Молох Мори - Мираниса Мираниса

– Боже милостивый! Напугала! Следишь за мной, что ли?

– Нет, представь себе, некоторые люди работают.

– Я тоже работаю, – обиженно отозвалась Эдалин и скрестила руки на груди. – Нужно забрать пошлину за землю.

– А я-то думала, самолично ты только шлюх обираешь, – усмехнулась Района. – Не знала, что аббаты тоже платят. Впрочем, денег у него наверняка немерено.

– Не нашла его в церкви. Может, он здесь?

– Сходи да узнай.

– Неловко как-то.

О'Лири без слов скомандовала, кивнув головой в сторону хибары. Эдалин что-то пробубнила себе под нос, должно быть, обидное. Вдохнув – но не выдохнув, – она направилась в сторону домишки, а довольная Района, скрестив руки на груди, осталась ждать зрелища. Когда ещё поймаешь смущённую Уолш? Та же, в свою очередь, медленно спустилась с холма, обогнула кусты у дороги и скрылась за деревьями.

Было тихо. Даже стук в дверь не доносился. Района невольно склонила голову, вслушиваясь в пустоту. Ничего. Только ветер.

– Трусиха, – фыркнула О'Лири.

Торговка развернулась и медленно зашагала в сторону магазина, но услышала топот. Кто-то спешно ворошил песок у настоятельского палисадника и со всех ног мчался к Районе. Обернувшись, она увидела взлохмаченные белесые волосы Эдалин. Лицо её раскраснелось, когда та схватила продавщицу за рукав и потащила прочь от дома. О'Лири, не раздумывая, побежала следом. Запыхавшаяся Уолш бросила через плечо:

– Бежим! – голос её доносился куцыми звуками из-за порывистого дыхания. – Там голый мужик!

– Стой! – Района выдернула руку и остановилась. Следом замерла и Эдалин. – От-от него?

– Ты что же это? Там голый настоятель что-то делает на заднем дворе! Уйдём подальше, пока не попались.

Но слова Уолш уже исчезли где-то в летающих на тропе пылинках, потому как О'Лири их не слышала. Она заговорщически осклабилась. Глаза заблестели истинным злом. Эдалин разочарованно уронила руки вдоль тела.

– Я так и знала, что ты шлюха.

– Весь остров меня ею клеймит, пусть хоть будет за что, – ответила Района и развернулась. – Ты многодетная мать, а потому не веди себя, как дура.

– Ты ведь не пойдёшь к нему? – с тревогой спросила Уолш.

– Может, наконец раскроются секреты этого священничка. А ты ступай, если хочешь.

Довольная О'Лири пригнулась и с трудом доковыляла до кустов. Любопытство жалобно сосало где-то в районе утробы. Голым мужчиной Району было не напугать, но разве перед двумя девицами не открылась возможность выудить секрет-другой про преподобного? Сквозь кусты с трудом проглядывался задний двор приходского жилища. Был он не менее крошечным и захудалым, чем сам покосившийся сарай, что морийцы любезно предоставили священнику, которого столь отчаянно ждали. Сбоку шелохнулись кусты, и О'Лири едва не подскочила с места. К ней на карачках приближалась Эдалин.

– Ты вроде как уходить собралась, – прошептала Района и цокнула языком.

– Я просто пришла проследить, чтобы ты не натворила глупостей.

– А тебе до них дело есть? Видел бы тебя Йорик.

– Мы будем гореть в аду! – прошипела Уолш, прижимая к груди купюрный кулёк, полученный от торговки с часу назад.

– Зато будет что там рассказать.

Алистер Фланаган в то морозное утро, поласкавшись у лохани, даже подумать не мог, что сумел-таки помирить двух женщин, ещё утром желавших друг другу смерти. Пусть и на весьма короткое время. Теперь же сплетницы терпеливо осели в купине, лишь изредка толкаясь локтями и щурясь.

– Ничего не видно, – проворчала Района. – Может, поближе подойти?

– Он заметит. Да и видно всё прекрасно, – кокетливо ответила Эдалин. – Отлично сложен.

Бледная фигура впереди возилась у бадейки в одних штанах. Сбоку отличалась стопка дров и прочий хлам. Ничего толкового не удавалось разглядеть, отчего Району кольнула досада.

– Ничего не вижу! – обиженно бросила О'Лири. – Неужели и впрямь ничего нет?

– Говорю, неплохо сложен. Широкая спина.

– Спина…

Района затаила дыхание, стоило пастырю развернуться правым боком. Поначалу на рёбрах мелькнул всего маленький тёмный кусочек. Но по мере того, как настоятель разворачивался нужной стороной, пятно росло, превращаясь во внушительный шрам на рёбрах. Был он до того огромным, что с лёгкостью бросался в глаза даже с расстояния наблюдающих. Лукавая улыбка О'Лири медленно сползла вниз. Она с тревогой разглядывала изуродованную кожу, гадая, какая напасть могла оставить такой след. Но и это было не всё. Когда Фланаган принялся полоскать руки в лоханке, Районе бросилось в глаза ещё одно пятно, только теперь на предплечье пастыря. Чернота расплывалась на руке неясным очертанием, пока лавочница не обнаружила в ней рисунок. Она ошеломлённо прошептала:

– Ты видишь?

– Татуировку или шрам? – по-прежнему с кокетством заметила Эдалин.

– С каких пор священники возымели наколки? И откуда этот шрам?

– Перестань, Района, – будто заприметив беспокойство О'Лири, разочарованно бросила Уолш. – Может, он не сразу пришёл к Богу. А там мало ли чем занимался?

– Вот именно, – огрызнулась торговка. – Откуда нам знать, что он вообще священник? Потому что в рясе ходит? Может, этот тип – преступник? Или…

Пугающие мысли заполонили разум Районы. Варианты безумным легионом забредали в голову, один хуже другого. Кем являлся Алистер Фланаган? И носил ли он в действительности это имя?

– Сейчас с наколками ходят или арестанты, или эсэсовцы, – прошептала лавочница и в ужасе прикрыла рот рукой. – Бог ты мой!

– Района, прекрати немедленно! – прошипела Уолш. – У него наша речь, диалект другой просто. Уж немца бы мы узнали.

– Вот бы разглядеть, что наколото на руке.

– Это может быть что угодно! Я ухожу.

Эдалин фыркнула и, оттолкнувшись ладонями о землю, исчезла в зарослях. О'Лири продолжила наблюдать, как полоскался настоятель. Шрам неестественно растягивался на коже, когда Алистер задирал руки, а затем срастался вновь. Как и татуировка меняла свои формы на бугрящихся мышцах руки, превращаясь на глазах Районы во что-то всё более ужасающее.

Вдали море озарила молния, но нога у морийки и не думала болеть. Не в такое уж время точно. Ветер усиливался. Он трепал кусты и гонял волны по пыльным тропам, отчего сворачивался песок. Лицо О'Лири исказила зловещая улыбка. Плотно сжатые губы её растянулись, ведь продавщица пусть и не получила ответы на все вопросы, но возымела слабое подтверждение своих худших опасений. Разумеется, доводы Эдалин ей показались чуждыми. Ну, кроме той, про немцев.

– Района! Района, это