Безымянный: 2 сезон - Дин Кунц

Проходя мимо него по пути в кабинет, она щиплет его за щёку.

Он велит Бриджет удерживать все звонки и закрывает дверь.

Порция Поллак стоит у большого окна с роскошным видом на город, спиной к нему. Он встаёт рядом и смотрит на мегаполис, залитый снегом.

— Где моя дочь? — спрашивает женщина.

— Она заставила меня поверить, что мы друг для друга — тайна.

— Она мне всё рассказывает. Вчера вечером, после того как увидела вас, она не позвонила. Она всегда звонит. Не думайте, что сможете уболтать её остаться с вами. Она может быть по-дурацки романтичной, непрактичной, но так не будет. Разбираться вам придётся со мной, а не с ней. Что вы за мужчина — соблазнять невинную девочку: семнадцать ей было, когда вы впервые с ней переспали, годилась бы вам во внучки?

Так не говорит встревоженная мать. Магинти не играет в чужие игры; он заставляет играть в свои. Она хочет, чтобы ему было стыдно и страшно, чтобы он оправдывался. Как она глупа, думая, что он вообще чувствует необходимость оправдывать что бы то ни было из того, что делает.

— Что я за мужчина? Такой, перед которым Кассандра не устояла. Если тогда ей было семнадцать, то сейчас ей восемнадцать — уже взрослая. А что ты за мать такая, что сплетничаешь с дочерью о её любовниках?

Его дерзость её поражает. Она поворачивается к нему лицом.

— Значит, вы признаёте, что крутили с ней роман, когда она ещё была несовершеннолетней?

— Это никогда не было романом, Порция. Может, она и романтичная, но мне не до этого. Я попользовался ею какое-то время — и пользовал жёстко. Вот и всё. А теперь я отправил её делать аборт.

Эта женщина крепкая, не склонная к проявлениям чувств, но от его бессердечного ответа её лицо каменеет.

— Вы мерзкая свинья.

Он улыбается и качает головой.

— Не буду спорить с вашей оценкой. Очевидно, у вас богатый опыт общения с мерзкими свиньями.

Она пришла с видом уверенности — привыкшая получать желаемое, не способная представить себе иной выход из этой сцены, кроме того, который наметила. Она думала, что обвинение в соблазнении несовершеннолетней заставит его струсить. Его бесстрашный ответ, его презрение к ней и к Кассандре выбивают её из колеи. Если она рассчитывала выжать жирную выплату, то теперь она испугалась.

На этот раз — с подлинной тревогой — она говорит:

— Где моя дочь? Где Кассандра?

— Я же сказал. Я отправил её делать аборт. Уверен, вы знали, что она беременна. Более того, Порция, ты — грязь подзаборная, и я нисколько не сомневаюсь: вы это спланировали вместе — она соврала, будто сидит на таблетках.

Она снова становится той наглой мегерой, какой явилась сюда.

— Скажи, где она сейчас, ублюдок, или я пойду в полицию.

Он хватает её правую руку, прежде чем она успевает отступить, подносит к губам и целует.

— Милая дама, сейчас я дам вам лучший совет в вашей жизни. Завтра один человек предложит вам на тридцать процентов меньше, чем стоит ваша квартира. Продайте ему. Продайте дёшево и заберите те двести тридцать шесть тысяч долларов, что у вас в банке…

— Откуда вы можете знать, сколько?

— Как же мне не знать? Заберите деньги из банка, пока я не решил поручить умному хакеру украсть их для меня. С выручкой за квартиру у вас будет больше шестисот двадцати пяти тысяч долларов. Собирайте вещи как можно быстрее и уезжайте подальше от этого города — туда, где никто не знает, что у вас вообще была дочь, где вам никогда не придётся объяснять её отсутствие, если вдруг она решит к вам не возвращаться. Вы достаточно хороши собой, чтобы вытянуть из какого-нибудь несчастного сукина сына всё, что у него есть. Вы устроитесь. Мир опасен, Порция. Столько преступности. Каждый год столько невинных людей попадает под бандитские перестрелки — и так мало убийств раскрывают. Найдите место поспокойнее, живите там, погорюйте, если нужно, — а потом продолжайте жить.

Её глаза наполняются непролитыми слезами — возможно, больше из жалости к себе, чем к Кассандре. Она дрожит; её страх ничем не прикрыт.

Когда он отпускает её руку, она сжимает кулак и прижимает к груди.

— Что…?

— Вытрите слёзы сейчас, — советует он. — Уходя, вы должны выглядеть так, как утверждали, когда ворвались сюда: родственница по браку, старая знакомая, зашедшая поболтать.

Она пытается снова:

— Что… что вы такое?

— А ты что такое, Порция? Что такое любой из нас? Мы — существа бесконечных желаний и потребностей, движимые жадностью, похотью и любовью к власти. Большинство из вас живёт той или иной ложью. Разница между мной и вами в том, что я знаю, что я такое, и мне не нужно притворяться самому перед собой, будто я — что-то другое, хотя притворяться перед вами всеми я умею мастерски.

9

Хотя Безымянный получил подробный, записанный на носитель инструктаж по заданию, он не подготовил его к жутковатому величию городского подземелья — героически спроектированного, мастерски построенного и, вплоть до недавних десятилетий, разумно совершенствовавшегося, чтобы отвечать нуждам растущего населения. Огромные ливневые коллекторы, столь же странные, как космические червоточины, прорывающие пространство-время к другим вселенным, — питаемые бесчисленными меньшими притоками; железнодорожные и автотранспортные туннели, идущие параллельно или над ними, полные периодического шума и грохота; поднятые настилы в стенах коллекторов, к которым выходят стальные двери с таинственными символами; узкие боковые проходы, ведущие к лестницам — вверх и вниз, неизвестно куда, — многое в этой затейливой подземной архитектуре старо, словно декорации викторианского романа, но каким-то образом одновременно футуристично, глубоко загадочно, несмотря на свою утилитарную природу.

В луче Tac Light Джимми ведёт Безымянного в этот лабиринт человеческой изобретательности и индустрии. Место это настолько призрачное, что шаг за шагом им кажется, будто они идут не только к столкновению со Злом, но и к какому-то откровению, которое изменит их навсегда.

— Многие главные коллекторы, те, что модернизировали за последние шестьдесят лет, заканчиваются большими приёмными бассейнами, над которыми перекинуты пешеходные мостки, — тихо говорит Фримен; эхо его голоса шепчет вдоль изогнутых серых стен. — Когда мусор оседает, у бассейнов есть водосбросы, которые отправляют воду в реку. Но есть несколько — старых, вроде этого, — которые