За гранью безумия. - Александр Науменко

— Вдвойне, с двойней, — хихикнуло существо.

— И теперь ты здесь, готовая выслушать наши требования. А они будут таковыми. Твоё тело в обмен на жизнь девчонок. Ты должна дать согласие, и тогда мы отпустим Алину с Полиной.

— Но это же твои дети! — ошарашенно воскликнула Настя, всё ещё не веря в то, что только сейчас услышала.

В голове у женщины не укладывалось, как можно шантажировать собственной кровью, самыми близкими людьми на свете, коих нет роднее. Впрочем, раз она здесь, значит всё это возможно, и существуют недолюди, что пойдут на всё ради своих благ.

— Вот только не надо давить на жалость, — вздохнул муж. — Давай обойдёмся без этих лишних слов. Я, кажется, уже объяснил свою позицию, и не имеет смысла повторяться. А теперь делай выбор, не тяни время.

— Я согласна.

Собственно, у Насти и не было особых вариантов. Она не могла пожертвовать детьми, в отличие от Игоря, отмахнувшись от них, будто они лишь досадная помеха. Так матери не поступают. И никто не должен поступать.

— Согласие получено, — улыбнулась своей жуткой улыбкой кровожадного монстра демонесса.

— Но вначале отпустите девочек, прежде чем я…

Кайлит махнула Игорю, отдавая команду.

Мужчина указал Полине и Алине на тропу, что неожиданным образом появилась среди густого тумана. Она вела мимо кладбищенских надгробий и теней, на самом деле являющееся армией мертвецов, что ожидала приказа демонессы. Некогда погубленные души.

— Идите прямо, пока не наткнетесь на дверь. Входите в неё, и окажитесь в реальном мире.

— Где гарантия, что меня не обманут? Что после девочкам не будет угрожать опасность?

— Из сотканного мною мира я не смогу до них дотянуться, — ответила Кайлит, продвигаясь ближе. — Но это только пока. А после они пускай убегают. Ведь вскоре я обрету своё собственное тело. С другой стороны, мне эти девчонки просто незачем. Так, мелкие никчемные душонки…

Приблизившись к детям, Настя крепко обняла дочерей, ощущая, как из глаз начинают катиться слёзы. Она бы так и стояла всегда, не разжимая рук, но демонесса поторапливала, нетерпеливо дёргаясь всеми частями тела, будто по её телу проходила судорога.

— Я вас люблю. Помните об этом. И всегда буду... И делаю это ради вас, мои любимые.

— Хватит этих телячьих нежностей. Пора начинать. А девчонки пускай катятся на все четыре стороны.

Сделав шаг назад, Настя следила за тем, как дочери исчезают на тропе, а затем в этой тишине раздался звук хлопнувшей двери. Женщина облегчённо выдохнула, надеясь, что с девочками будет всё в порядке. Они смогут обязательно выжить.

Придвинувшись, Кайлит грубо схватила Настю за подбородок, одновременно выхватывая из её руки прут.

— Это тебе больше не понадобится.

Переминающийся с ноги на ногу Игорь, находившийся неподалёку, с жадностью следил за тем, как Кайлит начинает целовать Настю В губы, медленно, даже как-то неспешно. Он прекрасно знал, что переход уже начался, и это следует делать через рот. С другой стороны, само зрелище завораживало, поднимая в нём волну возбуждения. Уже вскоре Кайлит окажется в теле его жены, и тогда...

Мужчина прекрасно видел, как тело демонессы начинает обмякать, как бы сдуваясь, словно надувная кукла, а сама же Настя, как показалось, слегка увеличилась в размере, как в высоту, так и в ширину, будто в ней находилось нечто странное, постороннее, что пыталось удобно устроиться внутри. Кожа оттягивалась, и следом обмякала. Руки непроизвольно дёргались. А лицо искажали частые гримасы боли и отвращения, ужаса и наслаждения.

— О! Нет!

— Ты хотела моё тело, — пробулькала Настя совершенно чужим голосом. — Так получи его, сука.

Игорь уставился во все глаза, как его бывшая жена вдруг крепко обхватила почти сдувшееся тело Кайлит, а затем, сделав два быстрых шага назад, рухнула спиной на острые колья кладбищенской оградки. Раздался влажный звук, когда острие пробило насквозь горло, показавшись влажным от крови металлом с другой стороны.

— Нет! Нет! Нет!

Игорь ожидал всякого, но ничего не произошло. Созданный Кайлит мирок просто начал растворяться, а вместе с ним и мужчина, стираясь из реальности. Правда, он попытался побежать, добраться до двери, но не успел. Вначале исчезла тропинка, а следом за этим и он сам, как и всё окружающее. Но перед самой смертью, чары спали, разум наконец к нему вернулся, и Игорь горько усмехнулся.

Алина и Полина, оказавшись на уже знакомом дворе, обернулись, когда за их спинами раздался оглушительный треск. Девочки побежали прочь, достигая калитки за пару ударов сердца, и только там остановились, оборачиваясь, глядя на то, как начинает внезапно рушиться дом.

Старое строение с оглушительным стоном провалилось вовнутрь, подняв груду пыли, уходя дальше, в подвальное помещение. Через несколько минут всё утихло, вновь возвращая сестёр в реальный мир. Они услышали голоса соседей, которые бежали к ним, что-то крича. Девочки неким шестым чувством вдруг осознали, что их матери больше нет. Они остались одни. Она пожертвовала собой, чтобы спасти их.

— Это конец? — спросила дрогнувшим голосом Полина.

Алина пожала плечами.

— Не знаю. Но, наверное, да.

И в этот миг клубящаяся пыль вдруг приобрела форму головы, а затем и вполне знакомого лица Кайлит. Демонесса усмехнулась, раскрывая широко рот, показывая мелкие острые зубы, а затем всё пропало, унесённое прочь подувшим ветром. Мир стал прежним, но без родителей.

Кладбище проклятых.

Кладбище проклятых.

В ту осень мне пришлось приехать в глухую деревушку, которая располагалась вдали от цивилизации. Обстоятельства так сложились, что иных вариантов не оставалось, но благо в этом месте жила моя бабушка, у которой я и остановился. В детстве часто приходилось к ней приезжать, а когда же стал студентом, то о таких далёких путешествиях пришлось забыть... Не до этого всего тогда было. Лишнего времени не имелось, как и денег.

Проснувшись ближе к обеду, я собирался на ежедневную прогулку, вспоминая давно позабытые окрестности. В принципе, здесь ничего не поменялось с последнего дня моего посещения. Казалось, время здесь застыло навсегда, и это совсем не удивительно. Деревни,