Прилив - Кодзи Судзуки

была бесполезным делом. Днём он жил в пещере на берегу острова Идзуосима, а вечером летал на Фудзи, не показывая никакого раскаяния. Чиновники решили: «Что ж, давайте убьем его». На этот раз двор отправил воинов, но перед могущественной силой Эн-но Оздуна мечи и луки оказались бесполезными, и они могли только спасаться бегством. Двор, глубоко опасаясь его сверхъестественных способностей и понимая, что не является его соперником, простил преступление Эн-но Оздуны и вызвал его обратно в Киото.

Из различных источников можно составить простую временную шкалу: Эн-но Оздуна родился в 634 году, в 699 году был сослан на остров Идзуосима, а в 701 году вернулся в Киото. Что касается бога горы Кацураги, который предал Эн-но Оздуну, сообщив о нём двору, то Эн-но Оздуна наложил на него заклятие и превратил в черную змею, сбросив в долину горы Кацураги. После завершения мести он устал от интриг и политических игр, охвативших Японию, взял на руки свою мать, а сам сел на соломенный коврик — циновку, и вместе с ней взлетел в воздух, направляясь на материк. Говорят, что он превратился в бессмертного и вознесся на небеса, но нет никаких записей о его смерти. Год рождения известен точно, но не год смерти.

Независимо от того, к какому источнику обращаться, события жизни Эн-но Оздуны в основном описываются одинаково. Таким образом, он был сверхчеловеком, или, скорее, самым древним обладателем сверхспособностей в исторических записях.

При изучении древней японской истории Кашивада часто погружался в невероятные ощущения.

До шестых-седьмых веков у Японии не было письменных исторических записей, а до этого период был в полной темноте, что заставляет задуматься о том, что на дне темного океана существовали какие-то формы жизни, отличные от человеческих, властвовавшие там. Это удивительный мир, где боги демонстрировали свои чудеса, отделенный от реальности. За сто-двести лет между пятым и шестыми-седьмыми веками тот эфирный мир постепенно трансформировался в образ, практически идентичный современному миру. Возможно, именно слова преобразовали фантазию в реальность. Так предполагал Кашивада.

С этой точки зрения Эн-но Оздуна, вероятно, был последним выжившим представителем мира фантазий. Люди, живущие в реальном мире, инстинктивно боялись его появления.

Этот принцип напоминал личный опыт Кашивады, поэтому он испытывал к Эн-но Оздуне непреходящий интерес.

«Сроднились, потому что страдаем от одного и того же... Вот почему меня так притягивает?»

Прозвучал сигнал судовой сирены, что обозначало, что лайнер скоро должен войти в порт Мотомати.

Кашивада вернулся в каюту второго класса, сложил одеяло, приготовил багаж и приготовился к высадке.

[1] Куроси́о (яп. 黒潮, «тёмное течение»,«чёрное течение»); иногда Японское течение — тёплое течение у южных и восточных берегов Японии в Тихом океане.

[2] Сюгэндо (яп. 修験道 сюгэндо:, «Путь тренировок и испытаний») — японское синкретическое учение, соединяющее в себе древние японские практики поклонения горам каннаби cинко (яп. 神奈備信仰 каннаби синко:), шаманизм, анимизм, аскетизм, оммёдо, мистический даосизм, а также тантрические буддийские заклинания.

[3] «Сёку нихонги» - продолжение летописи Японии — японский исторический трактат, повествующий о 95-летнем периоде японской истории, начиная с правления императора Момму (правил в 697—707 годах), и заканчивая правлением императора Камму (781—806).

[4] Самый ранний сборник народных сказок в Японии «Записи о стране Японии и о чудесах дивных воздаяния прижизненного за добрые и злые дела», который был написан монахом Кёкай из храма Якуси-дзи в префектуре Нара.

[5] Государь Момму — правил в 697 — 707 гг. Управлял Поднебесной — метафорическое обозначение древней Японии, заимствованное из Китая.

[6] Хитокото-нуси-но-микото — синтоистское божество. Его имя может быть переведено как «хозяин слов». В противоборстве буддийского святого и местного божества персонифицированно отражено сопротивление, которое оказывал синтоизм чужеземной религии.

[7] В 1-й луне 1-го года эры Великого Сокровища, в год быка — 701 г. В Японии того времени хронология исчислялась по эрам (девизам) правления, выбираемым государями, исходя из «счастливых» сочетаний иероглифов и общей направленности правления, а также согласно 60-летнему циклу. Оба принципа летосчисления были заимствованы из Китая.

[8] Период Муромати, Муромати-дзидай (яп. 室町時代 муромати дзидай, 1336 — 1573) — период в истории Японии, на протяжении которого ставка сёгуна находилась в Муромати близ Киото.

[9] Горная система в южной части префектуры Нара, Япония.

[10] Территория вокруг южной части префектуры Вакаяма и южной части префектуры Миэ в Японии.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ПЕЩЕРА ОТШЕЛЬНИКА Глава 2

Спустившись по трапу на причал, Кашивада увидел мужчину в оранжевой ветровке, держащего пластиковую табличку с надписью «Аренда автомобилей X X».

По телефону ему сказали: «…Там будет человек в оранжевой ветровке с табличкой «Аренда автомобилей Х Х», поздоровайтесь с ним!».

Сцена полностью соответствовала тому, что ему описали при бронировании.

Кашивада поздоровался и назвал свое имя. Мужчина указал на парковку и сказал: «Машина уже подготовлена. Пожалуйста, пройдите процедуру оформления документов». Рядом с ним стояла женщина в таком же костюме, одной рукой держащая пачку документов.

После выполнения необходимых формальностей Кашивада сразу же отправился в путь на арендованной машине. Время было около 6:30, солнце медленно поднималось. Несмотря на сильное вибрирование двигателя лайнера, всю ночь он провел в легкой дремоте, поэтому чувствовал себя свежим и бодрым.

На островном шоссе лучше всего путешествовать одному на небольшом автомобиле. Когда Кашивада проехал через деревню Сэнсуй[1], после двух сосен дорога вдруг внезапно окрасилась в серые оттенки. По обе стороны густо росли камелии, поэтому это место называлось «Тоннель камелий». Даже лучи утреннего солнца не попадали в это странное место.

Стояло ранее лето, цветов ещё не было. Если бы Кашивада приехал сюда в феврале или марте, ветви были бы густо усыпаны красными цветками. Он видел фотографию цветущих камелий, когда листал путеводитель по достопримечательностям острова Идзуосима.

Цветы выглядели чрезвычайно яркими, насыщенными, их красота была такой интенсивной, что казалось, будто даже сок, текущий внутри ствола, тоже должен быть красным. В растениях обычно течет прозрачный сок, но эта ослепительная красота создавала ощущение, будто он вот-вот выступит наружу ярким красным пятном.

На коже Кашивады не было никаких красных пятен, но в его теле должна течь ярко-красная кровь. С момента прибытия в этот мир он никогда не видел, какая кровь течет в его организме, поскольку никогда не получал ранений и не сталкивался с кровопролитием. В те редкие ночи, когда он долго не спал, наблюдая за своим лицом в зеркале, тончайшие кровеносные сосуды на склере глаз, похожие на паутинку, доказывали, что в нем действительно течет красная кровь.

«Интересно, были бы у меня красные слёзы,