Малум - Юлия Макс

Якуб оперся о подоконник и широко зевнул, не забыв прикрыть рот рукой.

– Вопрос только – кто.

– Ставлю на Алексис, – предложила Эва, считая ее самой стервозной из всех. – Хотя каждая из них под сомнением.

– У нас есть несколько вариантов. – Якуб загнул палец на руке. – Мы попытаемся выяснить фамилии остальных дам. Для этого нужно потревожить нашего работодателя, чтобы он в свою очередь узнал их местоположение до того, как они приехали в Эльц.

– Или? – тут же спросила Эва, которой не хотелось звонить вечно мрачному Фаусту.

– Или узнаем это сами, проникнув в их комнаты, когда ведьмы уйдут на празднование. Мне не обязательно там присутствовать. Дорожные чеки или чеки покупок, что-то непременно должно быть.

– Хорошо. – Эва прикрыла рот рукой, зевая. – Мне нужно принять холодный душ.

– Может, взять у Марго еще один стакан бодрящей настойки?

– Не надо, – Эва поморщилась. – У меня и так сердце колотится как сумасшедшее.

Она достала вещи из дорожной сумки и пошла по направлению к ванной.

– Подожди. – Якуб приник к стеклу и показал вниз. – Смотри!

Фигуристая Вив и рыжеволосая Лина шли по узкой тропинке, ведущей в лес.

– Пойдем сейчас? – Эва вернула вещи в сумку.

Сонное состояние сменилось предвкушением, и она нетерпеливо постукивала ногой об пол. Якуб, заметив это, улыбнулся и кивнул.

Они спустились в главный холл, оказавшийся пустым. Якуб задрал голову, высматривая камеры слежения, и, никого не увидев, кивнул Эве, чтобы она шла дальше. По такой же узкой винтовой лестнице они проскользнули в похожую башню и остановились перед деревянными дверями. Якуб достал из кармана брюк небольшой сверток, в котором лежали отмычки. Пока Эва смотрела с лестницы вниз, чтобы предупредить в случае, если одна из ведьм вернется быстрее, он аккуратно отпер спальню.

Башни и их покои отличались лишь цветом оформления: у Эвы оказалась позолота и бордо, а здесь – сталь и фиолетовый цвет. Чемоданы стояли просто у кровати, и Эва присела возле них, а Якуб стал осматривать вещи, раскиданные на кресле и столе.

– Есть чек с паркомата. Датированный вчерашним днем. Австрия. Это Вив.

Эва прекратила копаться в чемоданах, сдула прядь с лица и скептически сощурилась:

– Теоретически она могла приехать в Прагу, потом вернуться в Австрию, а потом добраться сюда.

– Нет, не могла. В чеке указано утреннее время.

Провернув все то же самое со спальней Лины, они нашли билеты на оперу, которая проходила в Вероне, тем самым обеспечивая алиби и ей.

– Думаю, спальня Алексис в моей башне, на пролет выше. Давай сходим?

– А Хокс? В третьей башне?

– Проверим Алексис, – уперлась Эва, отчего-то испытывая странное желание пойти именно к ней. Какой-то внутренний инстинкт зудел под кожей и скручивал живот.

Они вернулись в башню Эвы. Она постучалась, затем прислушалась.

– Давай! Ее нет.

Послышался щелчок, и Якуб осторожно толкнул створку. В помещении были задернуты шторы, и Эва не сразу увидела, зато услышала причмокивание со стороны кровати.

Она сначала не поверила своим глазам. На постели лежала Алексис, Эва поняла это по длинным платиновым волосам, свисающим с кровати. На груди женщины сидела крыса. Тварь вцепилась в ее ключицу зубами и даже не повернулась на звук открывшейся двери.

Якуб среагировал быстрее и кинулся к постели. В руке у него блеснул небольшой охотничий нож. Эва захлопнула дверь, звук получился настолько громкий, что крыса дернулась и прекратила пить кровь. Это определенно был не обычный грызун, исходя из того, что тварь повернула морду и ее кровавые глаза увидели несущегося на нее Ягра.

За миг до поимки крыса спрыгнула с кровати и, быстро перебирая лапами, устремилась к ванной комнате. Эва кинулась следом. Якуб, напоминая огромного кота, буквально прыгнул за крысой, упал на пол, но не смог ни поймать ее, ни убить.

Эва погналась за ней в ванную, но только успела увидеть мелкие капли крови на полу и лысый хвост, скрывшийся за унитазом, где зияла дыра размером с мандарин.

– Черт! – она в сердцах ударила ладонью по плитке.

– Не знаю как, но я отрезал ей кусок уха, – сказал Якуб, появившись в проеме ванной. – И если записи о мороусах правдивы, то отметина останется и на человеке.

– Какого дьявола вы делаете в моей спальне? – раздался визгливый возглас позади Якуба.

– Мы мимо шли и увидели, как тебя мороус сосет, – вставая с пола, ответила Эва и нагло улыбнулась в ответ на укоризненный серый взгляд Якуба.

Алексис с ужасом и брезгливостью рассматривала на себе свежий укус. Эва решила, что ведьме пока ничего не грозит в плане суицидальных мыслей, поэтому можно ее оставить.

– Советую больше не засыпать. По крайней мере, до шабаша, – сказал Якуб, проходя мимо.

– И да, не стоит благодарности, – поддакнула Эва, которой непременно нужно было оставить последнее слово за собой. – Это наша работа. – А потом громким шепотом уже Якубу: – Значит, Алексис вычеркиваем из списка подозреваемых.

Как только они снова оказались у винтовой лестницы, то спустились на один пролет в спальню Эвы.

– Надо проверить Джену, – не успокоилась она. – Вив и Лина ушли. Так что либо это каким-то чудом Марго Эльц, либо Джена.

Якуб тем временем снова смотрел во двор. Пейзажи вокруг замка и правда притягивали взгляд, но сейчас это было неуместно.

– Ты меня слушал? – раздраженно спросила Эва.

– Хокс только что вышла из замка и направилась в сторону парковки.

– Тогда чего мы ждем? – Эва уже открыла дверь и приготовилась к погоне.

– Она не одна, а с Марго, – Якуб выглядел раздосадованным.

Эва вернулась и тоже посмотрела в окно. Джена и Марго шли по мощеному мосту от замка к парковой дороге, у обеих в руках были холщовые мешки, чем-то набитые. Ведьмы разговаривали и жестикулировали, но не агрессивно, а скорее по-дружески, по крайней мере, с башенной высоты казалось именно так.

– Это не Джена, – уверенно заявил Якуб. – Крысе нужно было бы время добежать до тела, Джене очнуться, привести себя в порядок, если рана осталась и у нее, а потом так же быстро спуститься из спальни к Марго.

– Только если они не в сговоре, – отбила Эва. – Я им не доверяю. Обеим.

Марго и Джена достигли пролеска с вкопанными кольями и остановились. Из мешков они доставали черепа каких-то животных.

– Что за черт? – не выдержала Эва, пытаясь присмотреться.

– Это козлиные. – Ягр прижался лицом к стеклу. – Хорошо, что не как у язычников. Не свежесрубленные. У них кровавое жертвоприношение приносилось всем племенем или общиной.

Эва оторвалась