Тень на странице - Ирина Фуллер

— Христофора Николаевна сообщила мне о происшествии. Мне необходимы подробности. И еще хотел бы знать, почему ты не доложила об этом сразу же.

— Ну ты действительно хочешь, чтобы я докладывала тебе о каждой ерунде?

— Констанция, — процедил он. — Сотрудник намеренно испортил книгу, являющуюся собственностью Библиотеки, и оставил ее на твоем столе. Какие у тебя есть объяснения этому происшествию? Не находишь, что это, как минимум, мелкое хулиганство.

— А как максимум? — ей впрямь было интересно, какие теории были у Ильи.

— А чтобы предположить максимум, мне необходимо узнать детали.

Она очень кратко пересказала события вечера: пришла, увидела грязь на столе и на ящике, открыла ящик — обнаружила “Красную шапочку”.

Решила не утаивать детали, связанные с самой книгой, но, конечно, опустила все нюансы насчет галлюцинаций.

— Христофора Николаевна не упомянула, что книга была не просто на твоем столе, а в ящике стола, — строго заметил Илья. — Это исключает вероятность того, что книга была оставлена там случайно. И ты действительно полагаешь, что это несущественно?

Констанция вздохнула, посмотрела ему в глаза.

— Я, если честно, просто не хочу с этим разбираться, — призналась она, чуть понизив голос. — Это действительно странно, но мое небольшое расследование зашло в тупик, и у меня нет сил и желания выяснять, кто и зачем это сделал.

— Вот именно, — Илья вдруг подхватил ее ладонь, чуть потрясая ею, будто это должно было сделать его слова более убедительными, — ты и не должна с этим разбираться сама. Я здесь именно для этого.

Ей показалось, или за время разговора они стали стоять ближе друг к другу. Она высвободила руку.

— Ты можешь доверять мне, — проникновенно сообщил он. — Я все решу. Тебе не нужно ни о чем беспокоиться.

Констанция почти растаяла от слов “я все решу”, но затем взяла себя в руки и сухо отозвалась:

— Спасибо, буду иметь в виду.

— Ничего ты не будешь иметь в виду, — вспылил Илья, сдергивая маску заботливого, ласкового кота. — Происходило что-то странное в последнее время? — спросил он сердито.

Она покачала головой. Либо он знал, что на самом деле — происходило, а следовательно, был замешан, а то и вовсе являлся главным организатором. Либо не знал, но тогда и знать не следовало. Не хватало еще, ожидая повышения, показать себя слабой, впечатлительной барышней, неспособной самостоятельно разобраться с какой-то ерундой.

Илья долго смотрел на Констанцию, то ли оказывая моральное давление, то ли давая возможность сознаться, а затем бросил “понятно” и удалился.

— Что с Марусей? — крикнула ему вдогонку Констанция, но он лишь махнул рукой.

В Читальный зал влетел Аврелий. Заметив Констанцию, он подбежал к ней.

— Есть! Кое-что есть! — воскликнул он, размахивая телефоном. — Смотри, я прошерстил соцсети по тегам и локации, чтобы вычислить тех, кто вчера был в Мариинке на балете. И! Знаешь что!

На экране телефона, который маячил теперь перед ее лицом, была фотография: молодая женщина в элегантном вечернем платье, с дорогой сумочкой, в компании невероятно красивого молодого человека со светло-русыми волосами. Черты мужского лица были невероятно утонченными и идеально правильными. Оторвать от него взгляд было сложно, но когда все же удалось это сделать, Констанция смогла отметить несколько старомодный сюртук.

Подпись к снимку ничего не объясняла: кем приходились друг другу эти двое, когда познакомились — ничего.

— Вот номер Маруси, отправь ей это фото, спроси, он это или нет.

Уже через пять минут у них был ответ: да, на фото действительно был Дориан Грей. Констанция воспряла духом.

— Во-первых, добавь фото в СУП, это может быть полезно при следующих разрывах с этим героем. Во-вторых, выясни все, что сможешь про эту девушку. Может быть, по другим фото удастся понять, где она бывает в это время.

По взгляду Аврелия она догадалась: не нужно было ничего объяснять.

— Уже! Вот тут Вики обычно завтракает. Надо спешить, скоро она поедет в фитнес-клуб.

Через полчаса они входили в большой зал со множеством круглых столов, укрытых белыми скатертями.

— Вон она, — прошептала Констанция. — С каким-то мужчиной.

— Нет у нее никакого мужчины, — покачал головой Аврелий. — Это левый какой-то. Она встречалась четыре месяца с другом своего брата, но они разошлись три недели назад. Типа не сошлись характерами, но подписчики считают, что он ей изменил.

Констанция окинула Аврелия недоуменным взглядом, затем жестом предложила пройти вперед.

— Виктория, здравствуйте, — обеспокоенным тоном проговорила Констанция, склоняясь к девушке. — Простите, что беспокою вас, но я знаю, что вы вчера встречались с моим братом. А сегодня я не могу его найти.

Когда девушка удивленно подняла брови, Констанция села за стол. Аврелий занял четвертый свободный стул.

— Мой брат Дима вчера вечером ушел на прогулку, а сегодня утром я не могу до него дозвониться, он просто исчез. Я только знаю, что он был на балете с вами.

— Дима?..

— О, ну он часто представляется как Дориан. Ему настоящее имя кажется слишком простым.

— А-а… — протянула Вика как-то разочарованно. — Да. Вчера подруга прокатила меня с театром. Мы должны были встретиться у Мариинки. Я стою, жду эту дуру, а она вдруг пишет, что не сможет. Ну, я думаю, идти одной или нет, и тут вижу…

У нее даже глаза остекленели, так она погрузилась в воспоминания о встрече с этим совершенством.

— Да, понимаю, Дима часто производит именно такое впечатление, — кивнула Констанция. — Но он не говорил мне, что собирается в театр.

— Он просто гулял, — подтвердила Вика. — Сказал, что его типа привлекает шум толпы. Я говорю, ну пойдем со мной вместо подруги.

— Отлично, а потом? — нетерпеливо спросила Констанция.

Судя по взгляду, Виктория не собиралась раскрывать перед ними все подробности своей жизни.

Констанция чуть склонилась вперед и, понизив голос, пояснила:

— Мой брат страдает психическим заболеванием. Обычно я за ним приглядываю, но иногда ему удается уйти из дома, и тогда приходится искать его по всему городу. А с его примечательной внешностью он постоянно влипает в разные истории.

Увидев в глазах собеседницы сомнение и готовность слушать дальше, Констанция состроила самое свое несчастное лицо и добавила:

— Вы же тоже заметили,