Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков

— Да, я заезжал, хотел тебя проведать, — ответил Дмитрий. — Думал, что успею перехватить тебя до занятий, но не судьба.

У Вити засосало под ложечкой. Он чувствовал запах Омеги в школе как раз в то время, когда там был его крестный… Нет, невозможно! Дмитрий ведь такой замечательный человек. Витя гордился, по-настоящему гордился своим крестным. А теперь все его нутро было готово съежиться от холода, сидя рядом с ним.

И ведь самое ужасное, что те воспоминания, которые передал ему Омега, они в принципе, совпадали. Его крестный уезжал за границу летом, осенью у него были проблемы с девушкой, он сам помнил, как он жаловался на это его отцу, в октябре уезжал к матери…

— Ты чего? — спросил Дмитрий, заметив Витин ошалелый взгляд. — Ладно, не буду я больше к тебе в школу без предварительного звонка приезжать, так и быть.

— Да я не… — промямлил Витя.

Все же это не укладывалось у Вити в голове. Это могло быть всего лишь совпадением. Витя очень надеялся, что это просто всего лишь совпадение…

— Так, а с каким районом матч-то? — спросил Дмитрий, в надежде перевести неудобную тему.

— С Косицино, — взял себя в руки Витя. Он едва заметно принюхался — никаких похожих запахов. Это вселяло небольшую надежду.

— Странно, конечно, проводить, пускай даже и дружеский, но футбольный матч зимой, — вслух подумал Дмитрий. — Логичнее было там, хоккей, не знаю.

— У Владимира Петровича свои странности, да, вроде, никто и не возражает особо, — справедливости ради отметил Витя.

— Эх, вспоминаю, как мы с Костей выступали за университетскую команду, — Дмитрий хоть и внимательно следил за дорогой, но Витя все же заметил, как его зрачки чуть мечтательно закатились. — Мы были с ним отличной связкой. Как раз-таки из-за моих достижений на поле физрук за меня и вступился тогда. Кто же еще будет кафедре медали приносить, как не Соколов с Ефремовым?

— Папа мне, кстати, об этом никогда не говорил, — ответил Витя. — Хотя… Нет, вру. Давненько что-то такое упоминал.

— Я не удивлен, что он об этом не любит распространяться — его под конец учебы из команды выперли, — хмыкнул Дмитрий.

— За что? — живо откликнулся Сережа. И пусть Вите тоже было интересно, но он сейчас все еще находился в слегка шоковом состоянии.

— Матч был какой-то важный, а он исчез, так внятно и не объяснив, куда он испарился, — ответил Дмитрий. — Даже мне не сказал.

— Мальчишки, — шепнула Вика Свете. — Не могут жить без футбола.

— И не говори, — вздохнула она.

— Я все слышу, между прочим, — отреагировал Витя.

— А я и не пыталась что-то утаивать, — показала Вика ему язык.

— Ладно, еще пару вопросов крестнику и больше не будем, — пообещал Дмитрий. — Ты сам-то готов?

Витя все еще пристально смотрел на крестного, хоть и не так, как в первые секунды. Он искал любую деталь, любую мелочь, контур лица, чтобы его оправдать.

— Витя, кажется, сам не знает, — хихикнул Сережа.

Юноша почувствовал почему-то раздражение. Если бы его друг сейчас мог бы проникнуть в его голову, то уже наверняка не так бы улыбался.

— Знаю я все, наверное, — двусмысленно заявил Витя. — Думаю, что готов.

— Порви их всех там, дружище, — подмигнул Дмитрий.

— Ой, не стоит, — ироничный комментарий Светы сейчас был немного не в тему

— Почему? — удивился Дмитрий. — Как раз-таки на поле бывает полезно выпустить внутреннего зверя. Уж я-то знаю.

Витю слегка тряхануло. Ситуация была уже максимально дискомфортной. И ведь никто даже не догадывается. Витя сейчас представил, как его крестный вместо вокзала отвозит их всех куда-то в глушь, а затем резко превращается. Витя ничего не успевает сделать. И на этом все заканчивается. Как удобно — все, кто ему дорог в одном месте…

«Нет, стоп, прекрати! — осадил он себя. — Дядя Дима, он ведь… хороший. Да, так оно и есть. Всему должно быть логичное объяснение. Нельзя поддаваться панике!»

Но сделать это было куда сложнее. Витя всю оставшуюся поездку сидел как на иголках. При виде городского вокзала и крепкого осознания того факта, что крестный все же не собирается их отвозить куда-то там, юноша немного успокоился. Он уже делал несколько раз скоропостижные выводы о личности Омеги. И оба раза ошибался. И он молился, чтобы ошибался и сейчас.

— Так, ну, приехали, — оповестил всех Дмитрий, когда они припарковались недалеко от вокзала. — Я уж с вами не пойду, тут посижу. Кстати, хотите, потом в Макдональдс заедем?

— С удовольствием! — горячо отозвалась Света.

— Поддерживаю одноклассницу, — кивнул Сережа. — Ох, блин, устал сидеть уже. Надо размяться.

Витя не очень-то разделял всеобщего восторга. Ему хотелось задать крестному один вопрос. Лично. Поэтому он намеренно подольше копошился, пока друзья вылезали из «Хонды».

— Дядя Дим, а можно кое-что спросить? — осторожно начал он, дождавшись, пока все отойдут.

— Конечно, дружище, — улыбнулся тот.

— А Вы летом где отдыхали? Просто я тоже думаю в следующем году куда-нибудь выбраться, если денежка будет позволять, вот, думаю.

— В Париже я был, Вить, — руки у юноши при этом задрожали. — Правда, мне не очень понравилось. Вот в Римини, это в Италии, как ты понимаешь, — совсем другое дело. Можешь туда слетать. Да и вообще Италия красивая страна.

— Я Вас понял, — приглушенно ответил Витя. — Спасибо, учту.

Опустошенный Витя, пиная снег, поплелся в сторону вокзала. Все это было как гром среди ясного неба. Хотелось кричать и биться головой об стену. Неужели его крестный действительно Омега?

— Друг, ты чего? — подозрительно покосился на него Сережа. — На тебе лица нет.

— А? — Витя мог сейчас отреагировать только так. Взглянул на крестного. Тот радостно помахал ему из-за стекла. — Не, ничего. Все в порядке. У вас же у всех паспорта при себе?

— Ну а как же? — задала резонный вопрос Вика.

— Чудно, — сглотнул он. — Ладно, пошли.

Все это было неправильно, иррационально. Витя не мог поверить, что человек, которым он восхищался — жестокий убийца. Дядя Дима просто не мог творить все те зверства, которые совершал Омега. Просто не мог…

Раньше Витя готов был хвататься за любую улику. А теперь он искренне хотел все забыть. Он знал, что будет оправдывать для себя крестного до последнего, пока не будет совсем уж неразрушимых доказательств. Но что он будет делать потом? Как его отец на это отреагирует, если это все правда? Как Макс на это отреагирует? Сможет ли он позволить ему убить его?

Еще днем Вите казалось, что его мир рухнул. Но сейчас он осознал — его мир рухнул в данную секунду.

Макс с позднего вечера был за