ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I - Дин Констаповски

— Да?.. Хорошо. Поняла.

Детектив повесил рацию обратно, подъезжая к последнему перекрёстку перед полицейским управлением. Красный свет. Мягко затормозил. Рядом с окном водительского места как раз стоял информационный стенд. Один из тех многих, что рассыпаны по Эктабону.

Он заметил нечто странное на одном из плакатов. На том, что колыхался от ветра.

Приоткрыл окно.

На плакате была информация, гласящая: «Внимание! Эктабон готовится к фестивалю в честь предстоящего хэллоуина! «Армия Теней»! 30 октября 1980 года. Сценарий выступления по реальным событиям из истории нашего города!»

А заглавным изображением была фигура в тёмном плаще.

Гловер дёрнулся от резкого сигнала автомобиля, стоявшего позади. Не обратил внимание на загоревшийся зелёный свет.

— Чёрт… — он резко нажал газ и внедорожник с глухим рёвом проехал перекрёсток. — Армия теней, хых… — нервно усмехнулся Гловер, заворачивая в правый съезд на парковку управления, голубая крыша которого стала серой от стены дождя.

* * *

«11:30»

«Полицейское управление Эктабона»

Чейз Гловер проходил по коридору, прямиком к комнатам допроса, ощущая, как каждая капля дождя стекает по его лицу с тёмных волос. Чувствуя, как тёмная куртка стала тяжела, как бронежилет. Вокруг ничего не имело значения, пока он не разберётся в своём рассудке. Он точно был уверен, что видел незнакомку в той уборной. Видел чётко. Запомнил каждую деталь. Измученный взгляд голубых глаз. Кровь и её носа. Белые волосы и… Плащ. То одеяние, что было очень похожим на тот плакат извещающий о фестивале.

Перед ним, на повороте, в холодном свете коридора и шуме гудящих ламп появилась она — Клара. Рыжеволосая любовница и в то же время верная помощница. На ней по прежнему юбка-карандаш и белая рубашка с галстуком-платком — в иной момент он бы завёл её в гардеробную или в архив и стянул всё это. Было не впервой. Но вожделению не было места. Мысли были заняты другим.

Клара посмотрела на него озадаченно. Он проскользнул взглядом по её туго заплетённой причёске.

— Всё хорошо? Ты словно призрака увидел.

— Ага, почти… Мигель Энтроус в допросной? — безэмоционально ответил Гловер, глядя в заворот направо прямо на дверь, куда шёл.

— Д-да. Джо Олдри я опросила и отправила в камеру. Что-то о дневниках и рукописях Энтроуса говорил. Ты знаешь о чём он?

Детектив помедлил несколько секунд с ответом, затем ровно выдал приказ:

— Загляни в склад-улик. Кажется, я понял, что он имел ввиду. Мигель держал бумаги в руках.

— Хорошо. Я принесу… в кабинет, да? — уточнила она, передав ключи.

— Лучше прямиком в допросную. Возьми из моего стола ещё поляроидные снимки и верхнюю тетрадь, которая светлая.

— Хорошо.

Гловер кивнул и попробовал улыбнуться ей, а после, ушёл в допросную.

* * *

Скрежет ключа в замке и скрип петель раздались, прежде чем взгляд детектива упал на опечаленного отца. Гловер помнил, что Мигель ревнивый парень. Но именно в этот момент, знал наверняка, что важно в этот день — 21 сентября — было только лишь одно. Разобраться со всем этим и найти подростков.

Серая и тесная комната. Решётка на стене, сбоку от стола, за который детектив сел молчаливо, оглядев лицо задержанного.

— Мигель. Давай сразу к делу? Вы убили того мужчину в кафе Фредди Миллса?

Тот молча посмотрел на него, явив свои глаза с полопавшимися капиллярами и синяками от недосыпа.

Детектив почти верил в то, что эти отцы, даже в своём отчаянии, никого не убивали. К тому же появился ещё один труп. Но было ли это связанно, неизвестно.

— Ладно, с этим разберёмся позже. Давай о другом. Вас с Джо взяли не так давно. При тебе были какие-то рукописи и дневник, верно? Они как-то связаны с Фредериком Миллсом или пропажей ваших детей?

— Этот лес… — попытался начать Мигель.

— Продолжай.

— Я думаю, все те байки городские правда. В лесу что-то есть.

— Например?

— Будет легче, если я покажу это в дневнике, что был при мне.

— Его скоро принесут.

— Мигель, ты ведь в школе работаешь? Историком?

— Угум. Пока холл к чертям не взорвали, — ответил он, поправив рукава ещё сырой белой рубахи.

— Хм… Тот случай действительно странный. Но не суть, — Гловер поддержал негодование допрашиваемого. — Так что ты…

В незапертую допросную вошла Клара с прозрачной папкой-конвертом с бумагами, тем старинным дневником и тетрадью Миллса. Положила на стол всё то, что принесла.

— Снимки в тетради. Я пошла, сэр?

— Да. Далеко не отходи, будет поручение.

Она кивнула ему и вышла в коридор.

— Позволите, детектив? — кивнул Мигель на дневник.

— Валяй, — ответил последний, облокотившись на спинку стула в ожидании, следя за каждым действием с бумагами.

Отчаянный отец спешно раскрыл нужную страницу и пододвинул дневник к Гловеру, сказав:

— Вы должны сами прочесть. Я думаю, что уже схожу с ума.

Запах старой бумаги ударил в нос.

— Хорошо, — протянул тот и вгляделся в текст. Читая всё ниже и ниже, он наконец понял то, что хотел показать ему Мигель. — Диктофон? Тысяча девятьсот восьмидесятый? — вчитываясь в текст, Гловер, попутно с тем, открыл тетрадь, на страницах которого были записаны имена подростков и зарисовки спирали. Он пододвинул её к Мигелю. — Ознакомься. Фредди Миллс сейчас как главный подозреваемый.

— Детектив? Кажется, я знаю, что это за спирали. Боже, это безумие…

Рация на поясе детектива зашипела и издала писк. Он снял её, не спуская озадаченного взгляда с Мигеля.

— Детектив Гловер, — прозвучал беспокойный голос сержанта Дуэйна.

— Да, сэр? — поднёс тот рацию ко рту.

— У нашего мертвеца, второго за день, были обнаружены тот же некроз кожи. И… кое-что ещё странное. Я заеду к тебе вечером, будь дома.

Голос сержанта показался более чем встревоженным и не на шутку пропитанным скепсисом…

ГЛАВА 20 | Шаг первый

«21 сентября 1980 года»

«Воскресенье»

«11:00»

«Гостиница»

За несколько минут до появления детектива.

Эрик и Фэйрис упали на пол в уборной номера. В глазах зарябило. Хлопок. Парень ударился о мраморную раковину головой. Но в руках всё ещё держал шкатулку-граммофон.

— Э-Эрик? — осторожно подошла к нему девушка. — Вы как?

— Что произошло?.. — спросил он, оглядываясь и пробуя встать с пола.

— Мы… кажется, мы переместились.

— Куда? Мы ведь всё ещё там же, в номере.

Она подала ему руку, дабы тот встал на ноги.

У Эрика в руках всё ещё крепкой хваткой была сжата шкатулка.

— Когда… — тихо промолвила она, держась за карман тряпичного одеяния из далёких времён, где держала конверт, данный ей Сирой, которая наказала ей вскрыть его только в определённом случае: «Тогда, когда выхода не будет».