя отлично, — соврала Джет. — Никакой разницы. Оказывается, умирать — это почти то же самое, что жить.

— Прости. — Нелл уставилась в свой бокал.

Она поморщилась, когда толпа дружно подхватила припев.

Джет дождалась, пока шум немного стихнет, и спросила прямо:

— Это правда? Что мой отец планирует продать вам «Мейсон Констракшн»?

Нелл поперхнулась вином.

— Он тебе рассказал?

— Кто-то другой.

Подбородок Нелл дернулся вверх, в глазах застыл немой вопрос.

— Эндрю Смит, — ответила Джет.

— Так это всё-таки правда?

Нелл кивнула.

— Он не должен был этого делать.

— Наверное, есть много вещей, которые Эндрю Смиту не следовало делать.

— Иногда я плачу ему за мелкую работу по дому, — сказала Нелл. — Он один из первых, с кем я познакомилась в этом городе. Здесь же и познакомилась, кстати.

Она огляделась по сторонам, но Эндрю в зале не было.

— Я переживаю за него, он очень одинок. Мы иногда болтаем. Не думала, что он… Ему не стоило тебе говорить. Твой отец пока не хочет, чтобы кто-то об этом знал.

— Вы собираетесь её купить? — спросила Джет. — Компанию.

Нелл обвела пальцем край бокала.

— В этом есть смысл. У меня свой строительный бизнес, базирующийся в Хартленде и Хартфорде[40]. Мы жили там, пока Лу не получил эту работу. Теперь мы обосновались здесь, и расширяться в Вудстоке — логичный шаг. Мы не совсем «чужаки», как думают люди. Лу на самом деле жил здесь полгода, когда ему было за тридцать.

— Спасибо, — сказала Джет парню за стойкой, когда тот протянул ей открытую бутылку пива.

— Я заплачу. — Нелл вмешалась, потянувшись к карточному терминалу раньше, чем Джет успела среагировать.

— Спасибо. — Джет сделала глоток. — Вообще-то, было бы логично, если бы мой отец оставил компанию Люку Мейсону, когда уйдет на покой. Он проработал там больше десяти лет. Мы все думали, что так и будет.

Нелл снова уставилась на свое вино.

— Твой отец не хочет этого делать. У него двое детей. Он считает, что отдавать компанию Люку будет несправедливо по отношению к тебе.

— Ну, Люку повезло — думаю, это больше не будет проблемой. К концу недели у отца останется всего один ребенок. — Джет сделала еще глоток. — Прошу прощения — кажется, кто-то пытается украсть мой столик.

Джет двинулась назад, сверля взглядом мужчину, который уже тянулся к её стулу, пока тот не отступил.

— Спасибо, спасибо всем, — произнес Билли, его дыхание щекотало микрофон. — О'кей, следующую песню я написал сам.

В толпе послышалось восторженное «о-о-о».

— Знаю, знаю. Я написал её довольно давно, так что, возможно, вы её уже слышали. Она называется «Для неё».

Пальцы Билли заскользили по струнам, перебирая аккорды. Глаза он опустил в пол.

— Если спросишь сердце: «Как долго?», оно ответит лишь: «С давних пор», — запел он. — А я спрошу тебя в ответ: как можно не любить этот её опасный оскал? Она смеется, словно умирающий старик, и я должен держать себя в руках, я правда стараюсь. Любил её с самого начала, с первого дня, но этот первый день никогда не станет единственным, потому что…

Билли ударил по струнам сильнее. Гитара зазвучала мощнее перед припевом, голос Билли тоже изменился — в нем появилась хрипотца, скрытая за основными нотами. Он запел:

...Она может никогда не полюбить меня в ответ, Может, время не то, или место, а может — и вовсе нет. Но она смотрит на меня своими глазами цвета земли, И я не уверен, что смогу дышать, черт возьми.

Не думаю, что это предначертано картами или звездами,

Мы на разных страницах, разминулись путями неброскими.

Но, черт возьми, я сыграю это до конца, Потому что я написал эту песенку… для неё...

Билли сглотнул и