Прачечная потусторонних услуг - Владимир Ахматов

— Постой-постой, не злись. Если разобраться, это же гениально! Слова-то не важны. Совсем. Важен был эффект. Ты отключила мозги, верно? Перестала анализировать. Вошла в состояние потока. И у тебя действительно получилось. Ты же на самом деле угадала карты! Прад просто нашел ключик к твоей голове. Такой себе ключик, скажем прямо, но…

Арина замерла. Гнев все еще клокотал, как кипяток в чайнике, но слова Гиты достигли сознания. Она вспомнила то самое чувство, «щелчок». Она угадала. Пять из пяти. Сама.

Развернулась на каблуках и молча пошла в кабинет Капитана. Походка у нее была отнюдь не окрыленная, а решительная, со стороны кто-то сказал бы «прет как танк». Арина распахнула дверь без стука. Прад сидел за столом, пил кофе, смотря старый детектив. На его лице играла привычная самодовольная ухмылка.

— Ну что, научилась колдовать, наша будущая э-э-э, буду называть тебя Чароплетка, ок? — подмигнул он. — Как тебе мое заклинание? Мощное, правда? Прямо из древних трактатов!

Арина сделала шаг вперед, уперла руки в боки. Щеки пылали.

— Чудесное заклинание! Прямо то, что надо! Вызывает импотенцию и заворот кишок, сейчас как раз и проверим! — сказала она с убийственной сладостью в голосе. — Сули-сули-масасули!!! — лучшее заклинание из всех, что я знаю! Прям до мурашек!

Прад захохотал. Беззлобный, счастливый смех человека, который провернул великолепную аферу.

— Так вот, — перебила его Арина, и ее голос зазвенел. — Я хочу сказать вам две вещи!

Он вскинул бровь, все еще улыбаясь.

— Внимательно слушаю.

— Первая: вы — гондон!

Ухмылка на его лице замерла, затем стала еще шире.

— А вторая, — выдохнула Арина, поворачиваясь к выходу. — Спасибо. У меня и впрямь получилось с картами.

И вышла, громко хлопнув дверью. Она шла по коридору и чувствовала, как ярость сменяется странным, упрямым удовлетворением. Да, он козел, конечно. Старый, самовлюбленный, саркастичный козел. Но он оказался прав, хоть и жаль это признавать. Где-то в глубине души, под огромным слоем неверия, пластом самоиронии с прослойкой из неуверенности в себе, сегодня шевельнулось крошечное, но настоящее волшебство. И пахло оно сладко-сладко, как сахарная пудра на пончике.

«Арина — Чароплетка» — повторила она про себя и улыбнулась.

Глава № 2. Боги и правила.

Следующие два месяца пролетели как одна безумная неделя.

Вот и сейчас, после неимоверно трудной смены — они больше суток ловили бешенную кикимору, вышедшую из леса и терроризирующую жителей пригорода, опустошённая Арина брела домой, смотря под ноги, не обращая внимания ни на что вокруг.

— Арина?

Она замерла, с трудом фокусируясь. Перед ней стояла Ленка. Подружка из института: Арина пошла работать в детскую поликлинику, а Ленка пошла замуж. Толстый трёхлетний пацанёнок носился под ногами у мамы, засыпая её миллионом вопросов, норовя подобрать с земли какашку или испачкать светло-голубую коляску, в которой спал его брат-дублер — семимесячный и такой же толстощекий. Ленка выглядела выжатой, как лимон. Дети. Немного поболтали.

— А ведь я все еще не осознала, что взрослая, — сказала напоследок Ленка. — И что время теперь исчисляется годами и полугодиями. Месяц уже не кажется таким длинным, а лето и зима такими далекими. Понимаешь?

Арина понимала. Слишком хорошо понимала.

Хитрый пацаненок всё-таки схватил какашку.

Она и не заметила, как пришел и ушел июль, а за ним август, как пронеслись восемь недель с того дня, как её нога нерешительно шагнула на подвальную ступеньку, ведущую в новую жизнь.

К её облегчению, чаще они помогали людям, а то сильно переживала после дурацкого розыгрыша с дьяволом на Арбате. В огромной Москве хватало истинного зла, чтобы с лихвой обеспечить команду работой. А уважение к новой работе пришло после того, как поняла: команда Капитана Прада оказывает помощь не только толстосумам. Прад хмурился, когда поступал вызов от старушки с окраины или семьи студентов, замученных выходками духов, картинно жаловался на бедность, обещал на завтра пойти с протянутой рукой на паперть, но всё же надевал дорогой пиджак, и они ехали на место. Мистификации, конечно, случались, но не так часто, чтобы Арина успела почувствовать себя преступницей.

Глава №2. Боги и правила

Накануне Прад, расщедрившись, выделил им два выходных. Арина очень устала. Лучшим же лекарством для нее всегда была баня. Про себя поражаясь заоблачной цене (ещё не привыкла к наличию денег) она сняла прекрасную сауну в двух остановках от дома на целых три часа. Ей нравилось париться одной. Кто-то скажет, что это скучно, но Арине нравилось: забыть о комплексах и намечающемся целюлите, не пытаться поддерживать глупые разговоры, не придумывать историй о влюблённых по уши мужчинах, которых в её жизни не было. Просто посвятить время себе. Только себе. Что может быть лучше?

Она сняла все украшения, оставила их дома на полочке вместе с тревогами, смыла косметику, распустила волосы, купила миллион маленьких баночек с тонизирующими или наоборот расслабляющими масочками, чтобы потом всё это испробовать.

Сауна стоила каждого потраченного рубля. Поздней ночью, в такси, она почти не дышала, боясь спугнуть хрупкое состояние полного блаженства. Тело наполнилось приятной усталостью и чистотой. Кожа пахла альпийской свежестью. Вот бы ехать так всю ночь, не думать ни о чём, крикнуть как Фауст: «Продлись мгновенье».

Идиллия треснула ровно в половине седьмого утра, разорванная настойчивой телефонной трелью. Арина, не открывая глаз, долго шарила рукой по тумбочке, поднесла аппарат к уху и хрипло буркнула:

— Алё?

— Арпеник, не представляешь, как мне нравится тебя будить! Прям вижу, как ты нахмурила свои соболиные бровки… Слушай, а они у тебя в детстве срастались на переносице? — зубоскалил в трубке Прад.

— Капитан, какого чёрта? У нас выходной!

— Я выходной дал, я и заберу… — Прад сделался серьёзным. — На самом деле тут ЧП, пожалуйста приезжай, всё расскажу на месте. И ещё, надень то синее платье…

Повесил трубку.

Арина сидела на кровати. Проснулась мгновенно и полностью, как от ушата холодной воды. «Пожалуйста». Капитан Прад сказал «пожалуйста»! Чтобы это случилось, в Москве должны были открыться врата Ада. Или что похуже. И при чём тут дурацкое синее платье? Она и надевала его всего раз — как запомнил? Мысли метались, будили тревогу. Она быстро собралась, на ходу запихивая волосы под заколку. В метро, привычным жестом, коснулась шеи — и не нашла цепочки. Забыла. Эх. Накраситься тоже не успела. «Украшением больше, украшением меньше…» Хорошо