Тени Штарнбергского озера - Анна Казинникова

на вокзале, уступил комнату, поддерживал после той панической атаки. Ради ее смутных подозрений он ввязался в авантюру, совсем как в своих книгах. Рисковал репутацией и продолжает рисковать. Если бы их застукали в Нойшванштайне, ей, «мелкой сошке», грозил бы в худшем случае штраф. А он, всемирно известный писатель, мог навсегда распрощаться с карьерой.

– Ты точно не пожалеешь? – тихо спросил Райнер, медленно расстегивая пуговицы ее кардигана.

Леа лишь качнула головой. Может, и пожалеет – кто знает? Спроси ее кто пару дней назад, готова ли она среди ночи лезть в один из самых знаменитых замков мира за королевскими письмами, она бы так же упрямо заявила, что никогда не пойдет на подобное.

Кардиган мягко соскользнул на пол. Громкий щелчок выключателя погрузил мансарду в полумрак, и только полная луна, заглядывающая в окно сквозь неплотно задернутые шторы, осталась невольным свидетелем их спонтанной страсти.

Глава 13

Опасные связи

12 июня 1886 года

Берг, Бавария

София, за сегодняшним блеском дипломатии и парадными маршами императора Вильгельма скрывается нечто зловещее, от чего кровь стынет в жилах. Ныне за спинкой трона возвышается вовсе не святой отец, а силы иного, темного толка. «Круг Тевтона», в чьи руки отдана теперь судьба Европы, черпает мощь не только в золоте или стали. Сей союз был зачат еще на заре христианства: древние германцы создали его, чтобы сберечь исконные языческие предания и защитить дух предков от забвения. В своей чистосердечной наивности они превыше всего чтили справедливость, но нынешние члены ордена дерзнули нарушить и эти священные обеты. О том, что они предали Господа нашего, я даже не упоминаю.

Они не просто хранят память о языческих богах, но поставили древние силы на службу низменным притязаниям: политическим амбициям, стяжательству и устранению неугодных. Я добрый христианин, но мыслю, что и языческие хранители Валгаллы не желали бы себе таких последователей – людей, что верны лишь собственной выгоде, вспоминают о божестве под покровом ночи, а при свете дня бьют поклоны иному покровителю.

«Круг Тевтона» пробудил тени мрачной природы. Помнишь ли ты предание о Страже Штарнбергского озера? В детстве нам казалось, что это лишь пугающая сказка о духе, подстерегающем путников в Вальпургиеву ночь и готовом утащить души в Преисподнюю. Теперь я знаю: Страж реален. Орден научился заключать с ним сделки и приносить жертвы, о коих праведный христианин не смеет помыслить. Штарнбергское озеро стало их святилищем, а Страж – инструментом побед.

Наш добрый друг граф Макс провел небольшое расследование. Началось все с амбициозных планов объединить немецкие земли под единым знаменем. К несчастью, на этом пути Пруссия решила отринуть язык дипломатии и обратиться к колдовству. А я, глупец, не мог взять в толк, к чему столь частые визиты в Баварию и зачем Вагнер так рвался творить под моим покровительством!

Штарнбергское озеро – одно из немногих мест древней силы, еще оставшихся в Германии. Место, где старые боги принимают жертвы и исполняют желания. Конечно, «Круг Тевтона» жаждал заполучить его! Но одного места мало – требуются жертвы, коими может стать далеко не всякий. Как я уже говорил, древним божествам не чужда справедливость, но справедливость извращенная: господин волен принести в жертву своего слугу. Заговорщикам оставалось лишь малое – обратить в своих фактических слуг всe население. И здесь, София, я допустил роковую ошибку…

Из прощального письма Людвига II Баварского к Софии Шарлотте Августе, герцогине Алансонской

– Так-так, – довольно протянула Стаси, возвращая кружку с остатками остывшего капучино на дубовый стол. – Кто будет первым?

Луч утреннего солнца, с трудом пробившийся сквозь сизые дождевые тучи, играл в ее темно-зеленых глазах, наполненных любопытством. Девушка выразительно обвела взглядом пустой зал семейного ресторанчика, намекая, что иных свидетелей откровений не будет, и, подперев подбородок кулаком, уставилась на Райнера.

Хозяева, накануне хорошенько отдохнувшие в компании соседей, еще не спускались, а других постояльцев в гостевом доме сейчас не было.

Леа и Райнер переглянулись. Интонации Стаси были настолько убедительны, что на мгновение они почувствовали себя парочкой школьников, пойманных с поличным на заднем дворе школы с пачкой сигарет.

– В чем именно? – в один голос спросили они, от чего улыбка Стаси стала еще шире и коварнее.

– В чистосердечном признании! – Она с размаху хлопнула ладонью по массивному столу, заставив опустевшую после завтрака посуду весело подпрыгнуть. – Стоило отлучиться на один вечерок, а вы уже поете в унисон! Может, и фразы друг за другом договариваете? А?

Отыгрывать обиду у девушки получалось хуже. Обвинительные нотки тонули в слишком заметно сдерживаемом смехе.

– Нет. – Райнер откинулся на спинку стула и, сложив руки на груди, уставился на Стаси поверх очков. – И в чем же ты нас хочешь обвинить, Анастасия?

– Дай-ка подумать. – Она демонстративно закинула ногу на ногу и, придирчиво изучив безупречный маникюр, принялась рассуждать: – Вчера я вернулась не так поздно, как планировала, и перед сном заглянула к Леа…

– Наверное, принесла мой спортивный костюм? – ехидно поинтересовалась Леа, с удовлетворением заметив на лице подруги смущение.

– Костюм… он в стирке. Но я верну! Честно-честно! – пообещала Стаси, наградив подругу взглядом кота из «Шрека». – Так вот, Леа в комнате не было!

– Какой ужас! – всплеснул руками Райнер. – Девушка вышла погулять перед сном!

– А сегодня ты, Райнер, вскочил ни свет ни заря готовить завтрак!

– Когда ты уплетала омлет за обе щеки – не жаловалась, – обиделся Фаст.

– Да я тебя как облупленного знаю! – Глаза Стаси по-кошачьи сузились. – Ты тот еще лежебока и готовишь только для своих… – она оценивающе посмотрела на Леа, – подружек! Так чем вы тут занимались, пока меня не было? Давайте, я жду детальный рассказ с пикантными подробностями.

Услышав заявление подруги, Леа молча уткнулась в чашку. Уши горели, как у малолетнего именинника. Как же они так легко прокололись?

Утром Леа проснулась одна: Райнера в комнате уже не было. Девушка собрала разбросанную одежду и вернулась к себе. А когда после душа, преодолев смущение, спустилась вниз, ее ждали накрытый завтрак и непривычно тихий писатель. Стаси появилась слишком быстро, не оставив им возможности объясниться наедине.

А теперь этот допрос.

– Вообще-то, Стаси… – Глаза Райнера опасно сверкнули.

– Вчера ночью мы были в Нойшванштайне, – быстро перебила Леа, бросив на него умоляющий взгляд.

Фаст, кажется, уже приготовился огрызнуться, но начинать утро со скандала не хотелось. Как и объясняться с подругой, имевшей на Райнера свои виды.

– Прямо ночью? – В зеленых глазах Стаси вспыхнуло любопытство. – Рассказывайте!

– Расскажем, – смягчился Райнер. – А будешь себя хорошо вести, в следующий раз возьмем