Тени Штарнбергского озера - Анна Казинникова

Вместе с этим письмом и документами я отправляю к тебе лебедя Лоэнгрина, береги его. Позаботься о том, чтобы никто до срока ничего не узнал, иначе все жертвы станут напрасными. Найди своего Лоэнгрина, пусть он поможет тебе освободить Баварию от злых чар.

Навеки твой, Людвиг

Собирались долго. Несмотря на нетерпение проверить догадки Стаси, с реальностью приходилось считаться. Во-первых, перерыв в работе симпозиума сделали лишь на один день, и, кроме обыска номера Штайна, Леа собиралась уточнить в университете свои новые задачи. Поэтому сразу после завтрака девушка отправилась собрать рабочие документы и переодеться.

Во-вторых, Вильгельм на этот раз выразил желание присоединиться к компании. Однако арендованный Райнером кабриолет был тесноват для четверых. Пришлось ждать уехавшего по делам Михаэля, чтобы одолжить машину у него. В общем, компании суждено было задержаться.

Поднимаясь в комнату, Леа надеялась, что Райнер пойдет следом. Ей хотелось хотя бы мельком обсудить то, что случилось между ними. Но вместо этого Фаст придвинул свой стул ближе к Вильгельму и с самым спокойным видом пустился рассказывать о злоключениях в госпитале.

Такое внезапное отстранение неприятно царапнуло сердце. С усилием над собой Леа сделала вид, что все в порядке, и удалилась.

В спальне девушка быстро переоделась во вчерашние брюки, натянула светлую футболку и легкий серый пиджак с едва заметным серебристым отливом. На миг задумавшись, Леа приколола к лацкану мамину брошь, а после подошла к зеркалу. Чего-то во внешнем виде недоставало. Она выпрямилась, расправила плечи, пригладила полы пиджака, но удовлетворения это не принесло. Перед внутренним взором предательски маячила задорная Анастасия, которая даже заспанная, в нелепой пижаме с кроликами умудрялась выглядеть бесконечно мило и привлекательно.

Леа резко стянула резинку с волос, судорожно запихнув ее в карман пиджака. Волосы безжизненными прядками рассыпались по плечам. Жиденькие и серенькие, как сокрушалась бабушка. Это сравнение крепко засело в памяти, и даже тем немногим кавалерам, которые пытались когда-либо сделать комплимент ее прическе, девушка не верила. Устало вздохнув, Леа наклонила голову вперед, пропуская пальцы по прядям, чуть взъерошивая их у корней в надежде добавить хоть немного объема.

Но и тут результат не впечатлял. Нельзя, ну нельзя выходить из дома такой жалкой!

Со двора послышался звонкий смех Анастасии. Девушка стояла под окном, облокотившись на покрытую легкой дымкой бутонов яблоню, и что-то весело рассказывала Вильгельму. А тот, сложив руки на груди, с вежливой улыбкой слушал ее, не отводя глаз. Райнера поблизости не наблюдалось, что, с одной стороны, успокаивало, а с другой… Почему он не поднялся? Не хочет говорить? Тогда зачем готовил завтрак? Зачем защищал в споре с Вилли?

Вздохнув, Леа принялась копаться в дамском рюкзаке, пытаясь отыскать тушь и бальзам для губ. Косметика должна немного оживить образ. Только вот краситься Леа не умела и не любила. Нанося бальзам, она вдруг замерла, осознав, что старается вовсе не для встречи с родней Штайна. И даже не для себя. Вот же идиотка! Махнув на отражение рукой, девушка отвернулась от зеркала и, подхватив сумку с документами, направилась к лестнице.

Зал к ее возвращению опустел. Хайке, сердито ворча, убирала со стола, и Леа, мучаясь чувством вины, поспешила проскользнуть мимо. Все-таки нужно было помочь с посудой. Оглянувшись на хозяйку, Леа запнулась о порог и вылетела в распахнутую дверь.

– Поймал, – послышался над ухом голос Райнера, подхватившего ее у самой земли.

– Спасибо. – Девушка вскинула голову и тут же попала в плен насмешливого взгляда зеленых глаз. – Я…

Она попыталась освободиться, но Райнер не отпускал, внимательно изучая ее лицо. Будто видел впервые.

– Что? Что-то не так? Я испачкалась? – Леа провела ладонью по щеке, пытаясь стереть невидимую грязь.

– Ты пыталась замаскироваться? – предположил Фаст, удивленно изогнув бровь. Но, не выдержав паузы, весело расхохотался. – Леа, прости, но ты сейчас напоминаешь енота из мемов. Ну, того, который ворует коврик и забавно пугается, когда включают свет.

– Что? Нет! – возмутилась девушка.

Какие еще еноты?! Что он несет?! Она же серьезно…

– Ну, немножко. – Он разомкнул объятия и едва успел увернуться от подзатыльника. – Просто ты накрасилась, – поспешно пояснил Райнер, – вот я и решил, что планируешь остаться неузнанной.

Леа замерла, опустив руки. Зачем, ну зачем она это сделала?!

– Так плохо?

– Скорее непривычно, – честно признался Райнер, пожав плечами. – Но не плохо. Если тебе самой нравится…

Полное фиаско. «Если тебе нравится…» Мысленно Леа надавала себе пощечин. Вот же дура! Он наверняка все понял – с какой идиоткой связался. Что ж, ответ на вопрос, не пожалеет ли она о случившемся, появился раньше ожидаемого. Да! Она уже жалеет, что ночью поддалась страху и минутной слабости, а теперь ведет себя как…

Наверное, паника слишком явно читалась в ее глазах. Райнер замер на полуслове и, обхватив ладонями лицо Леа, нежно поцеловал. Прямо на глазах у недовольной Хайке, усмехающегося Вильгельма и закатившей глаза Стаси. Целовал долго, томительно, изучающе – пока Леа окончательно не потеряла голову и не забыла, из-за чего, собственно, начала паниковать.

– Беру свои слова назад, – слегка охрипшим голосом заявил Райнер, нехотя отстраняясь. – Очень вкусная помада. Клубничная. Всегда ее используй.

– Это бальзам, – выдохнула Леа.

– Прекрасный бальзам. – Он ободряюще улыбнулся. – Леа, я должен извиниться за утро. Совсем потерял голову и…

– Забыл, какая язва Стаси? – Леа отвела взгляд.

– Забыл, что она знает меня слишком хорошо. – Райнер вздохнул и, взяв ладонь Леа, прижал ее к своей груди. – Мне стоило остаться с тобой утром. Прости.

– Ничего…

– Давай вечером поужинаем вместе? – неуверенно предложил он. – Я понимаю, что все слишком внезапно и ты девушка серьезная, но…

– Поужинаем? Здесь? – Леа коротко кивнула в сторону направляющейся к ним Стаси. Недовольное лицо подруги и утренние ехидные выпады мало настраивали на романтику.

– Сбежим в Фюссен, – подмигнул Райнер. – Знаю там отличный ресторанчик с отменным томатным супом. Пожалуй, лучшим в Европе.

Щеки Леа вспыхнули. Откуда он узнал про томатный суп – ее любимое блюдо с самого детства?

– Можно…

– Хватит уже миловаться! – возмутилась Стаси. Она схватила Леа за руку и резко потянула на себя. – Вилли вон места себе от ревности не находит, а я устала его забалтывать!

Стоящий за ее спиной Вильгельм удивленно хмыкнул, но вступать в спор не стал. Видимо, за недолгое знакомство он уже понял, что возражать Стаси – себе дороже. Райнер знал эту истину давно, а потому сдался без боя. Он отступил, но его взгляд остался настолько многообещающим, что у Леа запылали уши.

Смешок Стаси, внимательно наблюдавшей за этой сценой, разозлил. Леа поспешила обойти машину и заняла переднее пассажирское сиденье рядом