Малум - Юлия Макс

– Документы у вас, – Эва услышала, как хрипло ответил Якуб.

– Отдел полиции Ватикана на машине с чешскими номерами? – зло засмеялся Марко. – Не верю. Проклятым католикам давно нет дела ни до серийных убийств, ни до убийц. Они заняты тем, чтобы удержать свою глупую паству.

– А во что верите вы? – тут же спросил Якуб.

– Наша вера стара как мир, и вы тоже стали ее частью, – в голосе Марко послышались торжествующие, гордые нотки. – Когда произойдет замена, вы забудете о том, что потеряли.

– О чем вы? – требовательно спросил Якуб. Эве тоже было непонятно. – Что произойдет? Для чего вы убиваете? Зачем? Я должен понять.

– Ты и она должны стать хорошим жертвоприношением, и ничем другим, – отрезал Марко.

– Каждый, кто уходит в горы, ищет что-то. Мы просто помогаем найти конец, – добавил Энрико.

– Я… я. Почему я не помню, что хотел сказать?

Из-за того, что Якуб спрашивал растерянно, даже как-то беззащитно, Эва придвинулась как можно ближе к дыре. Может, его сильно ударили по голове? Или братья Села не были людьми и как-то воздействовали на него?

– Кто вы такие? – повторил Марко. – Кто еще знает о вашем расследовании?

– Много кто, и они скоро приедут сюда, – уверенно заявил Якуб, отлично блефуя. – Плюс в деревне о нас знает полиция и хозяйка отеля.

Марко заливисто засмеялся:

– Горе-сыщик из тебя, Якуб Ягр. Мы, ладины, очень и очень сплоченный во всех смыслах народ.

Эва подавила истерический смешок. Полиция с ними заодно. И почему они раньше этого не поняли?

– Вы работаете на орден? – подал голос Энрико.

Эва удивленно замерла. Откуда они знают про орден? Мысль о том, что эти ладины – энсиа, укоренилась в сознании. Возможно, Канацеи был тем местом, где жили одни лишь существа. Тогда возникал вопрос: что за ритуалы с человеческими жертвами они проводят, а главное – почему они стали убивать именно сейчас. И почему чертов Фауст дал им дело, но не предупредил об опасности?

– Да, – ответил Якуб. – Они придут к нам на помощь.

А вот в этом Эва сильно сомневалась. Фауста не было в Чехии, а Баал выйти из особняка не мог, связанный вечным служением.

– Мы убьем вас раньше, чем это случится. Энрико, действуй!

Эва ничего не увидела, но услышала треск разряда. Электрошокер сделал свое дело, и бессознательного Якуба, судя по звукам, потащили по полу прочь из подземной комнаты. Дверь с грохотом захлопнулась, и Эва осталась абсолютно одна.

Она бы расплакалась, но в ней было настолько мало воды, что воспаленные глаза так и остались сухими. Эва принялась ходить по периметру, чтобы не замерзнуть и не заснуть, зная, что братья Села скоро явятся и за ней. Мысленно она снова и снова пролистывала книгу о вымерших энсиа, зацепившись за то, что, возможно, они путали мысли или забирали кратковременные воспоминания.

В голове ярко вспыхнула нужная страница. В фолианте было упомянуто около сорока существ, и одно из них частично подходило под описание. Сильваны. Древние энсиа диких и горных мест. Эва запомнила их по карандашной зарисовке: худое тело, длинные руки, блестящая серебром кожа и фиолетовый цвет глаз. Сильваны, помимо человеческой плоти, питались воспоминаниями и знаниями встреченных ими путников. Ладины, как братья Села, были коренным народом дикой стороны Доломитовых Альп и могли нести в себе часть силы сильванов или быть их потомками, если эти энсиа действительно вымерли.

Интересно было бы познакомиться с «Этьеном де…», тем, кто проверял, исчезли древние энсиа или нет, потому как выходило, что этот «проверяльщик» плохо сделал свою работу.

За размышлениями ночь третьих суток наступила быстро и так же быстро прошла. Эва не спала, прислушиваясь и вздрагивая от каждого шороха. Вода давно закончилась. Жажда и голод путали сознание, а ночь без сна привела к приступу мигрени. Эва судорожно облизывала потресканные губы и отсчитывала удары сердца до того момента, как придут и за ней, а в том, что братья в скором времени появятся на пороге, она не сомневалась.

Эва смотрела, как солнце медленно поднимается над горами, одаривая лаской небосвод, как холодные вершины словно смягчаются от света и белый камень распространяет вокруг чувство вечного покоя и умиротворенности. Наверное, именно этот вид не дал ей сойти с ума от волнения за Якуба и от страха за себя.

Потирая зудящую кожу в том месте, где ей сделали татуировку, Эва опустилась на солому, решив полежать хотя бы полчаса. Внутри еще теплилась надежда, что Мердок каким-то чудесным образом приведет помощь. Хотя до конца в это не верила, все-таки он всего лишь ворон, который так и не нашел ее в горах.

«Думай! Думай!» – повторяла она мысленно. Почему нет теней по бокам? Может быть, вытатуированная руна тому виной? В книгах и фильмах ведьмы легко творили заклинания и использовали силу, но Эва чувствовала себя не просто неудачницей, сейчас она не чувствовала себя ведьмой.

Эва закрыла глаза, вспоминая то ощущение, которое испытала, когда ее подхватили тени под замком Эльц.

Холод.

Возбуждение.

Озноб, как будто температура поднялась до тридцати семи градусов.

Пряди, выбившиеся из хвоста, взметнул непонятно откуда взявшийся ветер. Вдох – и что-то знакомое мелькнуло на периферии бокового зрения.

– Мне нужна помощь, – внутренне ликуя, прошептала Эва.

Она приподнялась на локтях и с трудом уселась на солому. Тени пошли рябью, но не исчезли полностью.

За дверью ее темницы раздались шаги. Створка распахнулась, и в проем шагнули Марко и Энрико. Они уставились на нее сверху вниз, их глаза отливали фиолетовым, но это было единственное, что указывало на кровь сильванов.

Знания. Братья забирали у нее последние знания, последние мысли, а она думала о них. Эва хищно улыбнулась и спустя минуту игры в кто-кого-пересмотрит все так же помнила о том, как выглядят дикие энсиа, как и то, что тени по бокам никуда не исчезали.

– Не пойму, – нахмурился Марко и переглянулся с Энрико. – Ничего нет. Ты кто такая?

– Я – ведьма, – ехидно и в то же время с ноткой гордости произнесла она.

Сердце ускорилось и стучало так, словно хотело покинуть тело. Не осознавая, что делает, она простерла руки, и тени точно получили отмашку, чтобы врезаться в братьев. Сначала Энрико протянул включенный электрошокер к груди Марко, тот задергался, а затем рухнул на пол. Потом Энрико поднес шокер к своей груди, и все повторилось.

Призрачные фигуры с удовольствием сделали, что она просила, потому что так могли чувствовать настоящий мир. Потому что не хотели уходить ни на одну из