Пока не погаснет последний фонарь. Том 4 - Ангелина Шэн

— Так, это неважно, — прервал его Рэн. — Что за историю вы рассказали? Что нас ждет?

— Да о чем это вы? — нервно воскликнула Томоко, дернув Итиро за рукав.

Но тот не обратил на нее внимания и мрачно посмотрел на Рэна.

— А вы еще не поняли? — Он махнул рукой в сторону окна. — Мы ехали на автобусе из Фудзиномии[28]. А сейчас вдруг очутились посреди леса.

Рэн сцепил зубы и, оглянувшись, встретился взглядом с Сэйери. Она в раздражении скривила губы, но Рэн слишком хорошо знал свою невесту, а потому понял, что ей стало страшно.

— Добро пожаловать в Аокигахару, — невесело усмехнулся Итиро. — Лес самоубийц[29].

***

— Почему ты так напуган? — дрожащим голосом спросила Томоко. — Не знаю, как мы очутились в Аокигахаре, но это всего лишь лес. Тут есть туристические тропы. Да, заблудиться легко, но ведь из-за частых случаев самоубийств лес патрулируют... Так что если мы не сможем найти дорогу сами, то нас выведут...

Несмотря на то что Томоко успокаивала побледневшего Итиро, казалось, на самом деле она успокаивала себя. Она не понимала, что происходит, но явно видела, что Итиро и двое незнакомцев очень даже понимают... И потому напуганы.

— А еще в этом лесу погибло так много людей, что он переполнен юрэями, — с горечью в голосе прошептал Итиро.

— А может, и еще чем, — добавила Сэйери.

Она смотрела на него так, словно это он причина всего происходящего, и хоть Рэн понимал, что на самом-то деле этот мужчина ни при чем, не мог ее винить.

Если бы только Итиро поехал на другом автобусе... Раньше или позже... В другой день...

— Какие еще юрэи? — воскликнула Томоко, и от возросшего напряжения ее голос прозвучал еще звонче. — С каких пор ты веришь в юрэев? Ты даже про мои омамори всегда говорил, что это глупость. И не ходишь со мной в храм!

— Если выберемся из этого леса живыми, я буду ходить с тобой в храм хоть каждый день, — пообещал Итиро. — И до конца жизни буду носить с собой омамори... От злых сил.

— Удача тебе тоже явно не помешала бы, — бросила Сэйери и направилась к сиденью водителя. — А если мы не поторопимся, то никакие омамори нам уже не пригодятся и никто из нас не увидит больше ни одного храма.

— О чем это она? — прошептала Томоко. Она выглядела так, будто вот-вот расплачется.

Итиро, неловко сжав ее ладонь, заглянул ей в глаза:

— Томоко-тян... Это правда, юрэи существуют. Давай мы сейчас просто побыстрее выберемся из этого леса, а потом я тебе все объясню.

Помедлив, Томоко кивнула, а Рэн подошел к Сэйери. Итиро ничем не мог им помочь. Они теперь знали: он рассказал именно про юрэев, населяющих Лес самоубийц.

— Не заводится, — заключила Сэйери, выбираясь с места водителя. — Автобус сломался.

— Кто бы сомневался, — пробурчал Итиро, подходя к дверям, которые застыли в открытом положении, будто приглашая выйти прямиком в опасный лес. — Как в фильме ужасов... Надеюсь, сейчас непонятно откуда не появится местный житель, который предложит проводить нас.

— Мы откажемся, а он действительно будет из спасательный группы, — вздохнул Рэн, выходя из автобуса вслед за Итиро и Томоко.

Сэйери вышла последней, и Рэн, тут же сжав ее ладонь, притянул ее поближе к себе.

Они огляделись. Вокруг клубилась мрачная атмосфера, а тишина накрыла лес непроницаемым куполом. Тонкие деревья, густо покрытые мхом, серые камни и выбивающиеся из темной земли кривые корни. С одной стороны, обычный лес... Вот только среди сосен и самшита то и дело мелькали непонятные тени, изогнутые стволы напоминали о поломанных телах, а кривые, переплетенные между собой корни — о паучьих лапах. Рэн увидел табличку, надпись на которой отговаривала от самоубийства, предлагая получить помощь, но это его не воодушевило — умирать он и так не планировал, — а, напротив, встревожило. Потому что напомнило о том, в каком месте они очутились.

Хотелось бы Рэну, как еще несколько недель... вернее, дней назад, переживать в лесу разве что из-за угрозы потеряться или наткнуться на медведя или кабана. Но сейчас им грозила встреча со сверхъестественным, а мертвое пугало куда больше, чем живое. Потому что это самое мертвое было слишком уж живым.

— Пойдем, — подал голос Рэн, стряхивая с себя мрачное наваждение.

Они сталкивались с существами и пострашнее юрэев. Ничего, справятся и на этот раз. Да и в любом случае он не собирался трястись от страха перед лесом, хоть тот и был окружен аурой смерти — вполне реальной. Рэн не понимал, что в этом лесу может быть интересного и загадочного, чтобы привлекать толпы туристов.

Рэн и Сэйери уверенно зашагали вперед, ступая так, чтобы не подвернуть ногу или не наступить на попадающийся мусор, а Итиро с Томоко поспешили следом.

— Куда вы? — спросил он

— Ищем тропу, — ответил Рэн.

Итиро молча кивнул и продолжил идти на пару шагов позади.

Рэн хотел бы отогнать его, опасаясь угрозы, которую этот рассказчик, словно нулевой пациент, мог нести одним своим присутствием, но понимал, что для этого слишком поздно — они уже очутились внутри его страшной истории. Они уже оказались «заражены». Как и Томоко, которая не имела к тому городу, созданному канашибари, никакого отношения.

— Тут так тихо, — прошептал Итиро.

— Да, очень жутко, — согласилась Томоко. — Зловещая тишина.

— Это тут просто рельеф такой, — сдерживая раздражение, отозвался Рэн, скосив глаза на испуганную пару. — И вулканическая порода под вашими ногами.

— Так что не нагнетайте! — добавила Сэйери.

Какое-то время они шли в тишине, окутанные мрачной атмосферой, под давлением собственных тяжелых мыслей. Сэйери хмурила брови, и в каждом ее резком шаге чувствовалась с трудом сдерживаемая злость. Итиро казался подавленным, но собранным и настороженно оглядывался по сторонам, а вот Томоко выглядела так, будто ее разрывал миллион вопросов, но ей страшно было произносить их вслух.

Рэн размышлял, куда идти и стоит ли звать на помощь, надеясь, что кто-нибудь из туристов, местных жителей или членов поискового отряда услышит... Или же в первую очередь отзовутся юрэи? Хотя, может, они уже давно смотрят на них, невидимые человеческому глазу?

Рэн был почти уверен в этом. Каждую секунду после того, как вышел из автобуса, он спиной чувствовал на себе чей-то взгляд. Было такое ощущение, словно позади, буквально в нескольких сантиметрах, кто-то стоит и дышит в затылок. Казалось, вот-вот дотронется или схватит, что-то шепнет или вопьется зубами...

Но, каждый раз оглядываясь, Рэн не видел никого и ничего. А потому он прекратил оборачиваться, хоть это было сложно, почти невыносимо. Казалось, чем дольше он не смотрит назад, не проверяет, что творится за спиной, тем сильнее лес давит на него, тем сильнее нарастает тревога, выкручивая внутренности...

Рэн зло сцепил зубы, и злость эта была направлена в первую очередь на него самого. Он не любил испытывать страх, но вот слабость — ненавидел.

— Что это там? — раздался удивленный голос Сэйери.

— Где? — в ту же секунду заволновался Итиро.

Рэн посмотрел туда, куда указала Сэйери, и увидел... голубовато-зеленые огоньки. Их было три, и за каждым тянулся длинный светящийся хвост.

— Хитодама[30], — выдохнул Итиро. — А я уже испугался.

— А что хорошего? — мрачно уточнил Рэн. — Раз они тут, значит, здесь кто-то недавно умер.

— Это и так очевидно, — пробормотал Итиро. — Поэтому хорошо, что сейчас мы встретили что-то... безобидное.

Томоко посмотрела на остальных с очередным вопросом в глазах, печально вздохнула, но промолчала.

Они продолжили идти дальше. Ощущение, что кто-то за ними наблюдает, никуда не делось, оно вновь надавило на плечи и сжало горло, а появление хитодама только сильнее омрачило и без того плохое настроение, лишний раз