Малум - Юлия Макс

Водичкова шумно вздохнула и сложила руки на груди.

– Примерно такое же.

Якуб сильнее сжал руль. Разговор о чувствах у них явно не клеился.

Поворот. Скрип шин по гравию.

– А с Баалом ты, значит, не работаешь?

Чувство, темное, как мазут, залило внутренности и вызывало раздражение на себя и на Эву. Она глянула на Якуба и расхохоталась, откинув голову на сиденье.

– Знаешь, Якуб, таким ты мне очень нравишься.

– Каким? – спросил он, подумав, что она обзовет его ревнивцем.

– Эмоциональным, – все еще улыбаясь, ответила Эва.

– Хочешь сказать, что это я обычно скрываю эмоции? Ты сама прячешь их постоянно. И не говори мне, что я не прав.

– Не буду, – перестав улыбаться, бросила Водичкова и демонстративно отвернулась к окну.

«Чтобы понимать женщин, нужно родиться женщиной», – вспомнил Якуб слова отца, когда единственный раз поделился с ним рассказом о неудачных отношениях.

«Порше», урча, словно хищный зверь, мчал по горной дороге. Луга, которые тянулись прямо по склонам гор, украшала песочного цвета трава, а внизу находился поселок. Они миновали табличку с названием «Канацеи» и остановились в узкой улочке, где стариками стояли дома: деревянные балконы, черепица, лисьи шкуры, сушеные травы над дверьми. Над крышами нависал массив Селла, огромный, пугающий и древний.

– Здесь все как в деле, что нам прислали. – Эва повернула айпад к Якубу: храм Святого Флориана, площадь, старая гостиница Cavallino Rosso с нарисованным оленем на вывеске.

– Вот и он. – Якуб показал на здание перед ними. – Cavallino.

Дверь гостиницы открылась еще до того, как они успели подойти. На порог вышла седовласая женщина в темной юбке и вязаном жилете. Глаза у нее были выцветшие, но цепкие.

– Вы из полиции? – без приветствия и любезностей спросила женщина на английском, чем огорошила Якуба. Как она так с ходу распознала в них не туристов, он понять не мог.

– Не совсем. – Якуб замешкался, хлопая себя по карманам, а затем извлек из нагрудного удостоверение. Показывая его, он изобразил вежливую улыбку. – Мы из международного отдела полиции Ватикана, и нам нужно где-то остановиться.

Женщина не кивнула, не улыбнулась, только посторонилась.

– Что ж. Мы уважаем Ватикан как орган власти, но верим в совсем другого Бога, – сказала она тихо, но отчетливо, а затем уже повысила голос: – Сейчас межсезонье. Большая часть отелей закрыта. Можете остановиться у меня. Все равно почти все номера пустуют.

Якуб оглянулся на Эву, она пожала плечами, не возражая.

– Спасибо.

– У вас в межсезонье всегда так безлюдно на улицах? – спросила Эва.

– Сегодня День мертвых. До заката никто не выходит, а затем все отправляются на местное кладбище, почтить тех, кто спит, – ворчливо объяснила женщина и шагнула за порог.

Отель был так же стар, как и его хозяйка. Дерево фасада потемнело от времени, треугольные металлические снегозадержатели на крыше покрылись ржавчиной, но внутри здание выглядело презентабельно: стойка регистрации, коридор с дверями номеров и лестница, ведущая на второй этаж. Ступени тоже были деревянными, но абсолютно новыми и еще пахнущими свежестью леса.

– Один номер или два? – деловито уточнила хозяйка.

– Два, но рядом. – Якуб достал наличные.

Женщина попросила документы, вбила данные в старый компьютер и протянула обратно.

– В номерах есть мини-кухня. В конце улицы маркет «Спар». Советую готовить здесь, потому что из заведений открыта одна траттория и еще та, которую держит Колапинто.

– А что с ним не так? – заинтересовалась Эва.

Женщина с сомнением на лице пожевала губу, но все же ответила:

– Дерет с туристов втридорога. Цены поднимает каждые полгода, да и готовить не умеет.

Казалось, она хотела добавить что-то еще, но не стала. Положила на стойку ключи от номеров и усталым голосом пожелала приятного времяпрепровождения.

– Простите, как к вам обращаться?

– Меня зовут Бриори. Без мисс, фрау и тому подобного.

– Вы ладинка[34], – почему-то обрадовалась Эва. – Никогда не встречала представителей этой народности.

– Что ж. Значит, еще встретите здесь.

– Вы сказали, что верите в другого Бога, – не унималась Водичкова. – В какого?

Женщина закашлялась, прикрывая рот рукой.

– Мои предки, как и я, не переставали быть язычниками, и у нашего Бога было много имен, и знать их надлежит лишь верующим, коими вы не являетесь.

– Бриори, – позвал ее Якуб, увидев, что та собирается уйти. – Кто из пропавших туристов останавливался у вас?

– Последняя пара. – Женщина не смотрела на них, а медленно подняла взгляд на горы. – Полиция не сделала никаких заявлений. Это вам лучше у них спросить. Отделение карабинеров[35] находится в центре, в муниципальном здании.

– Еще раз спасибо.

Эва молча прошла по коридору в поисках двери номер семь. Остановилась, вставила ключ и вошла. У Якуба был шестой номер, напротив Эвы. Апартаменты с зоной кухни и деревянным балконом выглядели аккуратно и как-то по-домашнему уютно.

В штанах завибрировал мобильный. Отец прислал сообщение.

«Якуб, как вы и где? Ты сегодня приедешь домой?»

Душички! У него снова вылетело из головы. Якуб тут же позвонил отцу:

– Пап, привет.

– Здравствуй, Якуб. Все нормально?

– Мы в Италии, взяли новое дело. Я не смогу сегодня приехать. Прости.

– Ничего. – Якуб тщетно искал в тоне отца намек на обиду. Петр был спокоен. – Я скажу ей, что ты навестишь ее в другой день.

– Спасибо. Я позвоню или напишу тебе на днях.

– Буду ждать. Если сможешь, сходи сегодня на местное кладбище, сынок. Уважь мертвых.

– Схожу, – пообещал он и попрощался.

На мобильный пришло сообщение от Зденека:

«Якуб, сегодня вечером как обычно?»

В Душички они сидели на веранде его отца, говорили о родных, делились воспоминаниями. В первый раз он пригласил Зденека, потому что жалел, и только потом это превратилось в добрую традицию.

«Я в Италии, расследую новое дело. Приходи к моему старику. Он будет рад».

В мыслях Якуба промелькнул вопрос: а кому прямо сейчас звонит Эва? И есть ли у нее близкие друзья? Если и есть, то она о них не говорила.

Якуб принял душ и сменил одежду, но с сожалением констатировал, что трекинговой обуви у него с собой нет. Осенние ботинки со шнуровкой и рифленой подошвой, конечно, подходили лучше кроссовок, но их все же недостаточно для горной местности. Значит, движение по тропе и маршруту, где пропали жертвы, будет веселым и для него, и для Эвы.

«Мы на месте, – написал он Баалу. – Начинаем знакомиться с местными».

«Будьте настороже, – тут же пришел ответ. – Ладины не так просты, как кажется на первый взгляд».

В коридоре хлопнула дверь, и раздался стук. Якуб открыл.

– Ты собрался?

На Эве была непромокаемая желтая куртка, штаны и ботинки, похожие на его.