Еще более больные ублюдки - Мэтт Шоу

Я посмотрел вверх на ее бледное лицо. Ее голова все еще была повернута набок, глаза все еще закатились.

- Вставай, - сказал я ей.

Она не пошевелилась.

- Мать, вставай! Хватит дурачиться! Oчнись!

Она не пошевелилась.

Я громко закричал в надежде, что она вдруг моргнет и посмотрит на меня, может, даже улыбнется и скажет, что любит меня, как тогда, когда мы были в квартире и пили горячий чай.

- Пожалуйста, Мать, хватит глупить. Oчнись. Ты меня пугаешь...

Я не хотел, чтобы она была мертва. Я действовал поспешно. Я был глуп. Я хотел, чтобы она была со мной. Я хотел уйти из этого дома вместе с ней. Я хотел, чтобы мы вернулись к нашей прежней жизни вместе. Только мы вдвоем. Мы избавились от Отца. Мы избавились от Сестры. Теперь только мы вдвоем... Мать и я. Я покачал головой. Что я делаю? Она не моя мама. Она не была моей мамой. Женщина здесь и женщина в моей квартире - когда бы это ни было - они не один и тот же человек. Они не одни и те же. Они разные. Одна настоящая - та, в квартире. Эта шлюха... Эта пизда... Она самозванка. Она заслужила смерть. Так же, как Сестра заслужила смерть, и Отец тоже... где бы он ни был... Он тоже заслуживает смерти. Я снова покачал головой. Нет. Они не заслуживают смерти. Они не заслуживали смерти. Никто из нас не заслуживал этого. Мы заслуживали жить своей жизнью - не здесь, а там, в реальном мире... До этого ебаного эксперимента... Ничего этого не должно было случиться.

Я снова закричал.

Голова болела. Стучало. Боль такая, будто она вот-вот взорвется мозгом и осколками черепа. Я не могу это делать. Мне нужно выбраться отсюда. Мне нужно уйти от всего этого. Мне нужно...

Мне нужно умереть. Так же, как Сестре нужно было умереть, так же, как Матери нужно было умереть - и Отцу. Я должен покончить с собой... Я должен...

Нет.

Я не могу.

Я уже был здесь раньше. Я не могу это сделать.

Мне нужно домой. Мне нужна моя мама. Даже мой папа. Они мне оба нужны. Они смогут помочь мне пережить это. Они смогут помочь мне двигаться дальше. Они смогут помочь мне забыть ужасные вещи, которые меня заставили сделать во имя науки... Нет...

Мне нужно...

Мне нужна еда...

Да, еда. Мне нужно поесть. Голод сводит с ума. Нужно что-нибудь съесть. Филе-стейк. Ням-ням-ням. Взгляд вернулся к телу Матери. Уже не секс-игрушка, уже не человек... Теперь просто кусок мяса. Филе-стейк. С кровью. Именно так, как я люблю. Нужно поесть. Нужно утолить этот голод...

Я бросился вперед, открыл рот и вонзил зубы в ее мясистое бедро. Я крепко сомкнул челюсти и оторвал огромный кусок плоти. Вкус. О, Боже, этот вкус. Как же я по нему скучал. Филе-стейк. Вот что это такое. Я жевал изо всех сил. Приходилось. Единственный способ измельчить его на мелкие кусочки. Нужно жевать сильно. Филе-стейк.

Когда он стал достаточно маленьким, я проглотил его. Желудок сразу начал урчать. Несомненно, это были урчания благодарности. На котенке было не так много мяса, и это было последнее, что я заставил себя проглотить.

Я наклонился и откусил еще кусок от ее бедра и еще кусок от ноги. Пока я жевал и глотал, я сразу начал чувствовать себя лучше по поводу того, что происходит. Не по поводу того, что я вообще оказался в этой ситуации - ничто не заставит меня хорошо себя чувствовать из-за этого - а скорее по поводу того, куда двигаться дальше. Я теперь знал, что мне нужно домой. Мне нужно вернуться туда, где живет мама. Мне нужна ее помощь.

Глоток.

Кусок.

Жевание.

Вытереть рот тыльной стороной ладони.

Мать всегда умела сделать так, чтобы все казалось лучше. Когда у меня была проблема, я знал, что могу прийти к ней, и мы поговорим, пока я не почувствую себя лучше и не получу четкое представление в голове, как лучше всего решить вопрос, пока он не будет решен на сто процентов. Она сможет помочь мне пережить это. Я знаю, что сможет.

Глоток.

Рвотный позыв.

Кусок.

Жевание.

Пауза.

Мне просто нужно добраться туда, где она живет. Или где я когда-то жил. Нет. Подожди. Нельзя возвращаться туда. Даже если я смогу выбраться из этой адской дыры - даже если я смогу вернуться туда, где я когда-то жил - они будут искать меня там; те ублюдки, которые устроили это место. Как я постоянно говорю, они не захотят, чтобы я был там, в реальном мире. Они видели, кем я стал. Они знают, кто я: каннибал, убийца, демон. Они захотят держать меня в клетке всю жизнь или даже усыпить, как бешеное животное. Они не могут рисковать, что я буду там снаружи и причинять вред людям или рассказывать свою историю. Подожди. Они будут знать и про моих родителей тоже. Я, должно быть, рассказывал им про маму и папу. Я, должно быть, что-то им говорил. Они спрашивали данные ближайших родственников в форме? Я уверен, что спрашивали. Не на сто процентов уверен. Я не могу быть на сто процентов уверен. Но... Не помню последний раз, когда заполнял форму, где не спрашивали такие данные. Они будут искать меня и там... Они придут и найдут меня, и найдут маму. Может, даже папу. Они найдут нас и пристрелят всех выстрелом в затылок. Правда ли? То есть, действительно ли они это сделают? Или я просто насмотрелся слишком много фильмов? Я был безработным. Это я помню. Я что, тратил дни напролет, смотря фильмы? Поэтому у меня такое активное воображение?

Я выплюнул филе-стейк и заорал от разочарования.

Голова - сплошной бардак.

Все - сплошной бардак.

Мне просто нужно домой. Мне нужно быть с моей мамой.

Мне нужна ее помощь.

ДО...

Для чего она здесь

Я смотрел с верхней ступеньки лестницы, как она уходит из моей жизни. Я хотел окликнуть ее, конечно, хотел, но она очень ясно дала понять, что больше не хочет быть со мной. Мать стояла у входной двери; на лице сочувствующее выражение. Не только ко мне, но и к моей девушке (моей бывшей девушке) тоже. Расставания никогда не бывают приятными, и трудно возложить всю вину исключительно на одного человека.