Проклятие куклы в пионерском галстуке - Елена Булганова

К десяти вечера, когда была дана команда «Отбой», Рита хотела только одного – немедленно уехать домой. Ведь отговаривали ее родители от этой затеи, предлагали лучше поехать на юг, отдохнуть перед новым, уже третьим годом в институте. Так нет же, потянуло ее на подвиги, захотелось испытать себя и свои педагогические способности! А теперь и думать было страшно, что впереди еще больше двадцати таких же бесконечных вязких суматошных дней.

Хотя и этот-то еще не вполне закончен – какой ребенок послушно уснет в первую ночь в лагере? Она слышала визг и хохот из комнаты девочек и дробный топот над головой – там была спальня мальчишек. Но случилось чудо: грубоватая, деятельная Анна вмиг разогнала ребят по кроватям. Сунувшейся помогать Рите она прямым текстом велела не путаться под ногами.

Осипова вернулась в их комнатушку, села на кровать и даже поплакала немного, закинув голову, чтобы слезы не пролились и не оставили на щеках предательские розовые потеки. Кукла смотрела на нее с подоконника, безмятежно улыбаясь и словно радуясь, что не подвержена людским радостям и горестям.

Чтобы не быть совсем уж бесполезной, Рита заправила обе постели, вытерла пыль и смахнула с подоконника огромное количество дохлых мух, желтых сосновых иголок и шариков тополиного пуха. В половине одиннадцатого появилась Рейновна, застала Риту за работой и ухмыльнулась:

– Спасибо, конечно, только зря ты мою постель трогала. У меня бельишко-то свое, местная прачечная не вызывает доверия.

Рита до боли сжала челюсти. Анна словно почувствовала исходящее от девушки отчаяние и досаду и сбавила тон.

– Ты это… Марго… слышь, не обижайся, что я много шумлю и командую. Натура у меня такая, ее в штаны не спрячешь. А потом, наша главная задача как пионервожатых какова?

– Ну-у-у…

Рита набрала в грудь побольше воздуха, припоминая прочитанные методички, но Анна Рейновна опередила ее, ответила сама:

– Измотать пионеров так, чтобы после отбоя они спали мертвым сном и не мешали своим вожатым культурно отдыхать.

– Не уверена…

– А ты уж поверь. Парень у тебя есть?

Рита помотала головой. Рейновна высоко вздернула колючие рыжие брови.

– О, вот это удивительно! Ты же красотулечка у нас. Ну, так даже лучше, для лагеря-то. Можешь целых три недели спокойно расслабляться и крутить романы. В этой смене есть пара симпатичных парней среди персонала, только нужно подсуетиться, пока всех не разобрали. Короче, надевай купальник и платье – и пошли. Планерка сегодня уже была, так что наступает наше время.

– Куда?! – опешила Осипова.

– Здрасте вам! Да сейчас самое интересное начинается – знакомство, костерок, то, се… С собой возьми средство от комаров и кружку, ну а если привезла что нужное – тоже бери.

– Что нужное?

Девушка в панике прокручивала в голове список того, что следовало взять в лагерь. Анна подмигнула ей ярким рыжим глазом и вытянула со дна чемодана что-то продолговатое, замотанное, кажется, в старую наволочку. Покачала сверток у груди, как младенца, тот в ответ выразительно булькнул.

– Я такое не брала.

Рита даже головой мелко-мелко затрясла в подтверждение своих слов.

– Да ты у нас совсем монашка, – вроде как пригорюнилась Рейновна и вздохнула могучей грудью. – Ну ничего, к концу смены мы из тебя человека-то сделаем, к общему знаменателю приведем. Так будешь собираться?

Рита больше жизни возжелала в этот момент, чтобы конец смены был прямо сегодня. Она ответила почти с вызовом:

– Нет. Я очень устала, прямо сейчас лягу спать.

– Ну и ладно, – не стала настаивать Анна, видно вспомнив про лимит на симпатичных парней. – Нужно спервеца глянуть, что за народ соберется. Многих я, конечно, знаю, третью смену тут пашу, но все равно. Я даже младенчика сейчас брать не стану – нечего с наскока ценный продукт переводить. – Она отправила спеленатую бутылку под стоящую углом подушку. – Если хорошо все пойдет, то забегу позднее за ней и за тобой, не отвертишься. А пока даже хорошо, что остаешься, – вдруг этим неученым оглоедам какая дурь в голову влетит?

Рита решила, что даже не пошевелится, если Анна посреди ночи объявится в комнате. А та, топая, прошагала к двери – и была такова. Вскоре раздался ее грозный рык, и хлопнула дверь в комнату девочек. И наконец впервые за день установилась ласкающая уши тишина.

Оставшись одна, девушка закончила разбор вещей и расстелила постель. Перекинула через плечо полотенце, собираясь сходить в умывальню, но напоследок решила все же проверить обе комнаты.

Она поднялась наверх к мальчикам, с предельной осторожностью заглянула в дверную щель. Белые ночи уже давно закончились, но все равно не требовалось включать свет, чтобы убедиться, что все действительно крепко спят. «Зайчики», – умилилась от такого подарка судьбы Рита. Если бы она взяла на себя труд пройтись по комнате и проверить каждую постель, то очень скоро обнаружила бы под одной из простыней тщательно свернутое шерстяное одеяло с подушкой вместо головы. Но неопытная вожатая побоялась нарушить сонную благодать и даже от дверей до лестницы пятилась на цыпочках.

Сквозь хлипкую дверь спальни девочек и так было слышно, что там все спокойно, заглядывать к ним Рита поначалу не собиралась. Но зашла в их с Анной комнатушку и хлопнула себя ладонью по лбу. Кукла же! Аккуратно сняв с подоконника мягкую игрушку, Рита провела по ней ладонью, оправляя платьице, пальцами расправила банты на косичках и кончики алого галстука. Еще раз подивилась искусности того, кто сшил такую красоту, а после на цыпочках отправилась вместе с ней в палату девочек.

Там было тихо, сонно и немного душно, потому что все окна оказались закрыты. В дальнем углу кто-то звучно похрапывал, и это удивило Риту. Между двумя кроватями она прошла к окну, посадила куклу на подоконник, придала ей безмятежную позу сидящей девочки. Свет фонаря сочился сквозь тонкие занавески, и справа от себя Рита разглядела лицо спящей на спине Тони Зароновой, которая так отчаянно искала что-то в сумке. Если куклу, то, проснувшись поутру, она удивится и обрадуется, обнаружив пропажу прямо над головой.

В следующий миг Рита нахмурилась, заметив, что на носу Тони поблескивают забытые очки, осторожно стянула их, положила на тумбочку. Сделала мысленную пометку, что за такой рассеянной девочкой потребуется глаз да глаз. Вот и подушку она зачем-то положила себе перед сном на ухо или на лицо, и сейчас та почти сползла в проход. Рита достала ее и попыталась подсунуть девочке под голову, но Тоня сердито замычала, и вожатая отступила. Возможно, Зароновой нравилось спать совсем без подушки, что ж, ее право.

Что-то пушистое мазнуло по ноге, и девушка едва не вскрикнула от неожиданности. Потом она заметила толстую косу с растрепавшимся кончиком, свисающую в проход, и несколько мгновений