Водяной 7 - Константин Паули

— А ты что предлагаешь? Вы с Василисой вообще от этого вопроса отмахнулись. Тоже мне, приёмные родители, — обиженно проворчал он, возвращаясь к проверке оборудования.

Оставив его возиться с вещами, я вышел наружу. Обошёл накренившийся вагончик круго́м, сделал несколько снимков глубоких рваных борозд. Следы гигантских когтей неизвестного монстра впечатляли и пугали.

Закончив с фото, я двинулся в сторону Калинова моста. Внимательно вглядываясь под ноги, пытаясь найти хоть какие-то зацепки, но острые камни Нави молча хранили свои тайны. Земля здесь не глина и не влажный песок, никаких отпечатков лап не осталось. Какого размера была тварь? И главное, была ли она одна?

Я побродил вдоль берега, всматриваясь в противоположный берег Смородины. Пусто. Тихо и безжизненно.

Убедившись, что в ближайшей видимости монстров не наблюдается, я вернулся в вагончик. Руслан как раз закончил наводить порядок, поднял и проверил ноутбук, вытер лужу от разлившегося чайника, зачем-то проинспектировал содержимое холодильника.

— Ну что, всё проверил, всё целое? Идём обратно? — спросил я. — Или ещё посидим тут для твоего «отцовского» спокойствия?

Оборотень бросил последний критический взгляд на мирно лежащее в кресле яйцо, убедился, что Ефимчику ничего не угрожает, и решительно махнул в сторону двери.

— Нет, уходим. Кто бы ни совершил это вторжение, его здесь больше нет.

Глава 3

Звонок другу

К тому времени, когда мы вернулись, Василиса уже была дома и ждала нас. Я заварил первый попавшийся под руку чай, зелёный с травами, разлил не только Руслану, но и нам с ней.

Руслан сжимал кружку обеими руками, словно ловил оттуда каждую крупицу тепла, что могла дать ему горячая жидкость. Навь — это холод. Не буквальный, как осенью, а какой-то глубинный, вытягивающий силы. Будучи мистическими существами, мы все переносили этот холод достаточно легко, привычно. Но одно дело, просто находиться там и совсем другое — подвергнуться нападению.

Тот животный ужас, который Руслан испытал, когда на вагончик напала тварь, которую он даже не имел возможности разглядеть, словно бы начисто вытянул из него всё привычное спокойствие, улыбчивость и душевное тепло. Сейчас он выглядел дёрганым и несчастным.

— Слушай, Вадим, я передумала насчёт артефактов, — тихо заговорила Василиса, — Мне тоже ключ нужен.

— Понял, — отозвался я. — Требуется подыскать подходящий исходный предмет.

— А что, любой ключ не подойдёт?

— Нет, — я отрицательно мотнул головой. — Нужно «сыро или калёно железо». Не знаю точно, что это значит, но современные сплавы или там медь не подойдут. Ещё нужно не просто железо, а то, что было ключом не меньше века. То есть, нам нужен буквально старый железный ключ, которому больше ста лет. Дизайн или внешний вид не важен.

— Кстати, про ключ… — подал голос Руслан, но взгляда от кружки так и не поднял. — Вадим, огромная просьба, не оставляй больше свой в замке изнутри. Ключи-то у меня свои есть, но ночью я из-за этого так и не смог открыть дверь. Пришлось стучать, кричать…

— Понял, виноват, — я переключил всё внимание на него. Чуть подождал, пока он сделает глоток, и спросил. — Ну, ты немного отошёл? Пей и рассказывай.

Руслан тяжело вздохнул:

— А что тут рассказывать?

— Уж что знаешь, то и говори. Окна в вагончике нет, значит, самого монстра ты не видел, верно?

Руслан отрицательно мотнул головой и сделал большой глоток чая.

— Сидел я, как обычно, смотрел обучающее видео про бородатых агам… Что? Есть такая ящерица, — он выпучил глаза, поймав взгляд Василисы.

— Ничего, продолжай, — подбодрила она.

— Я уже засыпать начал, устал…

— Погоди, ты же сказал, что видео смотрел, — прищурилась Василиса, по привычке цепляясь за нестыковки.

— Ну, не досмотрел, оно жуть какое скучное. Уж простите. В общем, сидел я, задрёмывал, никого не трогал, вокруг тишина. А тут… Удар.

— Какой удар? — тут же потребовала конкретики Василиса.

— Ну… вроде бы сбоку, по корпусу, — Руслан поставил кружку на стол. — Не такой, как если бы вагончик был кораблём, налетевшим на риф. Скорее, как если бы мы с Ефимом сидели внутри гигантского арбуза, и нас стали бы похлопывать снаружи, проверяя перед покупкой, спелый ли. Но только очень, очень сильно похлопывать. Всё внутри ходуном ходило.

— Кто такой Ефим? — не поняла Василиса.

— Потом, — остановил её я, не давая сбить рассказчика с мысли. — Это тогда вагончик сдвинуло?

— Нет. Удар был за ударом, каждый сильнее предыдущего, и вот на третьем или четвёртом таком шлепке всё поехало, нас чуть не перевернуло, а потом всё затихло. А затем… — Руслан сглотнул. — Мне показалось, что снаружи кто-то ходит. И принюхивается. Был даже момент, будто этот кто-то находился сразу со всех сторон… а может, он был там не один. В общем, непонятно кто, но он припадал к щелям дверного проёма, втягивал носом воздух, как здоровенный кабан. А потом это нечто снаружи взвыло.

Руслан замолчал, взглядом уставившись в одну точку на столе.

— У меня просто кровь в жилах застыла. Это ещё хорошо, что тварь не по пению мастак, вой длился всего пару секунд. Мне кажется, если бы оно выло вот так хотя бы минуту, я бы просто кончился прямо там, на полу вагончика. Так бы и помер от сердечного приступа.

— Не бойся, всё кончилось, — я подался вперёд и опустил руку ему на плечо, выдергивая из воспоминаний. — Ты в безопасности.

— В общем, после этого он стал играть в игру «я твой дом труба шатал», — Руслан нервно усмехнулся. — Начал раскачивать вагончик, пытаться перевернуть, скрёб по стенам. Звук был такой, что зубы сводило от жути. Мне тогда пришли в голову две мысли.

Он взял со стола свою кружку, допил чай, но пустую чашку из рук так и не выпустил.

— Первая, это о хрупкости бытия. Ну, не всего бытия в целом, а конкретно моего вагончика. Он мне в тот момент казался спичечным коробком в шторм.

— А вторая? — спросил я.

— Что я должен быть как Пятачок.

— В смысле? — не понял я. — Быть свиньёй и дружить с медведем?

— Нет, — Руслан выдохнул, посмотрев на меня серьёзным взглядом. — Мне нужно, чтобы у