Малум - Юлия Макс

– Я иду с тобой, – отрезала Эва.

Послеобеденное солнце показалось на небосводе, напитывая горы светом, и извилистая дорога, ведущая вниз, быстро привела к искомому сервису. Это была частная территория с огромным гаражом, с двухэтажным домом за ним, с загоном для выпаса коров.

Якуб вытер мокрый лоб, расстегнул куртку и постучал по вывеске с надписями на английском: «Автосервис» и «Стучите громче».

Через несколько минут металлические двери открылись, и к ним вышел мужчина немного старше Якуба. Он был крупный и плечистый, с небрежно подстриженной бородой и неправильно сросшимся носом.

– Туристы? – уточнил он по-английски с приятной улыбкой, но взгляд у него оказался оценивающим и тяжелым.

– Добрый день, мы пробили колесо в километре отсюда, – ответил Якуб. – Не могли бы вы нам помочь?

– О, это частая проблема, но легко решаемая. Я Энрико Села, – представился мужчина. – Входите.

Он приглашающе распахнул двери, и Эва с Якубом вошли в мастерскую.

– У вас здесь просторно, – сказала Эва, оглядываясь. Несколько машин висело в воздухе, очевидно, на стадии ремонта. Возле третьей, стоящей на яме, крутился парень помладше.

– Мой брат, Марко, – заметив взгляд Якуба, представил его Энрико. – У нас семейный бизнес. Подождите минутку. Марко!

Энрико что-то быстро заговорил на ладинском и махнул в сторону Эвы и Якуба. Прозвучала цифра в один километр, но больше Ягр не понял ни слова из разговора.

Марко был похож на суриката. Тощий, юркий, постоянно находящийся в движении. Он направился в боковую дверь и спустя минуту вернулся с двумя запотевшими бутылками.

– Угощайтесь! Местный лимонад. Утоляет жажду лучше воды.

Якуб и правда хотел пить, поэтому взял бутылку и с глухим хлопком откупорил.

– Могу сделать чай или кофе, – предложил Марко, по-своему истолковав скептический взгляд Эвы на лимонад.

– Не стоит, – улыбнувшись, она тоже взяла протянутый напиток.

Якуб сделал глоток, затем еще один и удовлетворенно цокнул языком. Лимонный кисло-сладкий напиток приятно освежил и успокоил разбегающиеся мысли. Стало легче.

– Ну вот, – удовлетворенно усмехнулся Энрико. – Марко сейчас поедет и заберет вашу машину.

Якуб протянул ключи. Голова резко закружилась, в ушах нарастал звон, он услышал шепот Эвы:

– Что-то не так с лимонадом.

– Марко заберет вашу машину, – повторил Энрико и хищно улыбнулся. – Ну а я заберу вас вниз.

– Что? – Горло пересохло, язык, казалось, распух, и слова никак не хотели складываться в звуки.

Эва рухнула на пол, Якуб замахнулся на Энрико, который наклонился к ней и толкнул в бок ботинком, но ударить не вышло, лишь смотреть, как все быстрее вращается комната, пока и ее не поглотила тьма.

Глава 12

Ubi monstra regnant, lex tacet.

Там, где правят монстры, – закон молчит.

«Пражский трдельник»

«Дорогие читатели!

Пока я работаю над новым необычным делом, хочу поделиться с вами своими наблюдениями в вопросе религиозности.

По данным последней переписи населения, только 2 % чешских граждан посещает костелы раз в неделю. И только 18 % опрошенных вообще считают себя верующими.

В нашей стране около двух тысяч религиозных объектов: костелов, церквей, монастырей. Но зачем они нужны? Для кого?

Кажется, вера в Бога как таковая себя изжила, и костелы остаются лишь памятниками минувших веков и красивыми достопримечательностями для туристов.

Всплеск веры и посещений, который мы все наблюдали два года назад, прошел, оставив церковь доживать свои дни в одиночестве.

Месяц назад, днем я посетил костел Святых Кирилла и Мефодия. В здании я был совершенно один (не считая Бога, если он, конечно, существует). В огромной мраморной чаше, где должна находиться святая вода, стояла пиала, а в ней освященной жидкости было настолько мало, что и пальцев не смочить.

Возникает вопрос: что же для вас вера? Нужны ли нам эти две тысячи костелов или же они могли бы послужить другим целям?

Ваш Эл Вода».

Эва

Она резко открыла глаза, еще не понимая, где находится и что случилось. Пахло сыростью, впитавшейся в камень, и горьковатой затхлостью, словно это место давно не проветривали. Под ней была холодная утрамбованная земля, отчего спина, зад и ноги совсем околели. Кожу на правой руке жгло. Перед глазами висел низкий каменный потолок, и тусклый свет слабо проникал в решетчатый проем у самого верха.

Застонав, она перевернулась на живот и попыталась встать. В глазах двоилось, словно ей снова семнадцать и она проснулась после выпускного, на котором единственный раз перебрала со спиртным. Выпрямившись во весь рост, Эва руками смогла достать до потолка с прикрепленной к нему старой трубчатой лампой. В помещении не было мебели, лишь у одной из стен лежала груда воняющей навозом соломы. Эва рассмотрела деревянную дверь без ручки с ее стороны.

Эти улыбчивые братья-ладины что-то подсыпали в лимонад. Якуба с ней не оказалось, и она запретила себе думать о том, что его уже могло не быть в живых. В мыслях все равно мелькали сюжеты десятка фильмов, где маньяки похищали людей и потом издевались или охотились, пока не убьют. А ведь были еще извращенцы.

Эва передернулась и в который раз пожалела, что согласилась на эту работу. Сидела бы сейчас в редакции, в тепле и уюте, писала бы свои статьи и знать бы не знала о Пассо Селле и убитых туристах.

– Эва. Эва! – послышалось из ниоткуда.

Она покрутила головой, пытаясь понять, с какой стороны идет звук.

– Эва-а-а.

Она продолжала оглядываться, боясь, что знакомый голос ей всего лишь почудился.

– Якуб? – тихо и с надеждой спросила она.

– Да. Кажется, я внизу, а ты сверху.

Голос и правда доносился из-под пола со стороны настеленной соломы.

Эва кинулась туда, встала на колени, разрыла руками плохо пахнущую сухую траву и обнаружила под ней деревяшку. Она нетерпеливо отбросила ее и увидела глаза Якуба внизу через небольшое, примерно с ладонь, отверстие в каменном полу.

– Якуб, – облегчение оттого, что он жив, на секунду сжало спазмом горло, и его имя она скорее просипела, чем произнесла. Через проем она рассмотрела грязное лицо напарника, просиявшее короткой улыбкой.

– Я боялся, что ты… – начал он и замолчал.

– Я тоже.

– У меня все забрали: мобильный, часы, документы. Даже ремня для штанов не оставили.

Пока он говорил, Эва похлопала себя по карманам.

– И у меня. – Она посмотрела на Якуба и, разозленная то ли на себя, то ли на него, то ли на ситуацию в целом, прошипела: – Эти братья нас прикончат. Как раз две жертвы