Проклятие куклы в пионерском галстуке - Елена Булганова

После этого Осипова со всеми предосторожностями покинула палату, оставив на всякий случай дверь приоткрытой на пол-ладони. Вдруг кто-нибудь из девочек перепугается со сна в незнакомой обстановке, расплачется – Рита услышит, сон у нее чуткий.

Наконец можно было укладываться самой, но теперь по непонятной причине Осипова даже оттягивала этот благодатный момент. Она тщательно вымылась в умывальне, в комнате у окна долго расчесывала волосы, вспоминая при этом свои собственные косы, конечно не такие шикарные, как у Терезии Руденко. Они уже давно превратились в аккуратное каре по плечи, а чаще всего она просто собирала волосы в куцый хвостик на затылке.

Наконец Рита легла и блаженно вытянулась на попахивающей сыростью простыне. Окно оставила открытым, потому что хотелось наслаждаться этим воздухом, сладковатым, еловым. Но уже через десять минут пришлось накрыть голову подушкой, чтобы не слышать противного писка над ухом. Горячая тяжесть подушки да цвирканье цикад – вот последнее, что Рита уловила, прежде чем провалиться в сон.

Ее разбудил звук, странный, сдавленный, как если бы пытался звать на помощь человек с заткнутым ртом. И одновременно Рита слышала глухие удары, словно били кулаками по мягкому. А следом за этими звуками раздались многоголосый ор, шлепки голых ног по полу и скрежет сдвигаемых коек. Рита вскочила и с неистово колотящимся сердцем бросилась через холл в комнату девочек.

Там уже горел свет. В проходе Рита едва не наступила на куклу в школьном платье, почему-то валяющуюся на полу. Почти все девочки сгрудились вокруг кровати Тони и галдели хором. Только несколько человек сидели с перепуганными лицами в своих кроватях, приподнимаясь на руках и вытягивая шеи, силясь понять происходящее. Рита растолкала толпу с криками:

– Что случилось? Пропустите, дайте мне посмотреть! Тоня, Тонечка, с тобой все хорошо?

Полноватая Тоня сидела на матрасе, сильно подавшись вперед и обеими руками держась за горло. Она дышала через рот тяжело, с хрипами, круглое мягкое лицо ее налилось кровью, в выпученных водянисто-голубеньких глазах плескался ужас. Подушка валялась в проходе, кто-то из толпящихся уже наступил на нее ногой, но в ажиотаже происходящего не замечал этого. В изголовье кровати пристроилась боком Терезия, она гладила Тоню по спине и плечам и шептала что-то ободряющее в самое ухо.

– Девочки, да что у вас тут произошло?! – воззвала Рита, поняв, что Заронова еще нескоро сможет отвечать на вопросы.

Загалдели все разом, каждая спешила рассказать вожатой, как она ужасно испугалась, когда проснулась от странных звуков, и даже сейчас не понимает, что это было. Но тут на первый план выступила высокая девочка с серьезным длинным лицом и подняла руку, как на уроке. Рита знала, что ее зовут Вера Ковалева и что она, судя по всему, ребенок разумный и обстоятельный.

– Говори, Вера, – велела она.

Ковалева тут же приступила к рассказу:

– Я проснулась, потому что Тоня сильно захрипела и стала бить ногами по матрасу. Но я и не поняла сначала, кто так хрипит и бьется. Вон моя кровать, у самой двери. Я очень испугалась, спрыгнула на пол и включила свет. Тогда я увидела, что у Тони Зароновой на лице подушка, но она уже не шевелилась к тому моменту, просто лежала на спине. А на груди у Тони сидела большая кукла и как будто душила ее руками. Вот так. – И Вера выставила перед собой тощие руки с разведенными и скрюченными пальцами.

– Что?! – вскрикнула Рита, громко заахали перепуганные девочки.

– Да-да, так и было. Я подбежала, отшвырнула куклу, а подушку сбросила в проход. Тоня была как будто мертвая, я жутко испугалась и завизжала. Девчонки все проснулись и тоже стали визжать. Но потом Тоня вдруг села и стала кашлять. Может, я зря закричала?

Вера испуганно поглядела на вожатую, уже готовая просить прощения, если ошиблась в своих действиях. Рита поспешила утешить ее:

– Нет, Верочка, ты абсолютно правильно все сделала, ты молодец. Девочки, кто-то еще видел то же самое, что видела Вера?

Девочки мотали головами – они проснулись уже от визга Ковалевой. И тут сама Тоня натужно проскрипела сорванным от кашля голосом:

– Я не могла дышать. Проснулась, а на горло что-то так давит ужасно, и на лицо тоже. Мне кажется, я даже умерла на время. А когда ожила, рядом уже были Вера и Терезия.

– Ты не умерла, – заверила ее Рита.

Она вернулась в проход, подняла куклу, повертела ее в руках, прикидывая, не могла ли та случайно свалиться с подоконника и очутиться на груди у Тони. Отметила где-то на периферии сознания, что поза куклы изменилась: теперь она как будто сильно подалась вперед, легла телом на собственные ноги и вытянула вперед руки. И действительно, как и изображала Ковалева, малюсенькие пальцы разведены в стороны и загнуты к ладоням уж очень хищно. Девочки смотрели на куклу с интересом, только Вера поспешила отвернуться и зябко поежилась.

– А чья вообще эта кукла? – спросила Рита громко, подняв игрушку над головой, чтобы разглядели оставшиеся в кроватях.

Тишина, качание голов, пожимание плечами.

– Тоня, она не твоя разве?

Девочка вскинула на миг мутные от пережитого испуга глаза, слабо мотнула головой и снова начала растирать грудь и шею.

– Но ты вчера искала что-то в своих вещах – разве не ее?

– Нет, я думала, что галстук дома забыла, – прошелестела Тоня и глянула на Риту с явной обидой – она едва не умерла, а глупая вожатка про какую-то куклу спрашивает.

– Неважно, – спохватилась Рита и бросила куклу на ближайшую кровать. – Скажи, мне нужно позвать к тебе медсестру? Тебе все еще трудно дышать?

Пауза. Заронова обдумывала вопрос и изучала руками шею и лицо.

– Нет, мне кажется, я теперь уже нормально дышу. Только нос почему-то болит, будто по нему ударили, но меня не били, это точно.

Рита склонилась над ней, осмотрела нос, даже потрогала его двумя пальцами, хотя ничего в этом не понимала. Лицо девочки выглядело распаренным, ярко-розовым, но под глазами и в уголках рта залегла синева.

– А у тебя нет проблем с носом – ну, знаешь, полипы, к примеру? Они иногда мешают дышать, могут вызвать удушье.

Рита обстоятельно готовилась быть пионервожатой, даже справочник по детским болезням проштудировала на всякий случай.

– Мне их удалили давным-давно, я даже не помню когда, – еще сильнее обиделась, надула губы Тоня, кажется собираясь заплакать.

– Ну и отлично, что удалили. Так, девочки, быстро по постелям, накрываемся одеялами и готовимся спать дальше! Уже все в порядке, волноваться не о чем.

Разошлись нехотя, нога за ногу. Рита подняла подушку, отряхнула ее и вернула на место. Тоня с легким