Визажист - Юстина Южная

Или она сама ушла. Уже неважно.

— Марк, ты очень изменился. С тобой тяжело…

— Да катись ты лесом! Хватит меня учить! Всю жизнь учишь. Ты мне кто, мать?

Она ушла.

Она не была красивой, нет. Ее спасал безупречный стиль и хороший макияж. Добрая, милая, своенравная, привередливая… любимая Иринка.

Мне ее жутко не хватало.

Ее смешных шуток, ее манеры закинуть на меня ноги, когда она смотрит телевизор, ласкового прикосновения ладонью ко лбу. Как она проводила пальцами по моему лицу, запускала руку в волосы. Мне не хватало ее вспышек страсти и невозможных стонов, от которых, казалось, кровь вырвется из вен. Ее расчесок и кремов, раскиданных по всей ванной. Ее нежности и улыбки.

На последний сеанс я пришел с твердым намерением расставить все по своим местам.

Михаил встретил меня, одетый, как и в день моего первого посещения, во все черное. По-прежнему спокойный, доброжелательный и безукоризненно стильный. В кресло я не сел, опустился на диван, он расположился рядом.

— Ну что ж, у вас остался последний сеанс, необходимый для полного завершения процесса. Вы готовы?

Я поднял голову. Какое-то мучительное дежавю пронзило меня, заставило судорожно кашлянуть.

— А что вы собираетесь сделать?

— Ничего серьезного, так, мелкие штрихи.

По телу пробежала болезненная дрожь. Я прокашлялся и посмотрел на него.

— Вы… вы заберете меня окончательно?

Мастер рассмеялся, похлопал по руке, от чего меня опять накрыло волной дрожи.

— Ну что вы, право, как ребенок! Куда заберу, зачем заберу? Что заберу? Вашу бессмертную душу?

Я сглотнул.

— Да.

Визажист перестал смеяться. Укоризненно покачал головой.

— Какие глупости вы говорите, Марк. Разве вам плохо сейчас? Вы же добились практически всего, что хотели.

— Михаил, понимаете, — я заставил себя смотреть ему в лицо. — Я больше не хочу перемен. Мне… плохо. Я сейчас никого не люблю. Понимаете, никого. Абсолютно. Ни друзей, ни свою девушку, ни даже мать. А раньше любил… Раньше мог. И я не хочу так. Я почему-то смотрю на все другими, не своими глазами. Мне страшно.

Он побарабанил пальцами по ручке дивана.

— И вы считаете виновным в ваших метаморфозах меня?

— Не… не знаю. Мне подумалось…

— Марк, вы сами пришли сюда. Никто вас не подталкивал и не заставлял. Ваши друзья рассказали о моих методах работы, вы с ними согласились. Вы согласились со мной. Откуда же малодушие и страхи? — Он выпрямился. — Ваше перерождение это ваша заслуга. Я не использую ничего сверх того, что уже заложено в вас природой или, если хотите, Богом. Лишь вытаскиваю на свет внутренние резервы.

— Но вы в прошлый раз говорили…

— Марк, скажите, чего вы от меня хотите?

Я беспомощно пожал плечами.

— Верните всё обратно. Пожалуйста! Сделайте, как было.

То ли мне померещилось, то ли от него вдруг и правда повеяло цепенящим морозом.

— Обратным процессом я не занимаюсь. Да он и невозможен. Практически. Вам нужен другой специалист.

— Кто? Скажите куда идти?! К кому?!

Он холодно усмехнулся.

— Я не даю адреса конкурентов. Если вам надо, ищите сами.

И резко встал, показывая, что несостоявшийся сеанс окончен.

Я вышел на улицу. Машины, люди, дома. Пыльная трава и клумбы. Небо. Я посмотрел на небо… своими красивыми голубыми глазами.

Примечание:

Михаил — от древнееврейского имени Микаэль, что означает «равный, подобный Богу».