Ленты и ножи - Елена Сокол

– Иди ко мне, – шепчу я, сгребая тебя в охапку.

Я не хочу, чтобы ты боялась, и сделаю все, чтобы ты была в безопасности. Я подхватываю тебя, кружу в колыбели своих рук и аккуратно опускаю на постель.

– Мы выберемся, – обещаю я, медленно покрывая поцелуями твое тело.

Наша любовь – самое ценное, что у нас есть. Нужно ее сберечь. Я не прощу себе, если с тобой что-то случится, Мара.

Мы трахаемся, словно восхитительные и необузданные дикие животные, и после ты сладко засыпаешь на моем плече. Если придется, я уничтожу весь мир ради тебя, мой ангел.

Глава 45. Невеста

– Надеюсь, вино стоило хотя бы штуку? – спрашиваю я.

– И близко нет, – отвечает Ян, усмехнувшись.

– Ладно, давай его сюда, – нетерпеливо тяну руку.

Он открывает для меня бутылку, и я делаю жадный глоток.

– Осталось совсем немного, – замечает татуировщик, – посидите спокойно еще пару минут.

– Я и сижу, – ворчу ему в ответ.

Мы в какой-то грязной дыре на задворках Бранево. Не знаю, как Ян нашел этого безумного бородатого чувака, который согласился в час ночи бить мне тату под сиськой, но, надеюсь, он свое дело знает. По крайней мере, судя по фоткам на стенах, работы у него достойные, и клиенты уходят отсюда довольными.

– Ай, – недовольно тяну я.

Все-таки место очень чувствительное, и кожа под грудью довольно тонкая. Когда игла вонзается в нее, мне неприятно.

– Потерпи еще, малыш, осталось совсем чуть-чуть, – просит Ян.

– Ну что ты делаешь? – Я устало склоняю голову.

Он достал камеру и кружит вокруг кресла.

– Снимаю твои шикарные сиськи.

– Мы тут не одни вообще-то, – смущенно напоминаю я.

– Я уже представляю, как ты ходишь по дому и из одежды на тебе только эта татушка, – игнорируя замечание, произносит он.

Я корчу рожицы на камеру и представляю, каково ему сейчас: какой-то левый тип смотрит на мою обнаженную грудь. Готова биться об заклад, Яну хочется свернуть ему шею.

– Эй, посмотри, как круто вышло! – восклицает он, когда все кончено.

Мастер подносит зеркало, и в отражении я вижу два сердца, соединяющихся друг с другом.

– Ну как?

– Улет, – отвечаю я, сделав глоток из бутылки.

Он еще что-то доделывает, закрывает рисунок на моем теле защитной пленкой и дает указания по уходу.

– Сколько мы должны, чувак? – спрашивает Ян.

– Я не возьму с вас денег, – решительно говорит бородатый. – Вы же они, так? Дьявол и его Невеста. Я сразу узнал вас. – Его глаза округляются, когда он видит, как Ян тянет руку к карману, чтобы вытащить нож. – Эй, брат! – Мастер поднимает руки. – Ты чего? Я вас не выдам. Честно. Я – ваш фанат. И ты… ты правильно поступил с тем развратником в Торуне, я вчера смотрел сюжет по телику: он годами насиловал своих воспитанников. Если бы не вы, этот урод продолжал бы еще долго, и церковь бы его покрывала!

– Ян, – говорю я, чтобы привлечь внимание своего парня.

И отрицательно мотаю головой. Он немного успокаивается, медленно опускает руку.

– Я никому не скажу, что вы здесь были, – обещает мастер.

Он тянет ладонь, и Ян, помешкав немного, пожимает ее.

Бар. Посетителей все меньше, и я в очередной раз смотрю на часы. Ян велел мне подождать десять минут, а самого нет уже полчаса.

– Привет, красотка, – подсаживается ко мне какой-то пьяный тип. – Скучаешь?

– Вообще-то нет, – отвечаю я, взглянув на него из-под ресниц.

Ему лет тридцать, на пальце кольцо. Женат, а сам уже вовсю трахает меня взглядом, скотина.

– Что ты пишешь? – мужчина заглядывает на салфетку, исписанную ручкой.

– Сочиняю стихи, но что-то никак не клеится, – сворачиваю ее вдвое и ставлю сверху стакан.

 Мы режем плоть, как тонкий шелк,Ты – мой кинжал, я – твой последний вздох.И смерть как поцелуй в конце пути,Его ты не сотрешь, убей или умри.Ты шепчешь мне: «Моя», и я дрожу,И под твоим клинком мне слаще, чем в раю,Твой след из крови, мой – в твоих мечтах,Мы вместе в ад и вместе даже в снах.Нам не нужны ни клятва, ни венец.Ты – мой палач, я – твой конец.Мы двое против всех…  

И дальше зачеркнуто.

– Ты типа кто… поэтесса? – удивляется незнакомец.

– Нет. Так, балуюсь, – отвечаю я.

И замечаю Яна, который появляется в дверях. Мы обмениваемся взглядами, и он исчезает. Дальше не нужно придумывать, план созревает моментально.

– У тебя деньги есть? – спрашиваю я, наклонившись к уху мужчины.

– Для тебя найдется немного, – он ухмыляется.

– Не хочу ходить вокруг да около, – придвигаюсь к нему и шепчу: – Три сотни, и мы прекрасно проведем время.

Тот что-то прикидывает в уме. Сомневается. Наверное, ему дорого.

– За две дам присунуть за баром, еще успеешь домой к жене.

– Идет, – соглашается он.

Мы выходим из заведения, и я увлекаю его за собой – за угол, где в ряд стоят большие мусорные баки. Веду его до темного угла, где никто нас не увидит. Нам идти еще пару метров, но он уже нетерпеливо лапает меня за задницу.

– А резинка у тебя есть? – интересуюсь я.

– Не-а, – отвечает мужчина, подумав.

Беспечный урод.

– Эй, только без поцелуев! – возмущенно восклицаю я, когда он, грубо лапая меня, тянется к губам.

– Ну, что ты, сладкая, – мычит он, покачиваясь.

Его руки забираются мне под юбку, по-хозяйски там шарят.

– Куда ты торопишься? – я пытаюсь его притормозить, легонько отталкиваю.

– Ты чего, шалава? Договорились же! – рычит он.

Боковым взглядом вижу, как за его спиной скользит тень, она приближается, нависает над нами и в следующее мгновение сильным росчерком клинка рассекает мужику шею.

– Твою мать, мое платье! – сокрушаюсь я, опустив взгляд на брызги, попавшие на ткань.

Мужик в шоке. Он оседает на колени, так и не поняв, что случилось. Кровь толчками бьет из его шеи.

– Прости, – говорит Ян. – Как увидел на тебе его руки, так забыл, что мы договаривались все делать чисто.

– Один удар – в сердце, порепетируй в следующий раз, – раздраженно бросаю я.

– Не сердись. – Ян притягивает меня к себе и больно прикусывает мне губу.

Зашибись, теперь еще и губа вспухнет. Как мне в таком виде перебираться через границу?

Тем временем лужа крови под ногами растет. Мужчина перестает дергаться и больше не моргает. Ян обчищает его карманы, вытирает нож о рубашку убитого и прячет его за пазуху.

– Идем.

Он уводит меня к машине. Нужно уходить, пока нас не заметили.

– Ты договорился? – спрашиваю я.

– Да, нас уже ждут на пристани.

Через