За гранью безумия. - Александр Науменко

— Угу, знаем мы такие кирпичи, а тем более неудачные падения.

Марк злобно окинул меня взглядом, стискивая кулаки. Желваки двигались в нервном напряжении.

— Ты ведь не хочешь неприятностей? — наконец процедил он.

— Короче, если ты сейчас не повезёшь свою жену в больницу, я позвоню в полицию.

Мне уже надоело трепаться с этим недоумком. Да и мало ли что, вдруг с Олесей действительно не всё в порядке.

— И да, — добавил я, как бы вспоминая. — Я поеду с вами, в вашей машине. Это так, на всякий случай.

Лицо Марка потемнело, а верхняя губа приподнялась, открывая крупные зубы. Он окинул вновь меня тяжёлым взглядом, а следом и жену.

— Ладно, может ты и прав.

Мне не верилось до конца, что эти слова проговорил этот заносчивый верзила. Тем не менее, всё было именно так. Возможно до него дошло, что ситуация может оказаться серьёзной. Ну, к примеру, если у Олеси внутренние повреждения.

— Вот и отлично, — выдохнул я облегчённо.

Мои мышцы расслабились, а взгляд опустился к Олесе, и как раз в этот момент со стороны прилетел огромный кулак, впиваясь костяшками мне в висок. Этот сукин сын, проклятый Марк, решил все-таки действовать по-своему. Он нанёс удар неожиданно, когда я его не ждал. Подло, конечно, но ничего нельзя поделать.

сильная боль пронзила мою голову, взорвавшись тысячью атомных бомб, а тело отбросило в сторону. Я попытался взмахнуть руками, или все-таки это сделал, но равновесия не удержал. В ушах появился шум, а тело покрылось холодным потом. Перед глазами всё поплыло, начиная меркнуть. Я вдруг почувствовал, что мне на всё наплевать. Пускай этот мир катится в ад, а Марк чешет лесом со своей женой. После этих чувств наступило беспамятство.

* * *

Очнулся я от дикой головной боли. В висках стучали молоты, горло пересохло, а вращать глазами было не слишком приятно. Шум в ушах исчез, а обморочное состояние осталось где-то позади.

— Сукин сын, — прошептали мои пересохшие губы.

Вверху находился потолок, а меня слегка покачивало. Похоже, моё тело лежало на заднем сиденье автомобиля.

— Проснулся, значит, — послышался знакомый голос.

Это был Марк, который сидел за рулём своего внедорожника.

«Блин, век бы тебя не слышать».

— Скажи спасибо, что я тебя не бросил там.

«Как же, жди».

Мои губы разлепились, чтобы ответить колкостью, но тут же сомкнулись от новой порции головной боли.

— Проклятый заправщик! — стукнул раскрытой ладонью по рулевому колесу Марк. — Если бы не он, то я тебя и не стал бы подбирать. Впрочем, я могу тебя бросить где-нибудь на дороге. Как ты на это смотришь?

— Да пошёл ты, — наконец ответил я.

— Ладно, — по-видимому, ухмыльнулся водитель. — Я тебя свезу в больницу. Если что-нибудь ляпнешь лишнее, то закопаю.

Я увидел рядом сидевшую Олесю. Супруга съёжилась на сиденье, держась рукой за живот. Лицо её стало прежним, безучастным.

— Как вы? — поинтересовался я.

— А ты чего, её муж, чтобы спрашивать? — встрял Марк.

Мне хотелось принять сидячее положение, а после врезать этому ублюдку по его наглой роже, но головная боль не дала этого сделать. Марк даже не раскаивался в содеянном. Впрочем, чего ещё можно ждать от такого засранца.

Внедорожник продолжал нестись дальше по гладкой дороге. Время от времени Марк сверялся с картой. Мужчина решил немного срезать путь, чтобы было быстрее, и поэтому двинулся сквозь лес. Но вскоре дорога из асфальтной превратилась в гравийную, а после и земляную. Марк бормотал себе под нос проклятия, которые в основном относились в мой адрес.

Головная боль слегка утихла, и я, наконец, смог принять сидячее положение. В руке дымилась сигарета, а пейзаж быстро мелькал, сменяясь всё новыми и новыми деревьями. Я бы с огромным удовольствием покинул эту дружелюбную компанию, но куда? Похоже, здесь автомобили не слишком часто ездили. Голосовать придётся долго, если вообще кто-нибудь здесь появится в ближайший миллион лет. А так, скорее всего, я бы шагал пешком, пока бы не устал.

— Сраная карта, — выругался Марк, сминая её в кулаке. — Ничего не понять.

— Может лучше вернуться обратно. Ну, на дорогу?

— Ты самая умная?

Он воззрился на жену со злостью.

— Что-то я раньше за тобой такого не замечал. А если все-таки считаешь, то давай, садись за руль, и вперёд, мать твою. Ну?

Олеся испуганно затрясла головой, опуская взор.

— Вот и угомонись, убогая.

Марк с раздражением вывернул руль, да так, что нас швырнуло в сторону. Он двинулся по другой дороге, которая пересекала ту, по которой ехал внедорожник. Она казалась более широкой, а главное, не такой заброшенной.

— Похоже, скоро куда-то приедем.

Марк слегка расслабился, и даже попытался включить магнитолу, но ни одна станция не ловила по какой-то непонятной причине. Лишь помехи лились из динамиков.

— Блин, что за глушь?

Минут через двадцать, или слегка больше, вновь появился асфальт, правда, не такой хороший, как раньше.

— Ну и куда ты нас завез, Сусанин?

В моём голосе слышались издевательские нотки.

— Ехал бы прямо по дороге, и не было никаких проблем. Сейчас бы подъезжали к Краснодару.

— Захлопнись.

Теперь я мог себе позволить зубоскалить, так как почти пришёл в себя. Марку вновь не одолеть меня тем способом, который получился у него раньше. В ответ он просто получит кулаком по морде.

— Я всё чаще думаю, не высадить ли тебя?

— А я всё чаще думаю, не позвонить ли в полицию?

— И что же ты им скажешь?

Марк взглянул на меня через зеркало заднего вида. Его глаза недобро сверкнули.

— Избиение жены.

— Ха-ха! Дурак, о каком избиении идёт речь?

Он слегка повернул голову, интересуясь у супруги:

— Я тебя хоть пальцем тронул?

Олеся отрицательно покачала головой.

— Не слышу тебя.

— Нет, Марк.

— Видишь! — победно усмехнулся он.

—