Королева Лета, умри - Любовь Минеева

сидевшего рядом парня, и все, казалось, говорят одновременно. Так что Леньке оставалось только наблюдать – а это он любил. Быть тайным наблюдателем не только интересно, но и очень полезно – многое можно узнать, не задавая вопросов. Он видел, что Япрынцева не особо охотно участвовала в диалоге с Бероевым, равнодушно озиралась по сторонам и чуть ли не зевала. Все же интересно, почему она его динамит? Трудно признать, но эти двое подходят друг другу как соль и перец: блондинка, звезда школы, и качок, капитан баскетбольной команды. Эталонная пара, прямо как из американской молодежной комедии.

Степа начал строить планы на завтра, Ленька отвлекся от созерцания сладкой парочки, стараясь отвечать что-то подходящее случаю, хотя на самом деле плевать ему было на завтрашний праздник. Если все сложится как надо, они с Майей в это время будут уже в Арслане, за чертой прошлой жизни.

Внезапные крики на той стороне круга заставили всех примолкнуть. Кто-то вырубил музыку в тачке, кто – не ясно, потому что Дима стоял тут. Стоял и орал на Таню с перекошенным от гнева лицом.

– Ну и вали, овца! Шлюха тупая!

– Ты че, ваще оборзел? – тут же вступилась Нелька, а Таня покраснела как помидор и что-то прошипела, но Ленька не расслышал, что именно.

Димка замахнулся, и все разом вскрикнули. Но удара не последовало – в последний момент Бероев взял себя в руки.

– Дура ты, поняла? – Он выдавил из себя усмешку. – Такие обычно плохо кончают.

И ушел, расталкивая вскочивших ребят, к машине. В этот момент Ленька увидел Вику, Димкину сестренку, одноклассницу Майи. Она стояла у тачки и испуганно хлопала глазами. Секунду спустя машина умчалась, увозя Бероевых-младших в сторону деревни.

После недолгой паузы вновь затренькала гитара и захихикали девчонки. Таня пыталась делать вид, что ничего не произошло, зато Нелька заливалась за двоих, понося Бероева, но не слишком старательно.

Майя шепнула:

– Ну что, идем?

Они ушли, ни с кем не попрощавшись. Впрочем, их ухода все равно никто не заметил, только мрачные тени прибрежного леса долго вздыхали вслед.

Глава 4

Разобравшись с воспоминаниями и ничего в них не найдя, Леня сгонял на велике к парочке бывших Майкиных одноклассниц, с которыми она общалась чуть ближе, чем с остальными, узнать, может, она с ними выходила на связь. Регину, с которой Майя сидела за одной партой, он дома не застал, зато вторая, Аленка, сама так и засыпала его вопросами, мол, почему это он ищет Майю, если ближе Леньки у нее никого не было? Поняв, что вести расспросы таким топорным методом – плохая затея, он поспешил ретироваться.

Вернувшись домой, Ленька наконец застал мать. Она возилась на кухне, с порога он слышал громыхание посуды и за двадцать лет своего существования научился по этим звукам различать материно настроение. Сейчас, судя по легкому дребезжанию, она была в умеренной степени взвинченности.

– Леня? – окликнула она, услышав его возню у двери.

– Да.

Он прошел в маленькую кухню, теперь, в летний сезон, заставленную банками свежеприготовленного варенья, ведрами с еще не переработанными ягодами, подносами с порезанной мятой и матрешкой, выставленными на просушку, и всякого рода тарой, где вечно что-то перебиралось, остывало, отмокало и засахаривалось. Живности они не держали, матери этого удовольствия и на работе хватало, а вот огород – самое милое дело. Засажено все от забора до забора, куда ни ступи – обязательно попадешь в грядку. Вот они уже где у Леньки, эти грядки.

Мать – Лидия Николаевна – полненькая, невысокого роста, в домашнем платье и с вечно перекинутым через плечо кухонным полотенцем, хлопотала у плиты.

– Дядя Миша тебя не встретил? Или ты уже оттуда?

Дядя Миша – юмаковский участковый. Нутро вдруг неприятно заныло, хотя он понимал, что старлей, скорее всего, просто опрашивает всех, кого видели ночью рядом с Таней. Всю толпу, что плясала вчера в клубе, в общем-то.

– Нет. Он заходил?

– Ага. Беда-то какая, ужас. Вроде тихо у нас, но раз в пятилетку обязательно – как гром среди ясного неба – что-нибудь да отчебучат! И надо же подумать – в самой школе! Камеры-то у них не работают, оказывается, а директриса на них деньги с родителей собирала!

«Как удобно», – подумал вдруг Ленька. Вот он, например, не знал про неработающие камеры. А кто мог? Димка Бероев, чей отец – главный местный меценат, постоянно жаловал школе немалые суммы? Степка, чья мать в этой школе – директорская секретарша?

– Чего молчишь? Чай будешь?

– Я завтракал.

– Надеюсь, тебя там рядом не было, с этой девушкой?

– Эта девушка – Таня Япрынцева, моя бывшая одноклассница, мам. Так говоришь, как о посторонней.

– Знаю я, что там за одноклассница.

В голосе он уловил нотки презрения, что для его добродушной, хоть и любившей поворчать маман было не свойственно.

– Видимо, правду болтали, раз так кончила.

– Ты о чем?

– Как будто и сам не знаешь. Похождения эти ее… королевские.

Ленька напряженно размышлял, пытаясь понять, к чему она клонит. Сплетней, связанных с Япрынцевой, ходило, конечно, немало: кого она отшила, с кем флиртовала, куда ходила… Но ничего такого, чтобы согласно кивать головой, мол, да-да, именно к такому концу все и шло, он припомнить не мог. После окончания школы она тоже поступила в колледж в том же Биишево, соседнем большом селе. Только не в Ленькин, а в педагогический. Там их пути совсем не пересекались. Может, она там что-то натворила?

Разговор прервал вернувшийся дядя Миша. В форме, с папочкой – все как положено, он обошел всю Ленькину улицу и снова заглянул к ним на обратной дороге. Разговор вышел коротким.

– Видел Таню после дискотеки?

– Нет, я не остался до конца.

– А где был?

– Дома. Ушел из клуба в одиннадцать.

Мать и бровью не повела. Значит, ее самой еще не было. Отлично, этой версии и будем держаться.

– Может, заметил что интересное? Подозрительное?

Бероева, рыдающего у забора. Танин кулон в Степкиной куртке.

– Нет.

Проводив гостя, Ленька ушел в комнату, лег на кровать и достал телефон, снова и снова обновляя Майину страницу в соцсети. Ничего не изменилось. Последний раз была вчера, 21 июня, в 15:41. И дурацкая фотка с праздника. На страничке Тани – куча фотографий в образе Королевы лета, целая фотосессия. Под постом – уже сто пятьдесят комментариев. Стенания об утрате, соболезнования родным, кто-то открыл сбор материальной помощи… Ничего интересного, никаких коварных замечаний в духе «так тебе и надо» или еще чего-то в