Тайна старого пансиона - Елена Ликина

– Мам, это я…

– Странное уточнение! – нетерпеливо фыркнула мать. – Как устроилась? Номер хороший? С погодой повезло? У нас полная ж…а! Отец чуть не разбил камеру! Тесто не поднялось, и пришлось импровизировать по ходу съёмки. Чтобы я ещё раз воспользовалась непроверенным рецептом?! Да ни за что!

– Мама! Мам… – Марьяна тщетно пыталась пробиться сквозь неиссякающий словесный поток. Однако мать не оставила ей такой возможности и, сославшись на занятость, быстро свернула разговор, обещая перезвонить позже.

Родители вели кулинарный канал на известном портале. Мать готовила и болтала со зрителями. Отец снимал и монтировал ролики. Это занятие приносило семье вполне приличный доход и позволяло планировать жизнь сообразно собственным интересам.

– Семья сумасшедших, – пробормотала Марьяна. – И я ещё паникую из-за каких-то видений!

Наверное, ей стоит спуститься вниз. Заварить себе чай, поискать в холодильнике вкусное. Марьяна вспомнила, что так и не попала в кафе, и расстроилась ещё больше.

Может, сходить туда сейчас? Что там с погодой?

Марьяна отдёрнула шторы и ахнула. Привычно схватившись за фотоаппарат, почти не глядя, принялась снимать волшебное действо.

За окном валил снег. Казалось, что больше ничего не осталось в мире. Окрестные дома, деревья, небо – всё растворилось, исчезло в колышущейся густой пелене.

Юркие тёмные силуэты мелькали среди снежинок, то собираясь хороводом, то разлетаясь друг от друга по сторонам. Выписывая немыслимые пируэты, они разгонялись до самого неба, а после плавно скатывались книзу, замедляя движение.

– Духи зимы! – заворожённо прошептала девушка.

Она долго следила за их воздушной игрой. До тех пор, пока спланировавшая сверху грузным чёрным жуком Илси не разогнала разрезвившуюся компашку.

Как жаль, что давно нет на свете бабушки Веры! Она бы точно поверила Марьяниному рассказу и развеяла все внучкины страхи! А может быть, наоборот, не стала бы ничего объяснять. Лишь улыбнулась знакомой, чуть виноватой улыбкой и продолжила тихо напевать старую колыбельную песню.

– Ти-ти-та… Тили та… – попыталась вспомнить мелодию Марьяна, и дом едва уловимо содрогнулся.

Землетрясение? Пожар?! Марьяна застыла, прислушиваясь. Но дрожь прекратилась так же внезапно, как и началась.

– Что же со мной происходит? – Марьяна подошла к зеркалу, помахала рукой перед стеклом. – Может, и я – уже не я?

Правильнее всего было собрать вещички и поскорее покинуть пансион. Вот только ей почему-то не хотелось отсюда уезжать!

Марьяна всё смотрела и смотрела на бледное, чуть размытое отражение, а в голове зарождался новый образ для автопортрета.

Она возьмёт увядшую розу, подожжёт свечу, скроет лицо под вуалью…

Память живо нарисовала ей парящую в воздухе грузную Илси. В ту же минуту в зеркале промелькнул чёрный хвост, мигнули золотом луна и месяц в кошачьих глазах. А следом тоненько зазвенел колокольчик да брызнуло через стекло горстью сухих зёрен.

Крохотные, они рассыпались по всей столешнице, и Марьяна словно очнулась и обнаружила, что стоит у двери!

Пошатываясь, она вернулась к зеркалу, проверила столик и не обнаружила ни одного зерна. Обшарив пол, тоже не нашла ничего.

– Я схожу с ума? – шепнула Марьяна своему отражению, но то лишь пошевелило губами в ответ.

За окном белоснежной занавеской висел снег, но девушка больше не стала его снимать.

Нашарив в сумочке аспирин, с трудом проглотила таблетку и прилегла на кровать, закутавшись в клетчатый плед.

Откуда-то издалека послышалась бабушкина колыбельная. Звуки всё нарастали в голове, и Марьяну стало покачивать в такт мелодии, постепенно погружая в сон.

Она парила в тёплой и уютной пустоте, когда провыла сирена.

Мощный гулкий звук разнёсся по дому, отгоняя остатки сна.

Следом послышался стук, из-за двери спросили:

– Марьяна, ты здесь?

– Да! Заходи! – откликнулась полусонная Марьяна, узнав по голосу Нику.

– Позвали к ужину, – объявила Ника. – Ты пойдёшь?

– Позвали? – Марьяне никак не удавалось сосредоточиться. – Уже ужин?

– Ну да. Слышала гонг?

– Наверное. Не поняла.

Соскользнув с кровати, Марьяна начала расчёсывать волосы и вдруг вспомнила всё!

В голове вихрем пронеслись видения этого дня, а с ними вернулись и страхи.

– Что с тобой? – Ника подошла сзади. – Ты просто бесцветная! Гемоглобин проверяла?

– Нет, – честно ответила Марьяна и неожиданно призналась: – Мне кажется, я сошла с ума.

– И давно? – Ника даже не удивилась.

– Что – давно?

– Кажется. Давно?

– Н-н-нет. Это началось сегодня.

– Что – это? – Ника отступила к окну, провела пальцем по стеклу. – К утру здесь всё заметёт. Дом превратится в огромный сугроб, и мы не сможем выбраться. Останемся зимовать до весны.

– Нет! – панически вырвалось у Марьяны, и Ника рассмеялась.

– Шучу. Ты не читала «Муми-троллей»?

– Кажется, читала. В детстве. Я не люблю такое…

– Что же ты любишь? Погоди, дай угадаю. Наверное, сахарные сказки про принцесс и викторианские романы. Я права?

– Почти, – подтвердила Марьяна. – Прибавь к списку истории с домами и призраками. Ника! Я должна сказать! Там, среди снега, кто-то летал! Я видела это. Клянусь!

– И что? – спокойно спросила Ника. – Ты испугалась велнсов?

– Ве… ве… велнсов?

– Ну да. Велнсы. Мелкие проказливые бесы. Их здесь полно.

Марьяна изумлённо уставилась на Нику.

– Мелкие бесы? Велнсы? И ты говоришь об этом так спокойно!

– Обычное дело, – пожала плечами Ника. – Они любят болтаться среди снега. Видела, как разгоняла их Илси?

– Да, – шепнула Марьяна и зачастила: – Здесь на берегу есть старая мельница. А возле неё – страшные существа.

– Круто! Обязательно сходим туда. Ты мне их покажешь.

– Ты не шутишь сейчас?

– Нет, конечно. С чего бы?

– Но это как-то неправильно! Так не бывает. Не может быть!

– Марьян, ты же сама видела велнсов. И тех, других. Что же теперь сомневаешься.

– Не знаю. Это так… так фантастично! – Облегчение накрыло Марьяну волной. Значит, она не сошла с ума! Значит, зря вспоминала бабушку Веру.

– Пошли ужинать, – поманила Ника и первой выскользнула за дверь.

На нижней ступени примостился транялис. Держа в обеих руках по огромной конфете из Никиных даров, он поочерёдно откусывал по куску от каждой и довольно щурил глаза.

– Вкусно? – подмигнула ему Ника, и домовик что-то прочирикал в ответ.

– Вкусно? – переспросила Марьяна. – Ты о чём?

– Я про него, – кивнула на домовика Ника. – Транялис – дух этого дома. Вот он сидит, ест мои шоколадки.

– Но я никого не вижу.

– Не видишь? – подняла брови Ника.

– Н-нет… – Марьяна растерянно качнула головой и на всякий случай отошла подальше от лестницы.

– Не бойся. Он не укусит, – успокоила Ника. – А как же велнсы? И существа возле мельницы?

– Я заметила их через камеру. – Марьяна вытащила телефон и навела его на ступеньку.

Крошечный сморщенный человечек в колпаке и холстинке сосредоточенно что-то жевал, белая борода была перепачкана шоколадом. Рядышком на полу валялись цветные обёртки