Смерть тебя помнит - Юлия Макс

– Какой приказ? – продолжил Роули, не обращая внимания на священнослужителя.

– Приказ? – Девочка загоготала, как сумасшедшая. – У тех, кто вырвался, всегда один приказ – ни в чем себе не отказывать.

– Ты не слышал о девушке, которую нужно убить?

Гаст ощерился и клацнул зубами, что на лице ребенка выглядело весьма жутко.

– О, это вроде как уже поручили князьям и рыцарям. Ты же видишь, я не вхожу в их число, король.

– Мне нужны подробности. Все, что знаешь или слышал.

– А вы мне что?

– Отпущу, – чуть помедлив, протянул Аластер.

– Ходят слухи, что она последняя из святых, поэтому ее надо или убить, или искусить. Но, как видите, все пробуют первое.

– Последняя из святых? Что это значит? – прошипел Фауст, встав рядом с Роули.

– Я передал, что слышал! Правда или нет – выясняйте сами. А теперь отпустите!

Роули с презрением посмотрел в черные глаза и отошел от кровати. Епископ осенил девочку крестом и, встав у нее в ногах, начал читать заклинание экзорцизма. Священник поддержал его, вплетая в ритуал свой голос. Демон задергался, зашипел, а потом отшвырнул пожилого мужчину, но Фауст не дал ему упасть, нечеловечески быстрым движением подхватив под руку.

– Хорошо быть по ту сторону клетки, Роули? – выкрикнул Гаст тонким девичьим голоском. – Вы должны помочь мне, мы одной природы!

– Вот именно, – ехидно оскалился Аластер. – Считай, я тебе помогаю, избавляя от Ада.

Епископ снова попытался начать, но его вдруг стошнило прямо на рясу. Демон засмеялся. Фауст достал телефон и включил запись на мобильном, одержимая тут же завизжала, выкрикивая проклятия.

Запись транслировала то же самое заклинание экзорцизма, но некоторые слова были заменены и усилены именами Бога и ангелов.

Роули ощутил головокружение и тошноту. Нет, его нельзя было изгнать – ведь физическое тело оставалось истинным с начала истории, но заклинание все равно ощутимо било болью по нервам.

Девочка задергалась, затрещали по швам ремни, стягивающие руки и ноги. Мгновение. И вот уже ее правая рука высвободилась. Фауст, достав маленькую склянку с прозрачной жидкостью, щедро плеснул ту себе в ладонь. Дохнуло святым елеем. Потом Фауст навалился на одержимую, придавив руку, которую не сдерживал ремень. Дэниэль потянулся ко лбу девочки и стал чертить крест, а за ним – знаки подчинения, как если бы привязывал демона к себе.

Девочка затихла, но Фауст продолжал читать молитву, как и служители церкви. Она распахнула черные глаза и затряслась. Кровать взмыла в воздух вместе с Фаустом на ней. Он снова нарисовал на лбу дочери президента крест и прошептал:

– Я отпускаю тебе грехи.

Серый густой дым вырвался из горла девочки и растворился в воздухе, кровать с грохотом упала на пол.

А девочка…

Девочка перестала дышать.

Глава 6

Rarior corvo albo est.

Более редкий, чем белая ворона.

«Пражский трдельник»

«Дорогие читатели, по неподтвержденной информации, над дочерью президента провели обряд экзорцизма. Однако наша редакция считает это не более чем слухами, поскольку господин президент и его супруга в это время находились в Катаре. Учитывая, как сильно президент печется о благополучии дочери, он, безусловно, ни за что не оставил бы ее в такой ситуации.

К другим новостям.

В замке Гоуска произошел обвал горной породы в центре замкового двора. По предварительной оценке геологов из Карлова университета, образовавшаяся пропасть уходит вглубь на десятки метров. Посещение замка и экскурсии приостановлены на неопределенный срок. Из разлома доносится запах серы, что указывает на скопление сероводорода под землей. На ум сразу приходит знаменитая легенда о вратах в Ад, которые якобы находились именно в этом месте. Согласно старым преданиям, замок Гоуска был построен с бойницами, направленными внутрь, чтобы сдержать и не выпустить то, что может появиться из разлома.

Все же будем надеяться, что это просто легенды и вскоре замок вновь откроют для посещений.

Ваш Эл Вода».

Лилит[15]

После разговора с Роули Лилит еще долго мерила шагами каменный пол адской крепости. Длинные рыжие локоны, спускающиеся почти до бедер, она заплетала в нетугую косу и откидывала назад, но спустя мгновение волосы снова освобождались из плена, рассыпаясь по плечам и спине, такие же строптивые, как и она сама. Демоническую форму Лилит принимала, лишь когда выходила из крепости в город, предпочитая при Грегоре все же оставаться в человеческом обличье.

События «Дахштайна» еще ярко горели у нее в мыслях, ведь казалось, что это было буквально вчера. Ее отказ служить Дьяволу, закрытие врат под отелем, добровольная передача сил и жизни, чтобы спокойно умереть и в посмертии стать свободной.

Она вспомнила, как пару дней назад открыла глаза в спальне дома Фауста. Растерянная, не понимающая, что произошло и как там очутилась.

– Лилит! – Надрывный шепот коснулся ее щеки, и она резко дернулась в сторону, а уж после посмотрела на того, кто это произнес.

Дэниэль Фауст. Мальчишка возмужал и повзрослел. Хмурые складки протянулись от носа к губам, будто он совершенно разучился улыбаться. Глаза стали холоднее, лишь непослушные кудри все так же обрамляли лицо, давая понять, что прежний Дэн никуда не делся.

Интересно, это небытие так играло с сознанием или она попала в Ад, и Фер Люций предает ее своим любимым пыткам?

– Ты настоящий? – хрипло спросила она, и он тут же кивнул, а затем протянул ей стакан с водой. – Где Грегор?

На это Дэниэль скорбно поморщился, и еще до его ответа Лилит поняла, что не увидит Ниотинского в мире живых. Подождав, пока она допьет, Фауст заговорил. И чем больше он рассказывал, тем сильнее злилась демоница.

– Грегор. Я хочу его увидеть, – тоном, не терпящим возражений, потребовала Лилит.

– Мы не можем его вызвать, он не стал демоном.

– Тогда пройдем через лазейку Аластера!

Она помнила, что ушлый демон сделок использовал щель, которая осталась после закрытия врат в Гоуске. Отпиралась эта щель между мирами его личным гримуаром.

Лилит откинула одеяло и, покачиваясь, встала. Оглядела помещение: спальня дома Фауста претерпела ремонт, но вид из-за тонкой занавеси она бы не спутала ни с