Поклонники - Алёна Моденская

– Нет её, – сухо сказала женщина. – В больницу к дочке поехала.

– Тогда…

– Привет, тёть Валь. – Из подъезда вышла девочка-подросток без шапки.

– Погоди-ка, – позвала пожилая женщина, девочка обернулась. Тогда дама в платке кивнула на Новикова: – К тебе.

– Откуда… А, ладно. – Новиков припомнил слова отца о том, что каждая вторая на этой улице – ведьма. И почему-то совсем не удивился. – Я – следователь Фёдор Сергеевич Новиков. Занимаюсь делом о гибели Джессики Вислогузовой.

– А я тут причём? – спросила девочка, глядя в сторону.

– Вы – Лиза Зуева?

– Ну? – с вызовом спросила девочка, всё ещё глядя мимо Новикова.

– Мы можем поговорить где-нибудь…

– Нет, не можем, – резко сказала Лиза. – Здесь говорите. Что там у вас?

Новиков глянул на пожилую женщину, которая мало того что не уходила, так стояла совсем рядом и откровенно таращилась на него, даже не пытаясь делать вид, что ситуация её не касается.

– Ваш отец погиб… – Новиков кашлянул, так непривычно было стоять и обсуждать деликатное дело посреди улицы.

– Да, погиб. – Теперь Лиза смотрела прямо на Новикова, и у неё дрожали губы. – И его убила эта тварь Джессика. И ей за это ничего не было, потому что её папаша моей мамке денег навалил, и она, видите ли, отказалась от претензий.

– Они же были в разводе? – спросил Новиков, осматриваясь по сторонам. Ладно, что пожилая дама нагло подслушивала, но могли и ещё найтись любопытствующие.

– И что, что в разводе? – Лиза шмыгнула. – Она его выгнала из-за того, что он выпивал. Так он пил из-за неё, из-за её истерик бесконечных. Только и может, что орать.

– Лиза, – тихо произнесла тётя Валя, дёргая девочку за рукав. – Она же твоя мать.

– А он был мой отец! – выкрикнула Лиза, начиная плакать. – А эта тварь его убила! Да чтоб она сама сдохла!

– Так уже, – пробурчала пожилая мазычка, косо глядя на Новикова.

– Вот и хорошо, – всхлипнула Лиза, утирая варежкой нос. – Пусть горит в аду.

– Где вы были…

– Дома! – Лиза шумно высморкалась в салфетку. – Спросите кого хотите. Или камеры домофона посмотрите.

– Ясно, – выдохнул Новиков. Не спрашивать же плачущую девочку, откуда взялся отпечаток её погибшего отца на стекле виновницы его гибели.

– А вот и Нуя. – Тётя Валя кивнула за спину Новикова. Он обернулся и увидел женщину средних лет в сером пуховике, пробирающуюся в их сторону через сугробы. Она на миг подняла голову, увидела Новикова и застыла посреди тропинки.

– Добрый день, я следователь Новиков. Веду дело о гибели Джессики Вислогузовой.

– А-а, – протянула Нуя, подходя ближе. – Ясно.

– Вот вы бы лучше её делом занялись, – тихо проговорила Лиза. И уже громче спросила: – Ты хоть заявление-то написала?

– Толку-то, – отмахнулась Нуя.

– А что у вас случилось? – Новиков решил поддержать беседу, чтобы хоть немного сгладить углы и интонации.

Но Нуя только снова отмахнулась. Зато выступила Лиза:

– Местный отморозок поджёг её дочку. Облил ей голову жидкостью для розжига и пальнул зажигалкой. Урод.

Новиков тупо переводил взгляд с Лизы на Ную, а потом на пожилую женщину.

– Кстати, вон они. – Лиза подбородком указала куда-то за спину Новикова.

Он обернулся. Из машины вышла женщина в длинной шубе и парень-подросток.

– А здесь полиция, – громко пропела Лиза.

Женщина и парень замерли. Потом мамаша сориентировалась и закрыла сына собой.

– Что вы всё вынюхиваете? – грубо спросила мамаша. – Мой сын ни в чём не виноват!

– Как же, – злобно усмехнулась Лиза.

– А ты молчи, тварь ублюдочная! – гаркнула женщина в шубе и тут же была послана Лизой матом.

– Что?! – высунулся из-за матери сынок. – А ну, повтори, тварь!

– И повторю! – И Лиза снова выдала то же направление для путешествия дамы в шубе, да ещё присовокупила пару пожеланий на дорожку.

– Хватит, – резко сказала тётя Валя. И обратилась к мамаше: – А ты бы сынка-то проучила.

– Тебя не спросили, карга. А ты чего вылупилась, бомжара?! – Дама остановилась напортив Нуи. – Нарожала выродков, а нормальным детям с ними вошкаться.

Нуя бросилась было на мамашу, но между ними возникла согнутая тётя Валя.

– Довольно, – глубоким голосом произнесла пожилая мазычка. У Новикова от её тона колени стали мягкими. – Иди своей дорогой.

– Ага, сейчас! Так вот, – мамаша повернулась к Новикову, а из-за её спины нагло лыбился сынок. – Ничего у вас на моего сына нет! Эта девка сама виновата, она его спровоцировала! И тот бомж тоже! А кондукторшу вообще саму посадить надо, будет она ещё детям хамить! Имейте в виду – у меня везде связи – и в полиции, и в прокуратуре, и в судах! Ничего вы нам не сделаете!

– Ага, вы самоликвидируетесь, – тихо усмехнулась Лиза.

– Что?! Что ты там шипишь, тварь?! – наклонилась вбок дамочка, у которой лицо превратилось в размалёванный звериный оскал.

– Хватит! – крикнул Новиков, которого начали раздражать соседские дрязги. – Идите, с вами потом разберёмся.

– Разберётся он. – Мамаша повела сыночка вглубь двора, а тот на прощание плюнул в сторону соседок и Новикова и снова растянулся в мерзкой улыбке.

Новиков вдруг подумал, что если бы этот… мальчик что-то плохое сделал его Василисе, то Новиков бы с удовольствием пальнул в эту самодовольную рожу из дробовика. Потом разделал бы тушу болгаркой, аккуратно упаковал в пакеты и прикопал по разным пригородам. Башку зарыл бы где-нибудь здесь, на Божедомке. Желательно во дворе, куда и утопали мамаша с вырод… с сыночкой.

Господи, да что с ним творится.

– А ты на них работала, ага, – донёсся до Новикова голос Лизы. Он вернулся в реальность. Девочка тем временем высказывала Нуе претензии: – Она его убила, она! Сбила и уехала! А ты у них полы драишь!

– У меня пятеро детей, между прочим. Я за любую работу держусь. – Нуя провела рукой по усталому лицу.

– Почему он так с вашей дочкой? – спросил Новиков.

– Он