Кровавое месиво: Мерзкие истории - Торстен Шайб

Решительно распахивает дверь машины и переправляет бутылки на заднее сиденье. И в тот самый миг, когда он хочет усесться за руль, кто-то хлопает его по плечу.

- Эй, старик, ты че, не слышал, че я тебе сказал?

Ларс замирает. Потом оборачивается - и начинает смеяться. От "Mерседеса" доносятся подбадривающие выкрики - все в адрес того коротышки с губками как складки у Мишленовского человечка, пушком над губой, петушиным хохолком на башке и шмотками, без сомнения купленными на распродаже у ценников "все по 100". Дешевка чистой воды. Садовый гном, который строит из себя гангстера, но забыл снять свой хорошенький красный капюшон. Пятьдесят кило живого веса, включая товары по акции из "Kik" и "C&A".

Но хохолок оказывается зубастым. Внезапно он толкает Ларса назад, так что тот ударяется спиной о крышу машины.

- Старик, ты глухой, че ли? За кого ты вообще себя держишь, ебаный ты сукин сын?

За кого себя держит Ларс? Этому сидячему великану можно запросто показать. Он вцепляется пальцами в его сальные волосы и швыряет в сторону мойки. Раз, два, три. В итоге - скулящая жалкая кучка дерьма, которая сидит на бетонном полу и зажимает сломанный нос.

- Глянь, че ты со мной сделал! Ты, гнида конченая! Ты за это заплатишь! - голос хохолка выделывает сальто.

Звучит он как один из киношных бурундуков.

Ларс вообще не обращает на него внимания. Тем временем его дружки пришли в движение, но один взгляд Ларса дает им понять, что он сделает с ними то же самое. Даже больше. Четверка довольно деликатно отступает.

Ларс чувствует себя... как-то даже хорошо, когда снова выруливает на дорогу. Но он знает и то, что это чувство долго не продержится.

* * *

- Это, дружок, "Глок 19".

Хотя рядом нет ни друга, ни кого-либо, кроме Конрадта, он продолжает, словно его кто-то слушает:

- Хорошее, компактное оружие, - для наглядности он подбрасывает его два раза на несколько сантиметров. - Надежное. Не слишком тяжелое. 9 мм "Парабеллум". Экспансивные - разумеется. Тоже очень надежные, - oн передергивает затвор туда-обратно, после чего пистолет исчезает под его пальто. - Но это мы используем только в крайней необходимости. На сегодня... нам понадобится кое-что другое.

Кряхтя, он наклоняется вперед и открывает бардачок. Белый пластиковый пакет шуршит, когда он вытаскивает его.

- Так... а теперь гляди сюда, - первый предмет - маленькая бутылочка, наполненная прозрачной жидкостью. Никакой этикетки, ни малейшей зацепки. - Небось уже догадался, что это, а?

Под продолжающееся шуршание он кладет несколько прямоугольных ватных дисков рядом с бутылкой на пассажирское сиденье.

- Это лучшие! - объясняет он с поднятым указательным пальцем. - Лучше любого носового платка, лучше любой тряпки. К тому же экологичные и щадят ногти. И вообще, этими штуками можно даже плесень в ванной выводить. Да, у старого Конрадта еще можно кое-чему научиться!

Следующие предметы в объяснениях, в общем-то, не нуждаются, но Конрадт все равно объясняет. Это старый ковровый нож, классическая опасная бритва, два запасных магазина, кистень из кожи, сложенная телескопическая дубинка и кастет с заклепками. Сплошь мерзкое холодное оружие, которым он может натворить много бед и которое он уже много раз и с огромной радостью это делал.

- Больше всего я люблю кастет, - замечает Конрадт, убирая свои принадлежности. - Им можно запросто снести нижнюю челюсть, если правильно попасть. А про зубы я уже молчу...

Его охватывает приступ смеха. Хихикая, как маленькая школьница, которая впервые услышала по-настоящему грязный анекдот, он целых две минуты не может успокоиться. Слюна блестит на подбородке, моча пропитывает штаны. Он не замечает ни того, ни другого. Снова сосредоточившись на происходящем прямо перед ним.

Хотя еще не выходные, в "Даунтауне" снова аншлаг. Без остановки подходят новые посетители. В основном лет под двадцать. Молодые разодетые цыпочки со своими дружками, которые изображают крутых парней. И, к неудовольствию Конрадта, до сих пор все выходили парами.

Может, ночка выдастся долгой, - размышляет он. Хорошо, что не зима. Боже, как он ненавидит отмораживать яйца на холоде! И то еще повезло, что ему не приходится больше охотиться в Мангейме, после того как полипы[1]чуть не вышли на его след. Но Отец все равно был дико зол. Конрадт не может его за это винить. И потому он продолжает охоту в других местах: Гейдельберг, Вислох, Карлсруэ, Дармштадт, Майнц - ну и, конечно, Вайнхайм. Эта дыра ему симпатичнее всего. Все отлично просматривается.

Как раз когда он хочет последовать зову мочевого пузыря и выйти из машины, в его фокус попадает она: хрупкая, русая с клубничным отливом, дрожащая и... одинокая. Конрадт подается вперед и щурится. Яркие огни заведения будто выставляют ее ему на блюдечке. Всем своим телосложением она напоминает ему ту милую актрису.

- Из того одного фильма, ну ты помнишь... который мы смотрели в киношке в прошлом году... как он там назывался? А, неважно. В общем...

Он замолкает, когда замечает еще одну фигуру - парня, следующего за девушкой. Слегка пошатывающийся, но все еще достаточно решительный. Конрадт не слышит, что кричит парень, но этого хватает, чтобы девушка пустилась наутек - прямо в сторону остановки. Парень устремляется следом.

- Вот это может стать интересно, - бормочет Конрадт и запускает двигатель.

Вспыхивают фары. Серебристо-серый "БМВ" неторопливо отделяется от теней и начинает преследование.

* * *

- Ну и? Чего теперь? Я же просто хочу с тобой поговорить! Эй, да ладно тебе!

Просто поговорить, как же. Дженнифер прекрасно знает, что нужно этому самодовольному молокососу. Но она не хочет от него ничего. Она дала ему это понять еще в "Даунтауне" более чем недвусмысленно. Но Ханс-Петер (придурка и правда так зовут!) просто не желает униматься. Даже когда ей это надоело и она в панике выскочила из заведения, он поперся за ней. Рядом - ни души, кто мог бы помочь. Ни вышибалы, ни охраны. Отличный вечер.

Но и сама ты не без греха, - укоряет ее голосок в голове. - Тебе же приспичило идти тусить в одиночку - и вот, полюбуйся, до чего дошло.

- Эй, девочка!, - раздается за спиной. - Да хорош уже! Ну остановись же!

- Да отвали ты наконец! - кричит Дженнифер через плечо и прибавляет шагу.

То еще удовольствие в этих гребаных ботинках с высоким голенищем. Красивые -