Ищи дурака - Харлан Кобен

Я постепенно сокращаю дистанцию.

Кровь во мне закипает.

На Ривингтон-стрит полно народу. Некоторые оборачиваются и глазеют. Большинству все равно. Меня очень подмывает закричать, чтобы его хватали, что я полицейский, но это неправда, и я не уверен, не выйдет ли это в итоге мне боком.

И потом, я его нагоняю.

Патлатый сворачивает на Клинтон-стрит и бежит в сторону Деланси. Он пробегает мимо «Клинтонc экзотик плюс энд дели», лавки, торгующей курительными принадлежностями и по совместительству закусочной. Я тысячу раз проходил мимо, но внутри никогда не бывал. Не уверен, что хочу, чтобы сэндвич мне делал тот же чувак, который продает вейпы и кальяны. Возможно, это все мои тараканы. Молли говорит, мне нужно расширять горизонты.

Я продолжаю сокращать дистанцию.

Патлатый внезапно кидается влево, в направлении магазина уцененки. Молли иногда берет там чистящие средства и подарочные пакеты. Возможно, это помогает сэкономить, но оно того не стоит. Патлатый хватается за дверную ручку. Это на несколько секунд его задерживает. Я с разбегу налетаю на него и, обхватив ногами его колени, увлекаю за собой на асфальт. Патлатый с хрюканьем валится на мостовую.

– Ты что, совсем спятил? – кричит он.

Я пригвождаю его к земле своим весом. Он выворачивается и пытается меня пнуть. Задеть меня ему не удается, но и я тоже не могу его ухватить. Мы оба кое-как поднимаемся на ноги.

Патлатый вскидывает руку, давая мне понять, что пытается отдышаться. Когда он прекращает хватать ртом воздух, то выдыхает:

– Отвали от меня!

– Кто ты такой? Зачем преследуешь мою жену?

– Я не обязан перед тобой отчитываться.

– Еще как обязан.

– И что ты мне сделаешь?

Готового ответа у меня нет. Это вызывает у него улыбку.

– Я ухожу, – говорит Патлатый. – И ты меня не остановишь.

Он делает шаг. Я заступаю ему дорогу. Наверное, выглядит это слегка комично. На нас начинают оборачиваться. Патлатый куда крупнее меня, но я не собираюсь дать ему уйти.

– Зачем ты преследуешь мою жену?

Патлатый делает шаг в сторону, я делаю шаг в сторону. Тогда он начинает надвигаться на меня. Я стараюсь не отступать. Каждый из нас только и ждет, когда другой полезет в драку. Мы стоим друг напротив друга. Мой подбородок находится где-то на уровне его груди.

– Прочь с дороги, – цедит Патлатый.

– Кто ты такой?

– Я ни хрена не обязан тебе говорить.

Он прет прямо на меня, своей тушей слегка оттесняя меня назад. Я не очень понимаю, как быть. Я запер его, но дальше-то что? Он намерен просто уйти. И что мне прикажете делать, брать его в плен? Пытаться посреди бела дня выбить из него ответ? Чтобы не дать Патлатому просто взять и уйти, мне придется применить физическую силу. Он настоящий бугай. У него тюремные татуировки. Он, вероятно, сидел. Разумеется, ничто из этого меня не волнует. Если дело дойдет до драки, я совершенно уверен, что выйду победителем.

Возможно, это утверждение покажется вам самоуверенным. Поверьте, это не так.

Я пытаюсь его удержать. Патлатый делает еще шаг вперед. Я теряю равновесие и отпихиваю его. Ничего большего ему не требуется. Патлатый с улыбкой бросается на меня. Я не делаю попытки увернуться. Мы летим на асфальт.

Я уже упомянул, что это не самоуверенность. И вот почему. В драке у меня есть только одно преимущество, зато очень веское: мне начисто срывает крышу. Я впадаю в неистовство, и остановить меня невозможно. Я снова и снова налетаю на противника, как маленький пакистанский терминатор. Патлатый с размаху бьет меня по уху. Потом отскакивает, считая, что драка окончена. Не тут-то было. Я снова и снова наскакиваю на него. Он бьет меня под ребра. Может, даже какое-то ломает. Я не знаю.

Но я не останавливаюсь.

Это моя суперсила. Мне неоднократно доводилось участвовать в потасовках. Я не проигрываю, потому что не умею отступать. Как только в моей крови начинает пульсировать адреналин, я перестаю чувствовать боль. Патлатый пытается увернуться от меня, поняв, что, похоже, не рассчитал сил. Я прыгаю ему на спину, точно первобытный дикарь. Под моим весом он теряет равновесие и падает на колени. Я продолжаю давить, пока он не падает лицом на мостовую.

Тогда я хватаю его за волосы и впечатываю мордой в асфальт. Потом наматываю его жирные патлы на кулак и с силой тяну на себя, так что спина у него выгибается, а мои губы оказываются у самого его уха.

– Ты кто? Что тебе нужно от моей жены?

Патлатый растягивает губы в улыбке, и я вижу на его зубах кровь.

– Да пошел ты!

Я снова припечатываю его к асфальту. Потом оттягиваю за волосы его голову, чтобы приложить мордой еще раз. И тут кто-то неожиданно набрасывается на меня сзади.

– Полиция! Прекратить сопротивление! Руки за спину!

На меня прыгает еще кто-то. Теперь разом навалились еще и двое полицейских в форме.

– Нет, – протестую я. – Послушайте…

Я лежу на асфальте лицом вниз. Один из полицейских слегка подпрыгивает и всаживает колено мне в позвоночник. Знакомый прием. Мне самому доводилось его применять. Это больно.

– Руки за спину!

Меня очень подмывает сказать им, что я тоже коп, но, когда они выяснят, что больше нет, это может выйти мне боком. Да они все равно не послушают. Я позволяю им застегнуть на моих запястьях наручники. Интересно, Патлатый сбежит? Нет, он стоит и довольно улыбается.

– Он чокнутый, ребята, – заявляет Патлатый. – Взял и ни с того ни с сего побежал за мной.

Полицейский вопросительно смотрит на меня:

– Сэр?

– Он слал моей жене сообщения. Преследовал ее.

– У вас имеются доказательства? – спрашивает меня полицейский.

– Он больной на всю голову, – говорит Патлатый. – Я его никогда в жизни не видел. Стою себе спокойно на углу авеню С, а тут он вдруг как на меня набросится! Психопат чертов. Видали, что он со мной сделал?

Патлатый указывает на разбитую губу.

– Сэр, – спрашивает его полицейский, – вы будете предъявлять обвинения?

– Нет, приятель. Я просто хочу поскорее попасть домой. У меня жена-красотка и маленький сын. Они меня ждут.

Меня охватывает ярость.

– Он лжет!

Полицейский с усталым видом вздыхает:

– И снова я спрашиваю, у вас имеются доказательства?

– Отвезите нас в участок, – говорю я. – Моя жена вам расскажет.

– Что именно она должна нам рассказать?

– Что он ее преследует.

– Каким образом?

– Сегодня утром он ошивался под окнами нашей квартиры. Потом жена пошла гулять с ребенком и увидела, что он за ней идет. Потом я видел, как он смотрел в окно ее комнаты.

– Бред собачий, – заявляет Патлатый.

– Кроме того, он прислал мне два сообщения.